Фантастический цикл романов "Викинг". Компиляция. Книги 1-9" (СИ)

Ага, один уже вышел на финишную прямую. Полетели первые стрелы.
Мы с Медвежонком прикрываем щитами себя и кормчего Ове, хотя лучшая защита — высокий изгиб кормы. Стрелы слабенькие, на излете. Мы не отвечаем. Я хочу сделать разрыв между вражескими кораблями побольше. Я помню, как Рёрех выиграл время, разделив двух противников в очень похожей ситуации. Молодые вертят весла на румах, старшие прикрывают. Им доверена более важная и ответственная работа — случайные раненые мне не нужны.
Так и есть. Один драккар вырвался вперед и, похоже, собирается абордировать нас в одиночку.
— Хёвдинг! — кричит мне Гуннар Морской Кот. — Это драккары Вигмарра-ярла. Его Зубовный Скрежет прозвали, он из Согн-фьорда!
Невероятно ценная информация.
— Он — твой родич? — ору я в ответ.
— Ха! — вопит Гуннар. — Он — кровник мой! Его дядя со стороны мужа моей двоюродной сестры…
Опустим подробности. Главное: никакие родственные связи боеготовность Гуннара не снизят.
Точно, в одиночку решили нас брать. Один уже рядом, второй отстал метров на триста. А на первом драккаре готовят крючья и железные якоря — такие железные штуки с растопыренными на четыре стороны крючьями, и задирают весла, которые могут послужить «мостками» для штурмующих. Красиво идет кораблик, ничего не скажешь. А осадка действительно низкая.
Я выглядываю из-за щита… И тут же подбиваю краем брошенное копье, которое уходит вверх. Надеюсь, никого не задело. Гад, который бросил копье, вопит. Огорчился, надо полагать.
— Правый, табань! — ревет наш кормчий так, что у меня ухо закладывает. Кнорр разворачивается. Медленно, плавно. Часть уже раскрученных абордажных крюков раскручивалась впустую. Но штук пять долетело и впилась в доски. Десятки рук тут же вцепились в веревки, подтягивая драккар к нашему судну. Ни хрена не боятся разбойники с Северного Пути. Даже кранцы кто-то вывесил заботливой рукой: чтоб, значит, не побить свой драккар и наш кнорр тоже не попортить. Небось они уже своим его считают.
Гуннар и хускарлы Ивара — в боевом строю.
— Рази их, барсучата! — ревет Короткая Шея.
«Барсучата», матерые убийцы, любовно собранные Иваром Бескостным в свой замечательный хирд, размахиваются и разом, прям-таки залпом, мечут копья прямо в рожи абордажной команды Вигмарра-ярла, вынося не меньше десятка героев-викингов. Но трое уцелевших всё же прорываются и занимают плацдарм у нас на носу.
Я спокоен. Головорезы Бескостного справятся. Меня беспокоит второй кораблик.
— Вигмарр! — орет Гуннар Морской Кот. — Я брал тебя как женщину! Я иду к тебе!
И три моих норега бросаются в бой.
Вот это они зря. А кто будет прикрывать моих юных лучников?
Я свистом собираю свой маленький хирд и выстраиваю вдоль борта. Англичане — в центре, молодежь по сторонам, мы с Медвежонком по флангам, Стюрмир и Фирст — в тылу. Пузан прикрывает Ове — тут особой прыти не надо. Подходит второй драккар.
Надо встретить.
И мы встречаем его. Загодя. Англичане и весь молодняк мечут стрелы. Как учили. По моей команде все дружно поднимаются над бортом, отпускают тетивы и снова прячутся.
Я руковожу, а Медвежонок контролирует ситуацию с первым драккаром. В боевое состояние он не впадает — необходимости нет.
У Гримара всё хорошо. Наших меньше, но на их стороне и класс, и порядок. Вражеский ярл (он оказался в тройке прорвавшихся) с несколькими соратниками прижаты к борту. Вероятная подмога, надо полагать, теснится на палубе драккара, швыряя копья навесом, мешая друг другу и время от времени «ловя» гостинцы с нашей стороны. До нашей палубы им далеко. И высоко. Пяток Иваровых бойцов встали у борта и устроили копейную дуэль. Снизу метателей больше, но это даже хорошо. Запас снарядов не оскудеет. И вооружение у наших лучше. Я увидел, как в одного из иваровских бросили сразу три копья. Одно он поймал, от второго уклонился, а третье ударило в наплечник с такой силой, что бойца развернуло. Тем не менее он прикрылся щитом, отбив вверх еще четвертое копье, пятое пролетело у него над головой и воткнулось в скамью, а пойманное им орудие смерти ринулось вниз. Судя по замаху, боец не пострадал.
