Род Корневых будет жить! (СИ)

— Извините, барин! — с поклоном сказал Савелий. — Этот неслух совсем от рук отбился! Только дед Радим и может на него управу найти…
Я смотрел на Савелия и Миколу, слушал их перебранку и был счастлив.
— А вы, Владимир Дмитриевич, чего пришли? — серьёзно спросил Микола. — Учиться бою что ли?
— Учиться бою что ли, — с улыбкой ответил ему я.
— Так пойдёмте, провожу! — и Микола направился мимо большой избы, где собирались вчера. — Деда Радим велел привести вас, коли вы придёте. Только вы что-то припозднились. Мы вас с утра ждали. А уже скоро бабы на обед позовут!
— Как смог, так пришёл! — оборвал я поток слов, шагая за пацаном.
В конце концов, пацан действительно был наглым и дерзким.
Савелий за моей спиной тем временем уже закрыл ворота, задвинул засов и похромал к скамеечке, что стояла рядом с воротами. И где его уже ждал чёрно-белый пёс с задранным к верху хвостом.
— Микола, как проводишь барина, бегом назад! — крикнул он нам вслед.
— Да знаю я! — отмахнулся пацан, чем снова вызвал у меня улыбку.
Он так старался быть взрослым, что его детская сущность лезла во все дыры.
Мы прошли мимо большой избы, а потом и насквозь всю деревню. 
Позади деревни, но внутри частокола была устроена тренировочная площадка, на которой сейчас толкалось человек десять молодых парней и мужиков. Причём, толкались в самом прямом смысле слова — бегали туда-сюда, стараясь зацепить плечом и сшибить товарища. И в тоже время стараясь избегнуть столкновений, который могли сшибить уже его самого.
Иногда зацепить товарища удавалось. Иногда даже сильно. Бывало, что кто-то летел на землю кубарем. И все смеялись. Но не обидно, а как-то по-доброму.
Понятно, что никаких тебе спортзалов и полов, устеленных матами. 
Судя по небольшому сугробу с торчащими из него лопатами, тренировка началась с расчистки места. Ну а что? И разогрелись, и польза есть. А то уже перемесили бы снег с грязью. Вот потом бабам стирки! А стиральных машин тут нет!
Мы с Миколой подошли и остановились чуть в стороне.
Но стояли недолго. Из толпы толкающихся, уклоняясь от налетающих молодчиков, вышел, мужик, в котором я не сразу узнал деда Радима. Только когда он поздоровался, до меня дошло, что вот этот седобородый живчик и есть дед Радим.
— Доброе утро, барин! — сказал он. — Всё-таки пришли?
— Доброе утро! — поприветствовал я старика. — Я ж обещал.
Дед Радим кивнул мне, а потом глянул на Миколу, и тот сразу же засуетился и с важным видом сказал:
— Пошёл я! Некогда мне тут с вами! Меня Савелий ждёт!
Дед Радим с серьёзным видом кивнул теперь уже Миколе, и пацан припустил обратно к воротам.
Если бы не смешинки в глазах старика, я бы подумал, что он действительно на полном серьёзе отнёсся к выходке мальца. Но он однозначно отнёсся к пацану как к равному, с уважением. Хотя ни он, ни Микола ни разу не забыли, кто старше, и не только по годам.
Прервав мои размышления, дед Радим предложил:
— Идём к нам, барин! Обмолотим тебя, чтоб помягче был!
И направился прямиком в толпу, которая продолжала своё хаотичное движение.
Вошёл он в толпу легко, как нож в масло. Ни разу ни с кем не столкнувшись. Тут приостановился, тут отклонился, тут развернулся, тут присел…
Я видел, что парни с большим азартом старались зацепить деда Радима, вот только он был какой-то текучий, что ли… Как пламя.
И мне вспомнилось как я ночью раскидал помощников чёрного колдуна. Я тогда тоже ненадолго почувствовал внутри себя пламя.
— Смелее, Владимир Дмитриевич! — весело крикнул из толпы дед Радим.
Разулыбавшись, я шагнул к ним.
  
Глава 11
 
Поначалу я собирал все тычки. Иногда меня ловили, но пару раз я всё-таки полетал кувырком.
Дед Радим снова и снова повторял:
— Стань текучим. Не надо переть в лоб! Позволь человеку упасть! Пропусти его! Его проблемы — это не твои проблемы!
С последним мне было сложнее всего. Потому что я уже знал, что проблемы этих людей и мои тоже. Точнее, мои проблемы автоматически становятся проблемами этих людей. А потому я за них в ответе.
 
