В одном из сказочных измерений (СИ)

Отец ещё пару раз пытался уколоть то меня, то Гермиону, но последняя была чересчур умна, чтоб уступить ему, а я был чересчур спокоен, ощущая её тепло, чтоб вестись на его провокации.
Когда наконец-то этот цирк закончился, я вскочил со своего места и с большущим удовольствием направился вон, чувствуя спиной, что за мной следует и гриффиндорка.
Как только мы вышли в коридор, тонкая нить напряжения, сдерживающая мой позвоночник, оборвалась, и я почувствовал облегчение. Я повернулся посмотреть, не вышел ли кто в коридор и, кивнув головой Грейнджер, чтоб она следовала за мной, направился дальше.
Когда мы отошли на приличное расстояние туда, где в коридоре не висели любопытные портреты, я остановился и повернулся к девушке:
- Было очень крипово, да? – я скривился.
- Ну… - она хмыкнула, но я ощущал напряжение во всём её существе. – Было необычно. Думала, будет хуже.
- Мда… Ви купила все ингредиенты, - я смотрел ей в глаза, и, честно, не знал, что её и сказать.
- Я знаю, она мне написала. А так же посоветовала немного опоздать на ужин, так как ты был не собран.
- О как? – Я поднял бровь в удивлении. – Значит, вы типа подружки?
- Не сказала бы, - нервно хихикнула Гермиона, поправив выбившуюся прядь. – Но, думаю, хотя бы не враги.
- Ага. Ты… э… ты в порядке? – спросил я, поправляя всё ту же непослушную вьющуюся прядь и немного смазано гладя её щеку.
- В смысле? – переспросила девушка.
- Ну, после того, что произошло в библиотеке… - признаюсь, мне самому было неловко, чего я, конечно, постарался не выдать, но от того, как она покраснела и опустила взгляд, мне стало как-то жарко. Грёбаная кровь мигом схлынула вниз, норовя запустить там всё в действие, особенно после того, как память услужливо подкинула её образ у меня в руках.
- В порядке, - тихо ответила гриффиндорка. – А ты?
Я опешил от столь наивного и невинного вопроса, на лице сама по себе расползлась, несомненно, глупая улыбка, и я подумал, что всё должно пойти к Мордреду. Одним шагом я преодолел расстояние между нами и впился требовательным поцелуем ей в губы. Правая рука тут же упала ей на талию, вжимая её тело покрепче в моё, левой я поддерживал её за заднюю часть шеи, возможно, немного придавив ей волосы, дабы пресечь любую попытку к бегству.
Девушка ошалела от такого напора, попыталась тщетно отшатнуться, и, к моему разочарованию, не ответила на поцелуй. Однако я в тот момент не думал об этом, мой организм полагал, что моей страсти хватит на нас двоих.
Я мял её губы своими, упиваясь их мягкость, нежность и, сука, крышесносящими ощущениями, что они дарили.
Через какое-то время Гермиона попыталась вырваться, она стукнула меня в плечо, и на меня это подействовало отрезвляюще, я вспомнил те грёбаные воспоминания из кабинета маггловеденья.
«Чёрт, я в его облике!» - запоздало подумал я и отпустил Грейнджер, прикрыв на пару секунд глаза, так как боялся встретить испуг и ужас у неё на лице.
Я уже приготовился попросить у девушки прощения, но только успел открыть глаза, как она схватила меня за грудки и потащила в открытую дверь.
- Что ты де?.. – мне на рот легла её маленькая ладонь.
- Чш! Там твой отец, – прошептала Гермиона, и я услышал, как он с кем-то спорит. И этим кем-то, если я не ошибся, был Абраксас.
- Оставь меня в покое! – рявкнул мой отец, и его шаги начали приближаться.
- Мордред, - проворчал я, немного освобождаясь от пальцев моей спутницы, - мы в его кабинете.
- Что нам делать? – спросила девушка, я пожал плечами, как тут мой взгляд наткнулся на шкаф.
Мы успели закрыть за собой дверцу шкафа как раз в тот момент, когда нога Люциуса переступила порог кабинета. Грейнджер не успела применить на неё заклятие незримого расширения, так что я упёрся спиной в одежду отца, а девушка вжалась в меня, спрятав лицо у меня на груди.
- Драко, - еле слышно прошептала она, подняв голову, - ты не мог бы…
Я вопросительно изогнул бровь, а потом до меня дошло.
