Чёрное. Белое (СИ)

– Я не хочу, чтобы ты больше работала! – как гром среди ясного неба, требовательно звучит его голос, и я давлюсь едой.
Марк стучит мне по спине и добавляет:
– Я дам тебе столько, сколько ты еще должна отдать!
Я поднимаю глаза, и мы сталкиваемся взглядами. Он не спрашивает меня! Он все уже решил и просто ставит меня перед фактом!
– Нет! – непоколебимо кидаю в ответ.
Я не могу взять деньги у него – это равносильно продать себя. Я еще не опустилась так низко.
– Ася, назови сумму, и покончим с этим.
Мужчина не слышит или не хочет слышать меня. Неужели он не понимает, что это выглядит как оплата за секс?! Меня это коробит. Я не содержанки и не проститутка. Очень горько от сознания того, что Марк не понимает таких очевидных вещей.
– Считаешь, что я все отработала своим телом?! – наконец набравшись мужества, выплевываю ему в лицо.
Какие-то секунды после я еще наивно жду от него слов, что он идиот и не подумал об этом и что я хоть и случайная связь, но точно не девушка легкого поведения, но мужчина молчит и просто испепеляет меня взглядом. Я не выдерживаю огонь его глаз, вскакиваю и швыряю:
– Мне не нужны от тебя никакие подачки! Я отработаю в клубе и уйду!
Марк зол, как черт. Я вижу, как он сжимает кулаки, как желваки ходят на его скулах, а в его черных глазах сверкают адские языки пламени.
– Это не подачки!
– А что?! За приват ты заплатил, за прогулку тоже. Теперь за секс! Знаешь, я не привыкла к товарно-денежным отношениям! Так что считай, что я единоразово подарила тебе удовольствие! Больше ничего подобного не будет!
Лечу в коридор, не дожидаясь его ответа, всовываю ноги в кроссовки, хватаю куртку и исчезаю за дверью. Все неправильно! Я не могу так! Я хочу жить в гармонии с собой!
 21 глава. Облако красных бутонов.  
 
С самого утра нахожусь в каком-то странном состоянии. Вроде бы утро началось с долгожданного подарка, как в первый день начала года, когда-то в далеком детстве, но потом… Почему она просто не может взять деньги и не заморачиваться?! Почему с ней все так непредсказуемо и непонятно?! Меня бесит это! Но больше всего я злюсь на себя, потому что в очередной раз все проглатываю и выдумываю варианты исправления ситуации. После появления Аси в моей жизни я словно сел в вагончик аттракциона «американские горки» и то резко лечу вниз, то достигаю наивысшей точки и после долгожданного подъема снова падаю и так бесконечно по кругу...
Стоит ли она всего этого, или меня постигло наказание в лице безжалостной и бессердечной девчонки в отместку за мою распутную прежнюю жизнь и разбитые сердца?! Риторический вопрос, ответ на который я прекрасно знаю.
Неосознанно возвращаюсь к вчерашнему горячему утру. Целовать ее было подобно тому, как пить чистый неиссякаемый источник. Заниматься любовью – словно языком тела признаваться в своих чувствах…
Вылезаю из кровати и иду в душ. До осуществления моих планов остается еще нескончаемо долгих шесть часов, и их надо как-то убить…
Мнусь у двери в гримерку с ноги на ногу, как какой-то лох. Выгляжу придурком с этим веником за пять косарей, но девочкам нравятся подобные знаки внимания, надеюсь ей тоже, и это моя наглядная часть плана. Понимаю, что сейчас, при всех подарив ей этот букет, я не то, что подстегну новые сплетни, я подпишу их подлинность собственными руками, но я готов к этому, и это моя признательная составляющая. Вчера я поймал свою золотую рыбку, и тут же она неожиданно выскользнула из рук, и мне ничего не остается как ловить ее заново и надеяться, что я настолько везучий, что у меня снова все получится.
 
Открываю дверь с улыбкой влюбленного идиота и нахожу ее растерянные глаза. Вношу облако красных бутонов и свое бренное тело и получаю в награду восторженные «ах» и «wow» от всех, кроме нее.
Ася, поспешно стерев со своего взгляда изумление, нацепляет на свое лицо маску безразличия, но поздно – я уже убедился, что произвел на нее нужное впечатление своим эффектным появлением.
Подхожу к ней и смотрю в упор. Она хочет казаться амебой, безразличной ко мне и всему происходящему, но я-то вижу эти дьявольские искры, сверкающие в глазах, которые вредная девчонка так старательно пытается замаскировать.
Протягиваю букет все также без слов и смотрю, как она демонстративно отворачивается. С соседнего кресла подскакивает Клео:
– Марк Сергеевич, давайте мне. Я поставлю их в вазу.
– Подожди, – кидаю ей, не глядя, и продолжаю штурмовать взглядом отвернувшуюся упрямицу:
– Ася.
Она заставляет себя повернуться и выдавливает из себя:
– Спасибо.
Я вижу эту бестию насквозь, особенно сейчас, когда ее глаза сверкают, как два желтых сапфира, в бессильной злости. Ася привыкла жить в роли покладистой овечки, скрывая внутри под вымуштрованными манерами свою сущность, свое бушующее пламя! А мне нравится вытаскивать его из нее наружу! Мне нравится та Ася, что прячется от других!
И сейчас я очень хочу схватить ее, прижать к своему телу и наброситься на ее губы, чтобы ураган, разбушевавшийся внутри, она выплеснула не в бессильной злости, а в страсти, сводящей нас с ума.
– Нам надо поговорить, – говорю я тихо, сдерживая себя и передавая цветы.
Девушка делает вид, что не слышит, и я добавляю: Я могу все озвучить прямо здесь…
Взмах длинных ресниц, изучающий взгляд, проверяющий, выполню ли я свою угрозу, и я уже понимаю – пойдет, поэтому говорю во всеуслышание:
– Удели мне пару минут.
Ася кивает, передает цветы подруге и выходит за мной в коридор.
Едва дверь закрывается, она набрасывается на меня дикой кошкой.
– Я просила забыть все, что было, а не тащить в гримерку клумбу!
Я беру девушку за руку, она раздраженно одергивает ее.
– Пойдем в мой кабинет!
– Говори все, что хочешь, здесь!
– Хорошо, если ты готова посвятить всех в детали нашего разговора.
Я бросаю взгляд на тонкую дверь и намекаю на наш разговор на повышенных тонах.
– Пойдем, – соглашается непредсказуемая девчонка и первой направляется по коридору.
Иду за ней, не отпуская взглядом ее точеную фигуру, и с усмешкой осознаю: она чувствует мой сканирующий взгляд, нервничает и жалеет, что рванула вперед и подарила мне пару минут лицезрения ее видами сзади.
Открываю дверь, пропускаю в кабинет и не успеваю войти, как слышу: