Фантастический цикл романов "Викинг". Компиляция. Книги 1-9" (СИ)

Трувор Жнец входил в список воинов, с которыми у меня не было ни малейшего желания сойтись в поединке. Возглавляли этот список, понятно, Рагнарсоны, однако Трувор тоже был в топе.
Ну, мой Волк, надеюсь, на этот раз ты будешь рядом со мной. Иначе – никаких шансов. И что особенно скверно: это будет смерть не только моя, но и всего моего хирда. Рюрик не отпустит никого.
Мы двинулись к воротам, но там я немного задержался.
– Брат, – сказал я Медвежонку. – Если меня убьют, не мсти. Забирай всех и сразу уходите. И не вниз, к Ладоге, а вверх. Тогда, может быть, драккары Рюрика не успеют вас перехватить.
– Если тебя убьют, братец, мы уж как-нибудь разберемся, что дальше, – пробасил Свартхёвди. – А пока тебе придется очень постараться, чтобы этого не случилось. Трувор – достойный противник. Пожалуй, даже я с ним не управлюсь. Разве что Палица…
– Даже и не думайте! – прошипел я. – Никакой мести! Сразу бегите!
– Пустое говоришь, братец! – ухмыльнулся Свартхёвди. – Не думай ни о чем, кроме хольмганга! Думаю, ты уцелеешь, ведь боги тебя любят. Иначе еще три года назад Сторкад Бородатая Секира разделал бы тебя на много сочных кусков волчатины!
Я мог бы ответить побратиму, что боги тут ни при чем, но не стал. И не только из конспирации. Когда в тебя верят, это тоже часть твоей удачи. А удача мне сегодня понадобится как никогда!
Перекресток. Хорошее такое место. На пригорке над Волховом. Знакомое место. Именно здесь мой хирдман Бури зарубил мстительного варяга по имени Расмус. Тогда поглазеть на шоу собралось больше тысячи человек. Сегодня – существенно меньше, хотя наш с Трувором поединок наверняка будет не хуже. Надо полагать, после недавних событий зевак в Ладоге поубавилось. Или сарафанное радио не подключилось в полном объеме. Слишком мало времени прошло с момента вызова.
Трувор меня ждал. И варяги. И небольшая толпа зрителей, которая разошлась, пропуская нас к «арене».
– Щиты без замены! – крикнул мой секундант Медвежонок и захохотал, поскольку видел, что ни я, ни Трувор щитами пользоваться не собирались.
О! А это еще что за братва?
Распихивая толпу, в центр пропихнулся боярин Бобр с десятком Гостомысловых дружинников.
И немедленно провозгласил:
– Князь Гостомысл запрещает поединок!
Народ заворчал. Как же так? Кина не будет?
Я ухмыльнулся, поглядел на Трувора: что скажет?
– Твой князь мне не указ, – уронил лидер варягов. – Пошел прочь.
Бобр побагровел. Трувору не следовало говорить ему такое. Не следовало, но тут Бобр сам виноват. Надо быть тактичнее, когда разговариваешь с главной военной силой Ладоги.
Я мог бы посочувствовать оскорбленному боярину. Бобр, в принципе, мужик правильный. Но учитывая, что долька отнятого у нас упала и ему в закрома…
Нет, не буду я ему сочувствовать.
Кроме того, я понимаю, что этот плевок Трувора предназначался мне, а Бобр так… Подвернулся в неподходящий момент. Ничего, утрется боярин. Но запомнит наверняка. Такое не прощают.
А вот мне с Бобром ссориться ни к чему, так что я лишь пожал плечами:
– Не гневайся на него, боярин. Котел кипит, крышка звенит. И меня извини. Не я его вызвал, он меня. И не стану я отступать, потому что правда моя, а не его. Да он и сам это знает, – я ухмыльнулся. – Потому и булькает.
– Ты биться пришел или скоморошествовать? – нетерпеливо рявкнул Трувор.
– Я пришел на хольмганг! – заявил я. – Что ты суетишься, Жнец? Куда тебе спешить? Таких воев, как ты, боги принимают без очереди! Свартхёвди Сваресон, говори!
Медвежонок шагнул вперед.
– Поединок чистый! – проревел он по-нурмански. – Без замены оружия! Окончание его – невозможность одному из воинов продолжать бой!
Все в точности как я ему сказал по дороге.
Трувор медлил с ответом. Я ожидал, что он может запротестовать и потребовать боя до смерти. Он был вызывающей стороной и имел на это право.
