Чёрное. Белое (СИ)

– Чего вы с ней носитесь! – оторвавшись от своего отражения и поочерёдно смотря на девочек, вопит Злата. – Она просто комедию перед нами разыгрывает, чтобы все поверили, что она белая и пушистая и ее продвижение – простая случайность.
– Не начинай! – предупреждает Надя и снова находит мои глаза.
– Расскажи мне все правила, – наконец озвучиваю я вопрос, на который хочу и боюсь услышать ответ...
– В приватном танце доступно больше, чем в зале… – она прячет глаза и продолжает: – Гость может гладить и ласкать девушку, но без фанатизма и, главное, не доводить дело до прямого полового акта.
– Есть крайне подробное определение секса, – вставляет Лилу, внимательно смотря на меня. – А девочка должна контролировать руки гостя, его поведение и его ширинку.
– Пусть пойдет таблички изучит на стене, – бубнит Злата, но на нее не обращают внимания.
Стараясь снять мою нервозность, в разговор с шутливой интонацией вступает Матильда:
– У меня был случай, когда в комнате с джакузи я отвернулась водичку проверить, поворачиваюсь, а гость голый стоит. Пришлось уговаривать: «Котик, оденься».
После ее рассказа улыбнуться тем более не получается, и я, стараясь не расстраиваться ещё больше, вслушиваюсь в слова подруги, которая продолжает снабжать меня важной информацией:
– Есть еще определенные правила: не напиваться, не хамить и брать оплату вовремя.
– В приватах не все так страшно! – снова пытаясь своим способом подбодрить меня, говорит Матильда. – Серьезные с виду мужчины любят, когда их бьют и шлепают, бывают фут-фетишисты, а есть и те, кто приходит просто поболтать.
– А у меня был гость, который сам для меня танцевал, – с улыбкой вставляет Лилу.
Представляю, как Марк вместо меня танцует стриптиз, и неожиданно улыбаюсь. Наверно, это нервное...
– Ну вот и молодец!
– Не бойся!
Вздыхаю, складываю улыбку, убирая ее до лучших времен, и убеждаю себя, что, чтобы ни хотела я, ситуация у меня безвыходная и в любом случае мне придется пойти и станцевать ему этот чертов приватный танец.
Моя бравада тает, как мороженое от горячих губ, по мере того как я приближаюсь к VIP-комнате. Не представляю, как я смогу раздеться для Марка и позволить ему касаться моего тела… Страх дрожью прорывается из моей перепуганной души, и я нахожусь на грани истерики.
По пути, практически возле цели я нахожу глазами таблички, про которые говорила Злата. Останавливаюсь и прежде, чем идти дальше, изучаю: гладить, трогать, целовать, имитировать, получать удовольствие… Все карточки с надписями снабжены понятными рисунками видно для тех, кто туго соображает или не знает русский язык… Смотрю на другие: не совать, не вынимать, не входить, не лизать… Морщусь, отворачиваюсь и, не дочитав, иду дальше.
У нужной двери переминаюсь с ноги на ногу уже не меньше минуты и не могу заставить себя взяться за ручку, повернуть ее и войти, но, услышав рядом по коридору приближающиеся шаги, влетаю в помещение без раздумий.
Я уже была тут раньше, когда репетировала танец, и знаю, где что находится, и что мне надо делать тоже, но сейчас стою, как вкопанная, у входа и испуганно таращусь на Марка, вальяжно развалившегося на диване. Он без пиджака, в рубашке с закатанными рукавами и брюках и выглядит совершенно спокойным, чего не сказать про меня. Интимный приглушенный свет напоминает, для чего я здесь, и вводит меня в этот неуправляемый ступор.
 
– Так и будешь стоять?! – тихо спрашивает мужчина, и я не улавливаю в его голосе даже намека на насмешку, но видно Марк действует на меня как на быка красная тряпка, и я начинаю заводиться. Злость, проникая в кровь, распространяется по всему телу, и я перестаю дрожать и прихожу в чувства.
Никак не прокомментировав его возглас, я наконец подхожу к столику, беру пульт от музыкального центра и включаю свою любимую композицию.
Заставляю себя раздвинуть губы в заученной улыбке и бросаю на него быстрый, но вызывающий взгляд. Ты захотел приватного танца, красавчик?! Я тебе его устрою! Готовься, что из тебя пойдет пар и ты не найдешь ничего, к чему можно придраться!
Повинуясь звуку мелодии, я медленно начинаю качать бедрами и, скользнув ладонями по груди, приподнимаю волосы. Воспользовавшись своим проверенным способом, закрываю глаза и продолжаю свой первый приватный танец для своего босса.
Выполняя последнее движение прелюдии и понимая, что пора переходить к горячей программе, я немного сбиваюсь, но тут же вхожу в ритм и командую самой себе свою придуманную мантру: «не думай! не смотри!». Через несколько секунд к моим ногам послушно падает прозрачная ткань.
– Подойди ближе… – слышу охрипший голос и теряюсь от его просьбы. Я, как робот, выполняющий установленную программу, при малейшем изменении зависаю и не знаю, что делать. Растерянно поднимаю на него глаза и обжигаюсь пламенем его взгляда. В помещении становится очень жарко, и, похоже, из него выкачали весь кислород, а вдобавок к этому я снова становлюсь неуклюжей и выполняю его желание на неслушающихся и еле держащих меня ногах. Когда расстояние между нами сокращается вдвое, я опять пробую влиться в мелодию и начинаю импровизировать, но он снова сбивает меня, требовательно произнеся:
– Ближе.
Побоявшись получить новый ожог, я больше не смотрю на него, но подхожу практически вплотную. Марк берет меня за руку и тянет к себе так, что в одно мгновение я оказываюсь у него на коленях.
Под звуки обезумевшего сердца я несколько секунд неподвижно сижу и в напряжении, со страхом ожидая, когда его руки накинутся на мое тело, но он не дотрагивается до меня и ждет моих дальнейших действий.
Неприятно признать себя трусихой, но я опять осознаю, что боюсь его... Его бешеной энергетики, что ощущаю, даже сидя к нему спиной; его власти над моим телом, которую чувствую на каком-то животном уровне; его закрытости, ведь я порой теряюсь и не понимаю, что он от меня хочет; его возраста, заставляющего чувствовать себя маленькой и глупой, а может, просто потому, что это типаж мужчины, с которым мне раньше не приходилось иметь дело...
Понимая, что близка к провалу и соответственно к возможному увольнению, я заставляю себя продолжить самую эротическую часть танца – танец на коленях гостя. Не торопясь, я начинаю двигаться, едва покачиваясь на нем, и провожу руками по своему телу, по его бедрам, после чего развязываю бант на талии и одним движением снимаю запахивающуюся юбку и швыряю ее в сторону.
Продолжая движения, расстегиваю крючки бюстгальтера, скидываю его с себя и вдруг вздрагиваю, ощущая руки Марка, заскользившие по моей коже и вызвавшие миллиард сошедших с ума мурашек.
В этот момент что-то идет не так. Нет, не из реакции мужчины, там как раз все по плану: я ощущаю его возбуждение. Из Марка не то, что валит пар – он дымится, и ему не помешала бы помощь пожарной бригады, но я… Я тоже чувствую горячее пламя желания, расцветающее внутри меня экзотическим неизведанным цветком и стремящееся вырваться наружу.