 
— Бей! — И новый десяток стрел падает на команду второго драккара. Только три выстрела — эффективны. Остальные — либо мимо, либо — в безвредных пленников.
Нам отвечают. Несколько копий перелетает через борт и втыкается в палубу, а одно даже пробивает насквозь скамью. Сила есть — ума не надо.
Бей!
Я не боюсь, что мою команду услышит кто-то, кроме моих парней. Шум стоит неимоверный: бой идет, как-никак. На втором драккаре тоже вопят, не щадя глоток.
Боевой клич мешается с воплями раненых. Большую часть мы достали первым залпом: не ожидали нореги, что добыча умеет больно кусаться. Их, кстати (очень кстати!), не так уж много — бойцов на этом драккаре. Я насчитал двадцать пять штук. То-то они так вяло гребли: драккар-то на двенадцать румов. Некомплект. А теперь им и вовсе придется туго: четыре лежат в лежку, а у каждого второго из оставшихся — легкое ранение.
— Бей!
Предпоследний залп. Водное пространство между нашими кораблями стремительно сокращается. Сманеврировать Ове уже не может, так что подойдут они плотно и полезут все сразу.
— Бей!
А вот это уже последний. Отлично Дикон попал. Прямо в глаз. Здоровенный викинг, только-только вспрыгнувший на борт и замахнувшийся, чтобы метнуть копье, свалился с борта и камнем ушел на дно. Судьба человека, упавшего в море в полном доспехе, предопределена. Даже и без стрелы в глазу. Зато умер с оружием в руках. Интересно, могут ли крылатые девы Одина выцепить крутого покойника из сетей великанши Ран [147].
Впрочем, я этого не видел: в следующий миг борт драккара с грохотом приложился о наш.
За моим плечом — свирепое рычание… И промельк копья, едва не чиркнувшего по моему шлему.
Братишка Свартхёвди. Хороший бросок. Доспех на брюхе норега потребует серьезного ремонта. Потом, когда его снимут с прежнего хозяина.
А вот это лишнее! Явно лишнее!
С жутким воем Медвежонок перемахнул через оба борта (и через голову присевшего от неожиданности норега) и с грохотом обрушился на палубу вражеского драккара.
И пошла коса по закоулочкам! Или типа того — не помню, как там, в сказке. Целых пять секунд я с восхищением наблюдал, как «работает» берсерк, прошедший профессиональную подготовку. И больше не считал, что мой побратим выбрал неправильную стратегию. Сын папы Медведя рубал на капусту всех подряд: активных викингов, замешкавшихся раненых, подвернувшихся под руку (вернее, под клинок) пленников-рабов… При этом он непрерывно оглушительно ревел, привлекая всеобщее внимание и вселяя страх даже в тренированные сердца викингов. Чего уж там… Даже мне было не по себе. Рев этот, перекрывающий оглушительный шум боя, действовал на каком-то глубинном, подсознательном уровне. Как рычание льва.
К сожалению, даже Медвежонок не смог в одиночку сорвать вражескую атаку. Задержал на некоторое время, а потом часть норегов сумела связать его боем и даже оттеснить к мачте…
— Дикон! — закричал я. — Держи Медвежонка!
А сам поймал брошенное в Каппи Обжору копье и вернул его… Нет, не владельцу, а другому парню, который как раз закончил перевязку нижней конечности и непредусмотрительно встал во весь рост.
Эту рану ему уже не перевязать.
Нет, к Медвежонку я не полезу. Хватит ему дистанционной поддержки (этот маневр мы недурно отработали) Дикона Йоркширца.
Ну куда вы! Сразу втроем — и на одного меня.
Нет, уже не одного. И не втроем. Мой лучший ученик Скиди аккуратно воткнул меч под мышку атаковавшего меня норега. Он хороший мальчик, Скиди. И я молодец. Научил его, что работать острием в уязвимые места ничуть не хуже, чем рубить с размаха, вскрывая добрую броню. Это ведь только в момент удара броня — чужая. А потом станет — своя. А ремонт, он денег стоит.