Кая. Полукровка (СИ)

Мы помолчали. Наконец, собравшись с мыслями, я пожала плечами:
– Просто привычка.
– Все мы состоим из привычек. На них и строятся личности.
В Делянке было так же тихо, как и во всех деревнях, что мы успели проехать. Мало того, что зима, так ещё и повсюду встречались следы пожарищ и разрушенных хозяйств. Случай в Агване явно не случайность, а самая, что ни на есть, закономерность.
Наконец, телега остановилась посреди центральной улицы деревушки. К ней осторожно начали стекаться люди.
Мы с Гардом спустились на землю, подхватили свои сумки и направились вдоль по улице. Проходящие мимо жители Делянки, завидев меня, ускоряли шаг, отводили глаза или начинали о чём-то шептаться. Я в свою очередь тоже делала вид, что не знаю никого из них. Ни Сажу, ни Ертоля, ни почтенную госпожу Жабу. Имени её, признаться честно, в Молотушках никто и не помнил, настолько привыкли к прозвищу.
– Чего это они? – спросил Гард, кося глазами по сторонам. – Ощущение, что избегают тебя.
Я махнула рукой:
– Так всегда было, не обращай внимание. Помнишь, что говорила хозяйка в Агване? Ведьм боятся, относятся к ним с суеверным страхом. Мы этим пользуемся, тот, кто боится, более послушный. Хоть и приходится мириться с этим... Но, знаешь, сегодня даже мне немного не по себе от их реакции. Может, это потому что я сбежала из дома, не знаю.
– Вряд ли местным понравилось, что их ведьма сбежала, – рассудил Гард. Я кивнула.
– Вообще это неправильно. Незаконно, скажем так. Сначала я должна предупредить, решить все текущие проблемы, в идеале предложить кого-то себе на замену, и только после этого уходить на вольные хлеба. Надеюсь, времени прошло достаточно, и меня не загрызут.
– Если они так боятся ведьм, то вряд ли будут их грызть. Да и вон, не грызут вроде.
– Эта деревня ко мне не относилась. Местная ведьма – мама Агаты.
Гард понимающе промычал.
– Она, что ли?
Я проследила за его взглядом, и сердце ёкнуло от неожиданности: нам навстречу действительно шла крупная женщина в чёрных одеждах, позвякивая мешочком с монетами. Шестое чувство нашёптывало, что надо скорее бежать отсюда и даже не здороваться с ней, но было уже слишком поздно.
– Каечка! – воскликнула она типичным для неё притворно радостным тоном. – Какими судьбами, дорогая? Тебя так давно здесь не было видно! Ох, что же я, пойдём скорее ко мне, я тебя чаем напою. Ты небось с дороги? А кто твой прекрасный спутник, не представишь?
– Здравствуйте, госпожа Аглая, – я улыбнулась, но зубы почему-то при этом противно скрипнули. – Я ненадолго, мне только домой зайти бы, и дальше путь держать...
– Ничего не хочу слышать! Сначала ты меня уважишь, расскажешь, где была, что видела. Ты же мне как дочка! Да и Агата говорила, что с тобой должна встретиться. Вы виделись? Как там моя девочка? Да представь же мне этого юношу!
Ох уж эта их привычка тараторить! Я посмотрела на Гарда. Его цепкий взгляд сейчас был прикован к ведьме, а левой рукой он бессознательно держался за больное плечо.
– Конечно, знакомьтесь, это Гард, он маг, мы с ним учились вместе. Гард, это госпожа Аглая, ведьма Делянок. Да, Агату я действительно видела, у неё всё в порядке... И на чай мы к вам с удовольствием зайдём, если позволите обработать рану: на нас вчера напали разбойники, чудом спаслись.
– О чём разговор, милая! – расплылась в улыбке госпожа Аглая, и на этот раз куда более естественно, чем обычно. – Идёмте же скорее, расскажете, что произошло.