«Пикси мне за шиворот!»
Сраная физиология бунтовала от близости её тела, которая во мраке и тесноте шкафа чувствовалась особо остро. Я почувствовал себя сопливым подростком.
- Прости, - сказал шёпотом я, - я тут бессилен. Постарайся не шевелиться лишний раз.
«И не будоражить моё воображение», - добавил я про себя.
Девушка уткнулась мне в грудь лицом и сдавлено хихикнула, я удивлённо изогнул бровь.
- Вот не смешно, - вырвалось моё ворчание.
Мой родитель подошёл к своему столу, взял оттуда графин с огневиски, налил себе в стакан и, блаженно закрыв глаза, сделал глоток.
- Люциус! – он вздрогнул, Абраксас появился в пустующей портретной рамке.
- Отец! – в тон ему ответил живой Малфой.
- Люциус, ты должен прислушаться ко мне…
- О, хорошее дело. Ты вдруг заявляешь, что неправильно меня воспитывал, а значит, я должен поменять свои взгляды на мир! – фыркнул отец.
- Я не требую от тебя таких жертв сиюминутно, - упорствовал отец. – Просто будь терпимей с моим внуком.
Я весь напрягся, когда разговор коснулся меня.
- О, так ты теперь на его стороне! Ещё лучше! В собственном доме даже портреты против меня! Дожили!
- Люциус, твой сын умирает! – выпалил Абраксас.
- Что за?.. – я невольно возмутился, чувствуя растущее клокочущим огнём раздражение, но мне тут же на губы легла тёплая маленькая ладонь Грейнджер. Я перевёл взгляд на неё, и девушка поднесла указательный палец другой руки к своим губам, показывая, чтоб я молчал. И правда, мне только не хватало, чтоб Люциус застал нас в своём кабинете, да ещё и в шкафу, подслушивающими. Уже во второй раз разбушевавшееся раздражение послушным зверем улеглось в моей груди, правда, всё ещё рыча себе под нос. Я игриво прикусил одними губами кожу тыльной стороны ладони Гермионы. Она тут же забрала руку, и мои губы растянулись в улыбке.
Интересно, о чём она думала в тот момент, пребывая в тесноте со мной в шкафу? Было ли ей комфортно, или наоборот?
- То есть… умирает? – переспросил отец, ставя на стол стакан с недопитым напитком. – Это какой-то способ манипуляции?
- Нет, всё очень серьезно, Люциус, - Мордред, зачем мой дед это говорил? – Я не могу рассказать тебе всех подробностей.
- Мой сын умирает, и ты не можешь рассказать, почему? – повысил голос мой родитель.
- Да, не могу! От этого ничего не изменится! Никто не в силах ему помочь кроме него самого и… одного человека.
- И что это за человек? Его надо купить, запугать, похитить, или что, отец? – странно было видеть такое участие со стороны Люциуса Малфоя. Я никогда не думал, что отец меня хоть немного любит, мать говорила, он переживал за меня, когда я был в замке во время последней битвы с Воландемортом, но я ей не верил. Я всё думал, что она пытается сгладить моё отношение к нему.
- Он сам разберётся, поди уже не мальчик! – Буркнул Абраксас.
- Нет, как раз таки мальчик! – Возразил отец.
- И всё же, в этом деле ты ему ничем не поможешь. Тебе главное, не мешать ему. И проявить хоть немного принятия.
- Моргана возьми, что! – Бросил отец. – Абсурд какой-то! Мне нужно подышать воздухом.
С этими словами Люциус вышел из комнаты, всё так же надменно держа голову вверх.
Мы с Грейнджер вылезли из шкафа, проходя вглубь кабинета.
- Ого-о, - только и протянул Абраксас.
- То же самое могу сказать про тебя, - буркнул я и сразу же раздражённо добавил, потягиваясь рукой к отцовскому стакану с огневиски: – Кто тебя просил вмешиваться, дед?
- А это было неблагодарно с твоей стороны, знаешь ли, - на лице усопшего Малфоя появилась надменная маска.
- А тебя никто не просил! Мне с отцом не хватало только разговоров теперь, - я поднёс стакан ко рту, но выпить мне помешала Гермиона.
- Драко! – менторским голосом произнесла она, забирая стакан у меня из пальцев и ставя его обратно на стол. – У нас завтра тяжёлый день, нужна твоя чистая голова.
Я вздохнул, но ничего не возразил.