В одном из сказочных измерений (СИ)

- В тёплые края, значит, - моё настроение резко ухудшилось. Совсем скоро Хогвартс выпустит своих учеников по домам на каникулы, а я в своём доме был нежелательной персоной. А от мысли, что мы расстанемся с Грейнджер на две недели становилось тоскливо, тем более что до её приезда я мог и не дожить.
Я резко поднялся на ноги, нахмурившись.
- Что-то случилось? – спросила девушка. – Рана болит?
- Всё нормально, - буркнул я, идя к своему чемодану. – Пошли.
***
- Мордредовый придурок! – ругнулся я, ставя на стол два стакана сливочного пива себе и Грейнджер.
- Малфой! – одёрнула меня последняя.
- Нет, ну ты просто не слышала, какие сальные шуточки он мне закинул, когда я спросил у него про свободные номера, - я был раздражён. Ночевать в таком клоповнике хотелось мало, но по сравнению с подземельем Малфой-мэнора, в котором меня однажды держали в целях профилактики, это было французским отелем.
Мы с моей соучастницей в этой авантюре решили посидеть немного в пабе на первом этаже, а потом уже идти по номерам.
- Ну, главное, что есть свободные номера рядом, - ответила она, потупив взгляд.
«Блять, я сейчас разнесу тут всё к мордредовой бабушке!» - ворчал я про себя, стуча пальцами по засаленному столу.
В надежде, что хоть сливочное пиво меня немного успокоит, я взял стакан и сделал пару глотков.
Когда я отнял стакан от губ, Гермиона посмотрела на меня и рассмеялась.
- У тебя… - сквозь смех пыталась выдавить она. – У тебя усы, - девушка для наглядности провела рукой возле своей верхней губы.
Я улыбнулся. А когда она тоже надпила своё пиво, представ передо мной в таком же амплуа, и вовсе расхохотался. Былое раздражение сошло на нет. И я осознал, что одним стаканом наш вечер сегодня не закончится.
- Пожалуй, я и правда на фоне тебя выгляжу, как педофил, - расслабленно резюмировал я.
- Да ладно тебе, ты не такой уж и старый. Если не присматриваться, - она рассмеялась, а потом добавила: - Кстати, не думала, что ты знаешь это слово.
- Я ведь примерный ученик, отходил все занятия по маггловеденью, - как только я сказал это, я с сожалением посмотрел на свою спутницу, выражение лица которой тут же изменилось.
«Сука!»
- Я… я слышал твой разговор со старухой в коридоре… - проговорил я.
- Да, Маккгонагал сказала, что, если я не появлюсь на курсе, у меня будет незачёт, - грустно ответила она.
- Это… Хочешь, мы пойдём туда вместе? – предложил я, всматриваясь в карие глаза. – Как перед Боггартусом… Ты больше не будешь наедине со своими воспоминаниями, наедине с ним.
- Спасибо, - девушка натянуто улыбнулась. – Пожалуй, стоит преодолеть этот страх.
Моя левая рука сама потянулась через стол к её ладони, но я вовремя заметил это и пресёк этот жест, убрав её, чтоб якобы почесать макушку.
- Что это? – Гермиона указала пальцем на моё левое запястье.
Я отнял руку и положил её на стол ладонью вверх. Из-под свитера виднелся кусок нарисованной змеи.
- Это татуировка?
Я замотал головой, и, оглядевшись, что никто не смотрит, закатил рукав, обнажая Тёмную метку.
- Ого, - Грейнджер тут же нагнулась через стол, рассматривая мой знак уродства.
- Это символ рабства, символ тьмы, - произнёс я и слегка вздрогнул, когда её теплые пальцы провели по моей плоти, очерчивая изгибы змеи.
- Это твой шрам из прошлой жизни? – спросила она, обеими ладонями держа мою руку и осторожно, чтоб не задеть незаживших костяшек, перевернула её, чтоб посмотреть, нет ли продолжения метки сверху. Я послушно позволял ей эти маленькие манипуляции. От её прикосновений становилось тепло в груди, и это гребаное ощущение так и норовило растечься по всему телу, вниз.
- Да, - проговорил я, перехватывая её левую руку и осторожным движением закатывая её рукав. – У тебя тут тоже был.
- Я служила Воландеморту? – с ужасом в глазах уточнила моя спутница, и я коротко, но как-то сухо хохотнул.
