Кая. Полукровка (СИ)

Мы с королём смотрели друг другу в глаза, в то время как он до боли сжимал моё запястье. Холодок бежал по спине. Но, сжимая зубы, я твердила себе: «Он не заставит меня вздрогнуть. Не заставит меня плакать», – и ещё глубже смотрела в него.
Если бы я была тогда чуть трезвее – и физически, и эмоционально, – то обязательно заметила бы схожесть его взгляда с тем, которым смеряла меня бабуля в моменты наших ссор. С тем взглядом, которому я никогда не могла противостоять.
До этого самого момента.
– Мне больно, – сказала я через некоторое время, почувствовав, что холодок пропал, и Рю выглядел скорее потерянным, чем злым.
Спохватившись, он отпустил мою руку и застыл на месте.
Молча развернувшись, я в два шага поравнялась с Нэс, которая ждала поодаль, прижав ладонь ко рту.
– Он что, – прошептала она, когда мы пошли прочь от площади с фонтаном, – сделал с тобой это?..
Я неопределённо пожала плечами. Разбираться в том, что значит её таинственное «это» и кто с кем его сотворил, не хотелось совершенно. Голова была пуста, и почему-то очень хотелось спать. Дойти бы только до подушки.
Глава 7 
Нэс предлагала погулять ещё, но я чувствовала себя совершенно разбитой. Само по себе это было странно: не столько я выпила, алкоголь уже почти вышел, до вечера ещё далеко, да и день выходной, – но факт оставался фактом. Слабо оправдавшись и пообещав когда-нибудь снова с ней встретиться, я при первой же удобной возможности свернула в сторону Училища. Хотя мне и хотелось скорее остаться одной, пришлось быстро пожалеть о своём решении. Пока Инга была рядом, можно было отвлекаться на разговоры, пусть и довольно вялые. А теперь я осталась наедине с собственными мыслями.
Что ж я натворила-то?! Кто меня дёрнул?! Неужели нельзя было как-то по-человечески, поговорить спокойно, попросить его объясниться? Обязательно надо было отрывать его от работы, ставить в неловкое положение? Посреди города, на людной улице, так обойтись с королём! Не с кем-нибудь!.. С королём!!!
Я схватилась за голову и села на корточки посреди дороги. Проходившая мимо женщина с крынкой молока наперевес остановилась и участливо спросила, не стало ли мне нехорошо. Пришлось брать себя в руки и идти дальше, чтобы не пугать людей.
Будь я на его месте, что бы подумала? Что бы сделала? Ох... Да я же элементарно не подумала ни о его чувствах, ни об авторитете, ни о положении – ни о чём! Думала только о себе, своих переживаниях и... о своём желании бросить его.
Да, нужно быть честной хотя бы с самой собой: всё это было просто поводом.
Училище было уже совсем рядом – только до калитки дойти, но ноги словно отказали. Внезапная слабость остановила меня, и я прислонилась спиной к кирпичной стене.
Не хочу оставаться без Рю.
Пусть мы виделись редко, но... От мысли о том, что он не обнимет меня больше, становилось трудно дышать.
Кто же тогда меня обнимет?
Я обхватила себя за плечи, словно пытаясь заменить самой себе близкого человека. Не помогло.
С трудом проглотив отчаяние, я заставила себя дойти до калитки.
Всё, домой и спать, спать, спать. Хорошенько выспаться и, возможно, на свежую голову всё исправить. Или убедиться в том, что поступила правильно. Одно из двух.
– Обождите, госпожа, – остановил меня стражник, стоящий у калитки. Я подняла на него уставший взгляд:
– Здравствуйте.
– И вам того же, – кивнул стражник, поправляя красный берет на макушке. – Назовите имя и курс, будьте добры.
– Первый курс, Кая... – выдохнула я и почувствовала, как плечи сами ссутулились под собственным весом. Никогда не спрашивал, а тут вдруг бдительность, видите ли...
– Прекрасная? – уточнил он.
Кивнула:
– А что, не заметно?
Стражник достал из-за пазухи круглую толстенькую палочку длиной в полторы ладони и сделал шаг в мою сторону.
– Постойте минутку, – попросил он. – Я должен кое-что проверить. Буквально одну маленькую минуточку...
Он встряхнул палочку несколько раз и начал водить ей вдоль моего тела. Я послушно ждала, когда он закончит свою процедуру. Почему-то было даже не интересно, что ему от меня нужно.
 
