Семь невест. Дарованная нежность (СИ)

А пока я сидела около кровати с Аниэль, которой не позволили даже приподняться на подушках, Эрцгерцог едва ли не плача и с отчаянием, словно она умирает, просил Аниэль беречь себя, пока он будет вынужден сидеть на собрании. Как ни странно, умирающей она не выглядела. Бледной и невыспавшейся — да. Что ж поделать, мужчины.
— А что вообще случилось? — спросила я, когда мы с Аниэль остались одни.
— Да ничего не случилось, — печально ответила та. — Меня просто стошнило. Прямо на Эльба. Он перепугался, что меня стошнило, я перепугалась, что вся его одежда, которую он готовил для собрания, испорчена. Из-за испуга едва не упала в обморок.
Я прыснула от неожиданности, а потом насторожилась:
— Аниэль, а ты раньше падала в обмороки?
— Нет, первый раз. Но я уже говорю, так расстроилась. Да и вчера, наверное, съела что-то не то — меня немного подташнивало.
Я замолчала, не зная, как сказать. Уже слишком явные были признаки. Запинаясь и краснея, я спросила:
— Аниэль, а у вас с Эрцгерцогом было… Ну, секс был?
Аниэль покраснела следом за мной.
— Т-т-ты чего спрашиваешь?
— Ну, может ты беременная? Ты только не волнуйся! — Я почти прокричала, увидев, как стремительно побледнела Аниэль. Господи, она была бледнее, чем ее белые подушки! Если она упадет в обморок, боюсь, я повторю прямо за ней.
  
Глава 51
 
На лекаря, который вошел в комнату, я едва ли не молилась. У меня дрожали руки и тряслись губы, поэтому бедолага-врачеватель даже не сообразил сразу, кому тут требуется помощь. Хорошо, что он был профессионалом и все же сориентировался: сначала он что-то помагичил над Аниэль, от чего ее мертвенно-бледное лицо приобрело здоровый оттенок. Глянул на меня внимательно, мягко пожурил:
— И зачем же так волноваться? У вашей подруги самый обыкновенный обморок. Я ввел ее в сон, дадим ей немножко поспать, а сейчас займемся вами. Или, боюсь, вы присоединитесь к ней. Что же вы такая впечатлительная?
Я готова была согласиться со всем, что доктор скажет, если он нам поможет. Пусть хоть истеричкой, хоть дурехой зовет! При мне еще никогда люди не падали в обмороки, тем более, потенциально беременные люди, так что совершенно необидно.
От лекаря исходило приятное ровное тепло, немного сочувствия и очень много собранности. Только сейчас я поняла, почему Эрцгерцог попросил именно меня присутствовать рядом с Аниэль: мой магический дар с легкостью распознавал все оттенки чувств, и я бы в жизни не позволила кому-то с плохими намерениями даже подойти к той, что стала почти подругой.
— Я ее только спросила, а она побледнела и… — Мой голос чуть дрожал. — Я понимаю, что не стоило спрашивать, но… А потом она побледнела и… Она уже второй раз за сегодня падает в обморок! А если она… у нее… вдруг ребенок…
— Все в порядке с вашей подругой, ничего критического я пока не вижу. И беременность проверим, и здоровье проверим. Вот, выпейте-ка. Чудесный успокаивающий настой. Две-три капельки на стакан воды. И больше так не переживайте, — мягко пожурил меня лекарь. Этот молодой и чуть уставший человек с очень добрыми глазами и непоколебимым спокойствием внушал уважение и доверие. В моих руках оказался маленький пузырек с золотисто-розовой жидкостью. Такой красивый, что я даже забыла о своем испуге, залюбовавшись на секунду. Но тут же переключила внимание на Аниэль: сейчас она выглядела буквально пышущей здоровьем.
— Чуть попозже, когда узнаю, что с Аниэль…
— Хорошо, думаю, пора будить ее, — согласился со мной лекарь, провел пару пассов руками над
— Так быстро?
— Конечно. Это же магический сон, организм восстанавливается очень легко. Леди Аниэль, верно? Как вы себя чувствуете? Расскажите, что вам беспокоит.
После осмотра и окончательного вердикта лекаря в комнате стояла гробовая тишина.
— Он сказал, что я беременна.
— Аниэль, я слышала. — Я обеспокоенно смотрела на шокированную подругу и не находила, что сказать.
— Я беременна.
— Это же хорошо? — спросила я чуть робко. — Вы же с Эрцгерцогом любите друг друга, собрались пожениться?
 
