Кая. Полукровка (СИ)

– Ты такая красивая, когда плачешь, – нежно поцеловал в губы. – И солёная.
Не сдержав смешок, я ткнула его пальцем в живот, а в следующее мгновение он уже бережно укладывал меня спиной на тахту, не отрываясь от влажных губ.
Мия Тише заглянула в комнатку на первом этаже Управления спустя два с половиной часа после несостоявшейся казни. За окном уже совсем стемнело. Дождь перестал, и теперь только капающая с покатой крыши вода продолжала барабанить по карнизу. В комнате догорала свеча, которая давала лишь слабый свет, и никто не шевельнулся, услышав тихий скрип двери. Мия прищурилась, глаза не сразу привыкли к глубокому полумраку, но через несколько секунд она увидела сидящего на тахте Гарда и спящую у него на коленях Каю. Он – дремал, подперев голову рукой, она – лежала, замотанная в мягкое одеяло, и плечи её были совсем голыми. Мия выразительно выгнула бровь, осматривая идиллическую картину, потом улыбнулась, покачала головой и подошла к тахте.
– Всё готово, – прошептала она, касаясь плеча Гарда. – Пленных освободили, король прибыл. Я сама его не видела ещё, но Рой с ним уже пообщался.
Гладир поморгал, отгоняя остатки сна.
– Понял, – кивнул он. – Скоро будем.
И поморщился в попытках вытащить из-под Каи затёкшую руку. Она издала несколько сонных звуков, пристраиваясь на его коленях поудобнее.
– Ждём вас, – шепнула напоследок Мия и, не в силах отвести глаз от дочери, покинула комнату.
– Кая-ли, – тихо проговорил Гард, поглаживая её обнажённое плечо. – Просыпайся. Нам пора.
Девушка нахмурилась, повернулась на спину, свесив ноги вниз, и с кряхтением потянулась. Только выдохнув, она открыла глаза на гладира. Потом закрыла. И снова открыла.
– Всё ещё не уверена, что ты мне не снишься, – улыбнулась она.
– Хочешь, ущипну?
И Гард ловким движением провёл пальцами по рёбрам Каи, так что она с визгом подскочила на месте. Показала ему язык и принялась одеваться в сухое.
– Ты мне так и не рассказал, как здесь оказался, – заметила она, застёгивая на груди типичную для гладирок рубашку с расширенными рукавами. – И что вообще произошло.
– Если коротко, – Гард откусил круглый красный плод с мягкой жёлтой сердцевиной и задумчиво прожевал. – Рю с самого начала не спускал с нас глаз, и потерял только в Делянке, когда мы через лес сбежали. А потом выяснилось, что на браслете Джуса был маячок, с помощью которого нас отследили. Но поздно: ты уже сбежала, а меня из лап ищеек всё же вырвали. Так что я сразу оказался в лагере нашей армии.
Кая вскинула брови.
– Да, такого я предположить не могла.
– Узнав, что ты направляешься к Прокурору, король принял решение измотать его силы. Большая часть ищеек и других подвластных ему структур были направлены на периферию: случилось даже несколько сражений, диверсий там каких-то, но об этом Рю сам лучше расскажет. Меня же направили устраивать побег из Пещер. У людей не такая большая армия, и нужна была поддержка изнутри. Благо, мы успели. Прокурор настолько не ожидал побега, что сопротивления нам почти никто не оказал.
Девушка тяжело вздохнула.
– И что теперь?
– Теперь пойдём на собрание представителей власти обеих стран и посмотрим, что из этого выйдет, – улыбнулся Гард, протягивая руку. Кая страдальчески закатила глаза, но протянула свою в ответ.
– Может, не надо? – простонала она, пытаясь рассмотреть что-нибудь сквозь мокрое окно.
– Что, снова хочешь сбежать? – голос Гарда был полон ехидства.
Кая замотала головой:
– Нет, хватит. Ничего хорошего из этого не выходит.
Гладир крепче сжал её ладонь, стараясь подбодрить, и задул свечу.
***
В большом круглом зале с невероятно высоким потолком стояли кучками по двое или по трое представители обеих рас и тихо переговаривались между собой. За последние дни я успела отвыкнуть от каменных строений, и теперь с удивлением изучала обстановку. По центру зала расположился стол весьма необычной формы: он шёл кольцом, размыкаясь только в одном месте, там, где в небольшом отдалении стояла кафедра, подобная тем, что мне доводилось видеть в училище. А на ней покоилась золочёная клетка с небольшой голубой птичкой внутри.
 
