В одном из сказочных измерений (СИ)

- А д-да, конечно. Я могу идти?
Я коротко кивнул, поднялся на одну ступень, а потом резко окликнул своего однокурсника:
- Нотт. Если кто тебя будет задевать – скажи мне, я разберусь.
- А… Ага.
Сам не знаю, почему я предложил ему помощь. Может, потому что чувствовал беспомощным себя до жути.
Итак, подведём итоги. Я умер измождённым, надломанным неудачником в своём измерении. Попал в это измерение, где для всех я – больной ублюдок с мазохистскими наклонностями. Мой отец, жив, что является единственным утешением во всей этой ситуации, правда, он держит всё тот же чёртов уклон на тёмную сторону. У меня есть сестра, к которой я пока не знаю, как относиться, так как все мои мысли заняты моей неразделённой любовью, над которой я надругался. Грейнджер явно не простит меня, даже если и поверит в то, что я – другой.
Плюс ко всему прочему, меня начал терзать некий диссонанс – эти люди не те, которых я знал и любил. Остаётся некоторое ощущение, словно они мне чужие, или скорее – словно я чужой. Ведь на слушании был не мой отец, а сегодня я говорил не со своим крёстным. Мои друзья совершенно не те, что были в моём измерении. Да и Грейнджер… Люблю ли я её или её тень из прошлого, что так плотно засела у меня в долбанной башке? Настоящие ли эти чувства? Кроме боли, конечно, она – настоящей некуда.
Я – бледный отголосок прошлого, застрявший в призрачном и чужом настоящем.
«Может, это и есть ад? Ад, как концепция переживания того, чего не можешь изменить?»
Я ворочался в верхней одежде по кровати, поддавался изнурительным мыслям. Усталость брала своё, и мне жутко хотелось спать, но чёртов Морфей, видимо, решил в ту ночь не приглашать меня в своё царство, как я думал.
- Драко, Драко Малфой! – Шептала она. – Я люблю тебя, Драко Малфой!
А мне хотелось кричать от счастья, рычать как тигр, но ластиться к ней, как котёнок. Я хотел обнять свою Гермиону, но она всё время ускользала. Это вызывало раздражение, которое, как подснежники, пробивалось сквозь мягкую и рассыпчатую пелену такого желанного счастья. Это угнетало, это бесило. Это заставило зажмуриться. А когда я открыл глаза, она лежала передо мной в Малфой-мэноре. Беззащитная и заплаканная. Я стоял над ней с палочкой и тоже плакал:
- Прости меня… Круцио! – от её криков хотелось срезать себе уши, пробить барабанные перепонки собственной палочкой, лишь бы оглохнуть. – Прости! Круцио!
- АААААААААА! – я вскочил на кровати. Когда пришло осознание того, что всё это лишь сон, легче не стало, стало ещё больнее. - СУУУКА!
Я вытирал свои мокрые щёки и благодарил Мерлина за то, что поставил с вечера заглушки, чтоб никого не слышать.
В ту ночь я больше не уснул. Как же мне не хватало сигарет и огневиски…
***
Ровно в десять утра я, имея при себе письменное разрешение от Снейпа, ступил в камин, громко проговорив:
- Малфой-мэнор!
Всё тот же выворачивающий кишки вихрь подхватил меня и унёс за собой в мой дом.
- О, мистер Малфой, сэр, добрый день! – первое, что я услышал, был чей-то писклявый голос.
- Добби? – переспросил я, не веря своим глазам. Домовой эльф был всё так же одет в замызганную наволочку, как я и помнил с детства.
- Чем могу помочь, сэр? – почтительно спросил эльф.
Я посмотрел ему за спину и вдохнул родной запах особняка. Спасибо Мерлину, что он не изменился, хотя стоит отметить, что чёрных тонов в доме было намного меньше, чем в прошлые разы, за что я, в принципе, тоже был благодарен.
Переведя взгляд на Добби, я мысленно сделал себе пунктик как-то облегчить ему жизнь и снарядить его полноценной одеждой. Нет, конечно, освобождать его не очень хотелось, но всё же влияние Грейнджер из прошлого чувствовалось особо сильно.
При воспоминании о последней моё вспорхнувшее настроение снова рухнуло вниз, ещё слишком отчётлив был мой сон.
- Где мама и папа? – спросил я не официально, а почти небрежно.
- Мистер Малфой, сэр, и Миссис Малфой сейчас в гостиной ведут приём с мистером Петтигрю.