Нет, не стал. Вероятно, решил, что сумеет меня прикончить в любом варианте. А может, тоже решил дать мне шанс выжить. В конце концов, он довольно долго был моим наставником, а это просто так со счетов не сбросишь. И на насмешки мои недавние он вряд ли обиделся. В сравнении с тем, как поносят друг друга перед поединком славные скандинавские парни… Так что я его вроде даже похвалил. Отметил выдающиеся воинские качества.
 
Короткий кивок и шелест покидающих ножны мечей.
Толпа резко подалась в стороны, освобождая место. Никому не хотелось угодить под случайный удар.
Я тоже извлек клинок из ножен. Пока только Вдоводел. Встал в позицию. Сделал пару движений, словно держал в руке шест, а не меч, глянул в небо… Ну где там мои малые врата?
Врат я не увидел, зато ощутил знакомую дивную легкость и радость, пузырящуюся в груди, как шампанское в новогоднем бокале. И ничуть не удивился, когда, опустив взгляд, увидел Волка.
Я засмеялся от счастья. Трувор Жнец с его поднятыми в готовности к атаке мечами показался мне таким забавным. Неужели он думает, что сможет перетанцевать нас?
Однако я не спешил. Волк уселся на траву, глядел на меня снизу. Он улыбался, высунув язык…
А вот Трувор, похоже, немного растерян. Блин! Да он же никогда нас не видел вот так, напротив себя. Мы немало сражались вместе, и у него была возможность поглядеть, как мы бьемся на пару с моим великолепным зверем. Мог… Но, скорее всего, не обратил внимания. Потому что сам в это время был очень занят умерщвлением наших общих врагов.
«Что ж, Трувор Жнец, похоже, я сумею тебя удивить», – подумал я, неторопливо извлекая из ножен саблю. Потанцуем?
Вот черт! Да, я его удивил. Но и он меня – тоже. Мечи в его руках взлетели, опали и снова взлетели, окутывая его таким знакомым сиянием. Не может быть, он же не берсерк и не ульфхеднар!
– Перун! – пронзительно выкрикнул варяг и устремился на меня. А я, ликуя, помчал ему навстречу, потому что уже знал: сейчас придет счастье! Потому что есть лишь одна радость, превышающая радость от моего танца. Это когда танцуешь его вдвоем с достойным!
Мы сошлись раньше, чем толпа успела взреветь. И сплели наш общий дивный узор из поющей стали. Наши клинки гудели, как корабельные ванты в шторм. А когда иногда они соприкасались, звон их разлетался, как морская пена, сорванная шквалом.
Это было весело и ничуть не страшно, потому что я был уверен, что металл не может коснуться меня, потому что я видел весь рисунок боя целиком, и мне было совсем нетрудно находиться внутри. Однако я знал и то, что мой партнер так же неуязвим, как и я. Только он этому почему-то не радуется. Он хочет, чтобы алые брызги взлетели ввысь, к небесам. Он думает, что сегодня именно такой танец будет правильным.
Меня это веселит. Пусть думает, что это он ведет наш танец. Когда он прозреет и поймет, что мы оба – листья, которые кружит ветер, это и будет победа…
Но не получилось.
Мой волк обиженно взвизнул. Он хотел продолжать. Я тоже хотел продолжать, но…
Все кончилось.
Трувор отступил.
Я опустил оружие.
Некоторое время мы так и стояли. Молча. Мир потускнел. Стал обычным. Волк ушел. «Врата» закрылись.
– Хорошо бился, – сказал варяг.
Выглядел он… Как бы это сформулировать… Озадаченно, что ли.
– Ты тоже, – ответил я.
Варяг хмыкнул… И убрал клинки в ножны.
Вот теперь кино действительно закончилось.
Я тоже убрал Вдоводел с саблей.
Ну да, было бы неплохо при всем честном народе превзойти Жнеца, но ничья – тоже неплохо. Как там у восточных классиков? Неуязвимость – в тебе самом, возможность победы – в противнике? И Трувор мне такой возможности не дал. Ну да не убил – и ладушки. Вопрос: что дальше?
И вопрос, надо отметить, не только у меня.
– Эй, Жнец! Ты что делаешь? Так нельзя! Это ж хольмганг!
Оспак. Неужели его так огорчило, что никто не умер?
– И что с того? – буркнул Трувор по-нурмански. – Что не так, Парус?
– Так это… Сказано же: до невозможности продолжать бой. А вы…