Когда я сказал об этом деду Радиму, он засмеялся и остановил тренировку. И сказал мне:
— Сейчас, Владимир Дмитриевич, подойдите к той куче снега, возьмите лопату и принесите её мне. Так, чтобы не замочить ног.
Я насторожился — чего это он задумал? Но дед Радим объяснил мне:
— Я покажу вам, в чём вы, молодой барин, не правы.
Оглянувшись на кучу снега с воткнутыми в неё лопатами, я увидел, что снег уже начал подтаивать, и от кучи потекли ручьи. Поэтому я, чтобы не влезть в воду, где-то обошёл, где-то перепрыгнул. Дотянулся до лопаты, взял её и принёс деду Радиму.
— Трудно было? — спросил он, принимая у меня инструмент.
Я пожал плечами:
— Нет. Никаких проблем.
— Очень хорошо! — сказал старик. — А теперь отнесите лопату туда, где взяли.
Я направился было снова к снежной куче, не понимая, что он хочет мне объяснить.
Но дед Радим остановил меня.
— Подождите, Владимир Дмитриевич. — И позвал: — Юра, Богдан!
Подошли два парня. Один с выбитым зубом, что, впрочем, не мешало ему улыбаться во весь рот, а второй с чёрным кучерявым чубом.
— Будете мешать молодому барину, — сказал им дед Радим.
Парни, с усмешкой поглядывая на меня, кивнули. И приготовились подойти к заданию с рвением — это прекрасно читалось на их ухмыляющихся рожах.
— Вот, Владимир Дмитриевич, вам ответственность, — дед Радим кивнул на них. — Нужно отнести лопату и проследить, чтобы вот эти два детины не промочили ног. А то они болваны, ничего не понимают! Промочат ноги, потом простудятся, лечи их… Ну? Что же вы остановились? Несите! — в голосе старика звучал неприкрытый сарказм.
А я действительно стоял. Я понимал, что простая задача воткнуть лопату в сугроб сразу стала намного сложнее. Две ходячие проблемы не дадут мне этого сделать. Я должен буду либо следить за ними, либо выполнять задачу. А вот одновременно… Блин, да тут не надо быть провидцем, чтобы понять: всё пойдёт по одному месту!
Чтобы в этой ситуации отнести лопату, мне нужно будет…
— Но ведь я не могу забить на всех на вас! — в сердцах крикнул я. — Если я забью на вас, то вы можете без защиты остаться.
— А забивать и не надо, — усмехнулся дед Радим.
— А как тогда? Я совсем запутался.
— Очень просто! Когда у вас, барин, есть задача, выполняете её. А на другие задачи не отвлекаетесь. И помните, вы не один.
— Доверять всем подряд? — спросил я с сарказмом.
Потому что я точно знал: далеко не всем можно доверять. Ни в моём родном мире, ни в этом!
Дед Радим словно прочитал мои мысли, ответил:
— Зачем же всем подряд доверять? Не нужно этого делать. Это глупо и опасно! А вот договариваться… Договариваться можно и нужно! Ну и управлять тоже… Если, конечно, человек вам это позволит. Ну или если он хочет, чтобы вы им управляли, всяко бывает.
Не знаю, правильно ли я понял его, но я протянул лопату чубатому парню, которого звали Богдан, и приказал:
— Воткни лопату в сугроб!
Богдан молча взял лопату и выполнил моё распоряжение.
— Ну, можно и так, — усмехнулся дед Радим. — Отдавать распоряжения. Какая разница, кто вобьёт гвоздь, если в итоге он будет вбит как надо. — И повернувшись к остальным, добавил: — Давайте-ка на опоры поработайте, пока ещё есть время.
Снова на пятачке завязалась возня. И если смысл толкания я ещё мог понять — мы иногда похожим образом в армии грелись, то понять, что делают парни сейчас, я не мог. Потому что на мой взгляд все они валяли дурака. Точнее, валяли дураков, так как падали со смехом все. Один другого слегка пальцем ткнёт, к примеру, в руку или в плечо… а то и вовсе по носу щёлкнет, и вот уже довольный напарник летит кувырком. Потом поменяются местами, и приходит очередь валяться первому.
Я посмотрел на деда Радима, ожидая объяснений, но он продолжил разговор об ответственности и обязательствах. Ну и о чужих проблемах, конечно.