Плохое предчувствие появилось слишком поздно: когда палочка проходила вдоль спины, поднимаясь от копчика к шее. «Книга!» – вспыхнула мысль, но бежать было уже некуда. Именно в этот момент спрятанная в заплечном мешке Книга начала притягиваться к палочке, словно иголка к магниту.
Я совсем про неё забыла! Специально ведь несла, чтобы показать Нэс магию, но мы ни разу даже не вспомнили о ней, несколько часов подряд обмывая косточки общему парню и его семейке. Как можно было быть такой невнимательной...
– Что же, Прекрасная, – вздохнул стражник, убирая палочку на место. – Пройдёмте. Господин комендант ждёт вас с самого обеда.
Голова закружилась, и сознание чудом не покинуло меня.
Минуту назад казалось, что хуже уже некуда.
Я ошибалась.
Комендант был очень странным типом, и внушал страх уже одним своим видом. Один глаз у него был широко распахнут, второй – всегда прищурен, при этом он сильно сутулился и выглядел, словно всех во всём подозревающий маразматик. Сказать, что мне было страшно – ничего не сказать. До домика коменданта было пять минут пути, и всю дорогу я морально готовилась к тому, что всё, меня отчислят. Вот прямо сегодня же. Можно начинать планировать новую жизнь. Как насчёт продать дом и уехать на север, к большой воде? Говорят, там красиво, и люди добрее...
Я усмехнулась. Эмоции будто прогорели во мне, оставшись едва тлеющими уголёчками, и оттого было почти всё равно, какое будущее ждёт впереди. Хотелось только одного: остаться в училище. Касаться магии, творить волшебство. А если без него... то какая разница, где и чем заниматься? Если отчислят, остальное не имеет никакого значения.
Комендант уже ждал меня, стоя на пороге своего крошечного домика. Говорили, он чувствует, когда к нему ведут провинившегося. Про него вообще много что говорили. Например, что когда-то он служил королевским шпионом на границе, и гладиры настолько глубоко вторгались в мозг, что сломали ему сознание. По слухам, после этого комендант вёл себя, как трёхлетний ребёнок, говорил только стихами, боялся растительной пищи и бросался в драку по любому поводу. Год его лечили лучшие врачи королевства, и привели к более-менее стабильному состоянию, но оставили всё-таки под присмотром магов училища. Лечение, видимо, далось им не очень, потому что склонностью к агрессии от него до сих пор за километр пахнет, да и на шпиона он сейчас ни капельки не тянет...
Вспомнилась мама, и меня передёрнуло: ассоциировать родную мать с... этим.
Интересно, он помнит что-нибудь о своих заданиях? Может, он знает, для чего старый король привлёк её?
Я остановилась в метре от коменданта и отшатнулась, когда он резко придвинулся, разглядывая меня своими разнокалиберными глазами. Жутко пахло неприятными специями, и резкий порыв ветра пронизал меня до самых косточек. Нет, спрашивать его я точно не буду...
– Что скажете, господин Страж? – проскрипел комендант, обходя меня кругом. – Есть с чем тут работать?
Я оглянулась: стражник почесал затылок под беретом и сочувственно пожал плечами:
– Так точно, устройство опознало страницы Белой травы за спиной ученицы Каи Прекрасной в момент возвращения на территорию Училища.
– Не наврала Лайла... – Комендант хрипло посмеялся, обходя меня кругом и будто бы обнюхивая. Он водил носом, то приближая ко мне лицо, то отдаляя, и всё время заламывал пальцы за спиной, так что они даже хрустели.
 
Лайла... Чертовски знакомое имя.
– Пройдёмте, Прекрасная, – сказал он наконец, зашагав в сторону своего домика. – Даже дознавателя вызывать не пришлось...
Мне поплохело. Заметив, что я не шевелюсь, стражник чуть подтолкнул меня в спину, и негнущиеся ноги сами понесли внутрь ослабевшее тело.
Всё. Вину не нужно даже доказывать. Поймана с поличным.