- Нет. Тебе выцарапала тут шрам одна тёмная сучка, - подушечкой большого пальца я провёл по её мягкой коже, ощущая, как же блядски сильно хочется повторить этот путь губами.
- И что она написала?
- Ерунду, - я быстро поправил её рукав обратно.
- Малфой, расскажи, мне интересно, - упорствовала Гермиона. – Тем более, ты обещал когда-то показать часть своих воспоминаний.
- Но не такие уж точно! – возразил я.
- Она написала «грязнокровка», да? – догадалась Грейнджер. Кто бы сомневался, вот же всезнайка.
Я не ответил, но она и так поняла ответ. Девушка откинулась на спинку стула, а я вымолвил:
- В любом случае, Война показала, что кровь у всех одинаковая, она красная.
После этого разговора наше общение как-то увяло, поэтому минут через десять мы направились на второй этаж, к номерам.
- Если что-то будет нужно, я – рядом, - проговорил я, стоя возле своей двери.
- Хорошо.
Войдя в комнату, я переоделся, с крайней брезгливостью очистил кровать дополнительными заклинаниями от паразитов, и попытался отключиться от осознания того, где именно будет моё ложе сегодня.
- Ты – параноик, - донёсся до меня насмешливый голос Грейнджер.
- Мда, акустика – просто Мерлину на радость, - проворчал я, укладываясь в кровать.
- В таком случае ставятся заглушки. Магию никто не отменял.
- Ага, но тогда я не буду слышать твоих насмешек через стенку, - съязвил я.
Возникла небольшая пауза.
- Драко? - Она снова назвала меня по имени, и я улыбнулся, закинув руки за голову.
- А? – судя по звуку, наши кровати стояли возле той самой стенки по обе стороны от неё. Создавалось ощущение того, что мы лежим в одной кровати, стояло лишь прикрыть глаза и помечтать.
- А умирать – страшно?
- Не страшнее, чем засыпать. Правда, если это Сектусемпра – то процесс становится довольно болезненным.
В комнате снова застыла тишина.
- Доброй ночи, - тихо сказала Гермиона.
- Доброй ночи, - вторил ей я.
Комментарий к Глава 7. Обнажая души.
Как обычно, жду ваших отзывов)
Кароч, по моим скромным подсчётам, половину фф уже написано. С чем я себя и поздравляю! Впервые столько текста было написано за столь короткое время (про мою курсовую, которая писалась в последнюю неделю, промолчим). Спасибо всем, кто читает, лайкает, и особенно - тем, кто черкает хоть пару строк, хоть смайлик в отзыве.
Автор немного выдохся, поэтому на пару дней попытаюсь забыть о главных героях, ибо дальше будет тоже много эмоций, а мне их описывать, все дела)
========== Глава 8. Якорь души моей. ==========
Я стоял с протянутой палочкой. Тёмный Лорд стоял чуть сбоку и впивался своей мерзкой холодной ладонью мне в руку.
- Давай же, Драко, сделай это, - вкрадчиво шептал он возле моего уха, направляя палочку на Чарити Бербидж.
- Драко, пожалуйста, - с уголка её глаз стекали слёзы.
- Я не могу… - я скривился, хотелось убежать, но Воландеморт держал мою руку чересчур крепко.
- Авада Кедавра! – крикнул он, и из моей палочки вылетел зелёный луч, пронзающий смертельным проклятием профессора по маггловеденью.
- Молодец, Драко, - похвалил меня змей. – Тебе ведь ничего не будет стоить убивать дальше?
- Нет, пожалуйста, я не хочу, - молил я, но на месте Бербидж уже появились какие-то магглы, которых я, повинуясь взмаху руки Тёмного Лорда, убил.
Дальше был Теодор Нотт.
- Прошу, - шептал я, но и его постигла та же участь.
Забини, Пэнс, Крэбб и Гойл – всех догнала смерть от моей палочки.
- А теперь – она, - прошипел Воландеморт и я вскрикнул.
Грейнджер стояла передо мною на коленях, всё в том же чёртовом маггловском одеянии, как и в тот день, когда её пытала Беллатриса.
- Давай, Драко, - Тёмный Лорд внезапно отпустил мою руку и, выудив свою палочку из-под полы мантии, направил её в сторону. Там были мои родители. Отец обнимал мать и с мольбой во взгляде смотрел на меня.