Гард огляделся по сторонам, словно искал кого-то и, понизив голос почти до шёпота, сказал:
– Мы не успели толком поговорить...
– Прости, я так устала, что сама не заметила, как уснула.
Он приобнял меня за плечи:
– Всё хорошо. Но я не рассказал тебе кое-что важное. – Он выжидающе посмотрел на меня и, когда я вопросительно вскинула брови, продолжил: – В Пещерах, для организации безопасного побега мне понадобилось связаться с их, скажем так, правительством.
– У них было правительство? – я тоже начала оглядываться, пытаясь уловить, что именно ищет Гард.
– Да, всё это было больше похоже на маленькое государство, чем на место ссылки и рабства.
– И что же, у них там был свой король?
– Даже несколько, – улыбнулся он. – Целый Совет.
Подняла на него вопросительный взгляд.
– Все решения принимались совместно, – пояснил он, – Советом из шестнадцати самых уважаемых людей.
– Людей или гладиров?
– И тех, и других... И вот главным среди них, был самый первый из сосланых гладиров. Его даже называли просто: командир. Вот он, смотри. – Гард указал на оживлённо жестикулирующего особенно высокого гладира с длинным, по пояс, хвостом серебристых волос. – Его зовут Ладо. Старший сын в своей семье, принадлежащей роду Веда.
Моё сердце глухо ударилось в рёбра и провалилось в живот.
– Значит, он – мой родственник? – еле слышным шёпотом уточнила я.
– Родной дядя, – расплылся в улыбке Гард. – Несколько представителей рода Веда – это всё, что осталось от потомков Торуса, и то только потому, что они не имеют права занять трон. Но именно из-за своего происхождения они и взяли в свои руки организацию жизни Пещер.
Я прикусила губу. С тех пор, как пришло осознание, что эра Прокурора подошла к концу, я мысленно перебирала варианты, как бы снова не оказаться скованной долгом и ответственностью. Если сбежать из деревни, с поста ведьмы, ещё как-то можно было, то вот бросать целую страну... да кто мне позволит? И появление другого представителя рода обрадовало меня не только потому, что он может быть мне родственником – но в первую очередь потому, что он мог бы занять моё место на троне.
– Он не единственный твой кровный родственник здесь, – осторожно сказал Гард, и я вздрогнула, выныривая из своих размышлений.
– Папа... его ведь тоже сослали в Пещеры.
– И не только его. – Гладир взял меня за плечи и заглянул в глаза. – Кая-ли, соберись. Сейчас не время давать волю эмоциям.
Я покивала, тщетно пытаясь сфокусировать взгляд. Гард издал утробный звук и вскинул голову.
– Чёрт возьми, и ты ещё удивлялась, почему Рю тебе ничего не рассказывал! Кая, соберись!
Помотав головой, я подняла на него глаза и твёрдо кивнула:
– Говори, как есть.
– Здесь твои родители. Оба. Они вместе, нашли друг друга в ссылке. У них всё хорошо, скоро должны быть здесь. Слышишь?
Кивнула. Любые мысли срочно покинули мою голову.
– И твой брат тоже здесь.
– Какой брат? – выдохнула я, обмерев окончательно.
– Младший. Ему семь. Эй! – Гард крепче сжал мои плечи. – Эй-эй-эй! Держи себя в руках. Потом, когда всё закончится, можешь кричать, бить посуду, рвать волосы, ругаться, проклинать, призывать демонов – но сейчас возьми себя в руки.
– Почему ты сказал мне обо всём этом... сейчас? – дрожащими губами спросила я.
– Чтобы ты успела взять свои чувства под контроль. Семейные разборки устраивать будете потом. Сейчас нужно закончить с межнациональными разборками.
 
Гард был прав. Сейчас есть задачи куда важнее, чем выяснять, на кого меня променяли родители и как мне дальше с этим жить. Но когда они появились в зале, коленки всё равно предательски задрожали.
– Держи себя в руках, – шепнул мне на ухо Гард, нежно обнимая сзади за талию. – Этот вечер надо просто пережить. Потом, если хочешь, увезу тебя в своё поместье, и никто не посмеет к тебе сунуться, включая его величество.