— Да. ДА! — Лицо Аниэль резко озарилось улыбкой. — Мне давно говорили, что я навряд ли смогу иметь детей.
— Глупости вам говорили, — отозвался лекарь, который оккупировал чайный столик и прямо на нем смешивал травы и что-то еще. — Какая-то проблема у вас была, но она столь мизерная, что ваш организм, получив магические силы, самостоятельно ее исправил.
— Мне можно вставать? Мне можно? Я хочу к Эльбу, я хочу ему сама сказать обо всем.
— Пока нет, — отрезал лекарь. — Опасности нет никакой, но мы страхуемся. Так как вы дважды упали у обморок, то исключительно постельный режим.
— Но…
Я улыбнулась, взяв Аниэль за руки, и произнесла:
— Я позову его сюда. Меня попросили сказать, что с тобой, несмотря ни на какие важные дела. Да и что может быть важнее такой новости?
— Да? Позови его, пожалуйста.
Я вышла из комнат Аниэль и пошла в зал собраний. Неожиданно я вспомнила о флакончике, который вручил мне лекарь. Сколько же он там сказал? Я посмотрела на флакончик. В принципе, там было совсем немного. Увидев рядом небольшую выемку для мусора, я сделала глоток и выбросила пустой флакон.
  
Глава 52
 
К залу собраний я шла в отличном настроении. Настолько отличном, что широкая улыбка не сползала с моего лица. Меня не пугало то, что я заявлюсь на какое-то архиважное собрание, которое боялся пропустить сам Эрцгерцог, а Зенон с утра выглядел сосредоточенным и напряженным.
Перед входом в зал стояли двое стражников, которые попытались меня остановить. Вместо того, чтобы показать им пропуск, данный мне Зеноном, я зачем-то улыбнулась еще шире и, похлопав их по плечам, заявила:
— Я на минутку, не волнуйтесь.
То ли они растерялись от моей наглости, то ли от невероятной красоты, но пропустили. Разумеется, это был сарказм (насчет моей красоты), от которого я глупо хихикнула и уверенно вошла. Как я и обещала Эрцгерцогу, сказала заготовленную фразу:
— Эрцгерцог, я вынуждена потревожить вас по очень срочному делу. Не могли бы вы мне уделить несколько минут?
Возможно, все было бы отлично, если бы я не улыбалась так, словно все блага этого мира разом сошли на мою блондинистую голову. И еще хихикнула. Да, снова. Эрцгерцог, вежливо извинился и встал со своего места. И тут я заметила рядом Зенона. Обычно Зенон носил какие-то костюмы в старинном стиле, но сейчас он был в чем-то похожем на военную форму. И скажу вам…
Зенон невероятно красив! Разумеется, я не смогла покинуть зал собраний просто так, не сообщив о своем открытии человеку, в которого была безумно влюблена. Развернулась, подмигнула Зенону и незаметно (как мне казалось) прошептала:
— Ты потрясающий красавчик!
Шепот получился громче, чем я рассчитывала. Кажется, его услышали все в зале, но мне уже было без разницы, потому я, нахально схватив Эрцгерцога за рукав, вышла.
— Что с Аниэль? — Кажется, Эрцгерцог совершенно не обратил внимания на мое невероятно дурацкое поведение. Я и сама понимала, что веду себя безмерно странно, но стать собой обычной не получалось. Мне было весело и смешно, а такие понятия, как стыд или смущения, исчезли. Я осознавала, что и где я делаю неуместно, но остановиться не могла.
— С ней все хорошо. Но! Ты ей очень нужен. Вот прям очень. И не только ей. — Я хихикнула, представив лицо герцога, когда тот услышит такую новость.
— Если у нее все хорошо, то зачем она меня зовет? — спросил Эрцгерцог. — Собрание же…
Как я помнила из разговоров с Аниэль, та старалась не беспокоить своего жениха без веской причины. Неожиданно я разозлилась на Эрцгерцога. Неужели он не понимает, что Аниэль не тот человек, который станет беспокоить по пустякам?!
— Ты совсем не ценишь влюбленную девушку! — Я грозно тыкнула своим пальцем прямо в грудь Эрцгерцога. — Зачем собираешься жениться, если не любишь? Думаешь, если тебя любят, то все дозволено? Просьбы игнорировать, сомневаться в любви? Или просто используешь?