- С Хвостом? – переспросил я, презрительно скривившись.
- Да, - ответил эльф, но потом, поняв, какую оплошность допустил, начал причитать и бить себя руками: - О, плохой Добби! Я не должен говорить так о достойных магах…
- Добби! – рявкнул я, от чего домовой застыл. – Прекрати! Вот тебе мой приказ!
- Слушаю, хозяин, сэр.
- Первое: никаких наказаний себя! Ясно?
- Да-а, сэр, - протянул обескураженный домовой.
- Вообще никаких и никогда. Второе… - я достал из кармана пару монет по десять галеонов. – Мотнись в Косой переулок, найди, где можно купить сигареты Тода Берли, купи два блока. Потом узнай рабочее время Оливандера. А на оставшиеся деньги купи себе одежду и обувь, как у слуг, новую и чистую.
- Сэр…
- Приступай!
«Моя не моя Грейнджер, видишь, я пытаюсь быть хорошим с домовыми эльфами!»
Я направился в гостиную.
«Но вот с крысами быть хорошим я не обещал».
***
Я медленным, но уверенным шагом зашёл в гостиную, где на стульях с одной стороны сидели мои отец и мать, а на диване с другой вальяжно расположился Хвост, потягивая чай из дорогого маминого сервиза.
Именно тут я видел Грейнджер в своём сне и в суровой реальности своего прошлого.
- Драко? – переспросила мама, не веря своим глазам, она на миг потеряла ту свою былинную выдержку, которой славилась, и вскочила. Вмиг успокоившись, она величественным шагом подошла ко мне. – Почему ты здесь?
- Надеюсь, тебя не исключили? – проговорил отец, который даже не дёрнулся, когда я зашёл в комнату.
- Нет, Снейп дал мне разрешение, - я освободил руку, которую в свою взяла мама, и вытащил из кармана пиджака бумажку с подписью декана. – Мне необходимо воспользоваться домашней библиотекой для одного… исследования.
- Как мило, когда молодые умы тянутся к знаниям, - мечтательно пропел Петтигрю, на что я смерил его презрительным взглядом.
Этот крыс не сильно отличался от того, которого я запомнил, разве что зубы и ногти были ухоженней. Он был в костюме средней дороговизны, с укладкой волос, которая прятала его плешь, но всё с теми же крысиными глазками.
- Хвост! – протянул я, подняв голову вверх.
«Лучше, сука, молчи, не доводи до греха!»
Признаюсь, я и так был все эти дни раздражён, но Петтигрю я ненавидел особо сильно из всех Пожирателей. Он был истинной крысой, всегда прятался по углам, убегал от шума, немного кусал, но не смертельно, а так же всегда оказывался там, где только что закончилась бойня, чтоб поживиться свежей плотью. Это если говорить образно, хотя кто его знает. Но больше всего я ненавидел Хвоста за то, что он возродил его, Тёмного Лорда. Опять-таки, его, Петтигрю, выбор – и весь магический мир умылся кровью.
- Драко! – предупреждающе начал отец. – С каких это пор ты попираешь нормы учтивости? Это наш гость!
- О, Люциус, - вальяжно начал Петтигрю, - это сейчас вся молодёжь такая. Ты бы видел моего сына. Поведение – копия.
«Ох, Мордред, я ведь предупреждал!»
- А с каких это пор, отец, у нас в доме снова терпят крыс? – произнёс я стальным голосом.
- Драко Люциус Малфой! – отец привстал со своего места и угрожающе посмотрел на меня, раньше я боялся такого взгляда, но сейчас я лишь вспомнил, что меня так некстати не слушается палочка.
- Драко, ты, наверное, не очень хорошо себя чувствуешь после перемещения? – мама в мягкой манере попыталась придавить конфликт, грозящий перерасти в настоящую бурю. – Вон какие у тебя круги под глазами и бледный вид.
Я сжал челюсти посильнее, чувствуя, что сейчас вынужден отступить.
- Пожалуй, да, - проговорил я, разворачиваясь, чтоб уйти. Я бросил мимолётный взгляд на Петтигрю и с упоением заметил, как тот немного вжался в диван.
«Как был пугливой крысой, так и остался!»
***
Итак, я шёл по такому знакомому своей величественной мрачностью коридору, усеянному картинами. Некоторые из них смотрели на меня осуждающе, некоторые поддерживающее, а некоторые – словно знали мою тайну, словно ведали, что здесь я чужак.