– Мне она не нравится, – тихо сказал Гард, опуская сумку на пол в прихожей. Сама тётя Аглая побежала за медикаментами, позволив нам самим устраиваться в гостиной. Этот дом я знала, как свои пять пальцев, поэтому ни у кого не возникло ни единого вопроса. – Будто скрывает что-то. Дурацкое ощущение такое, вроде и заглянуть в неё не могу, но словно смотрю на игру плохого актёра.
– Добро пожаловать в мой мир, – я развела руками. – И она тоже так вела себя всегда. Никогда не поощряла нашу с Агатой дружбу и всё время пыталась её науськать против меня. Но, кажется, Агате от этого было только интереснее.
 
– Похоже на неё, – улыбнулся Гард, проходя в дом следом за мной. – И всё равно не по себе.
– Мне тоже, если честно, – понизив голос ответила я и показала ему на стол, за которым в этом доме обыкновенно пили чай. – Но рану обработать нужно срочно, так что потерпим немного.
Усадив гладира за стол, я задрала его рукав, размотала, насколько было возможно, бинт и намочила в ведре талой воды тряпку, которой тут же начала аккуратно смачивать рану, чтобы снять остатки бинта как можно аккуратнее. Гард морщился и тяжело дышал, но не издавал ни звука.
– Молодец, – проговорила я, стягивая бинт. – Ещё чуть-чуть. Сейчас будет самое неприятное...
– Ох, Великое Солнце! – воскликнула подошедшая тётя Аглая. – Что же это произошло?
– Охотничье ружьё, – я приняла из её рук несколько ящиков с мазями, каплями и бинтами. – Где у вас... а вот, нашла. Остановились в Агване у местных жителей, а их обозвали неверными и сожгли двор... хорошо рядом гвардия королевская оказалась...
На лице мамы Агаты словно мелькнула тень удивления. Она на секунду замешкалась, а потом вздохнула:
– Да, неспокойные времена. В такие дни мы радуемся, что находимся далеко от основных дорог, и разбоя в наших местах мало. Да и Гаппа совсем из ума выжил, так и не спускается со своего насеста...
Я приложила к ране смоченную в спиртовом растворе лечебных трав тряпочку, и Гард взвыл от неожиданности и боли.
– Тише-тише, – я погладила его по плечу. Лоб мой непроизвольно напрягся, словно сама чувствовала его боль. – Оно щиплет, зато отлично обеззараживает, придётся потерпеть.
Причитая, тётя Аглая, тем не менее, быстро и ловко готовила чай, и когда я закончила перевязку, на столе перед нами уже стояли чашечки ароматного чая.
– Как мне этого не хватало, – протянула я, глубоко вдыхая носом выразительный запах диких трав. – Там в городе совсем никаких трав нет, для чая используют обычно кору коричневого дерева, она у меня уже вот тут сидит.
– Да ладно, – ответил Гард, который изрядно побледнел. Он пригубил чай и кивнул: – Мне и в Училище чай нравился, но этот намного лучше. Моё восхищение, госпожа Аглая, вы прекрасный повар.
– Да какой я повар, – смущённо отвела взгляд она. – Всего лишь травница.
– Пусть так, но этот напиток достоин восхищения! Можно ещё?
Я улыбнулась, тоже залпом выпила свой чай и покосилась в сторону печенья. Теперь Гарду точно станет лучше, а перекусить и в самом деле пора: время обеда давно прошло, а у нас с рассвета не было во рту ни крошки, ни капли.
– Так что же вы, вместе учитесь? – спросила тётушка.
– Да, вместе поступили, – ответила я, откидываясь на спинку стула. В тепле и покое стало нестерпимо клонить ко сну. – Потом попали в одну группу, так и подружились.
Гард зевнул. Не удержавшись, я повторила за ним этот жест.
Мир вокруг поплыл и через мгновение померк совсем.
Когда сознание вернулось ко мне, я всё ещё сидела на стуле, но руки при этом были связаны за спиной, а ноги – привязаны к ножкам стула. Оглянувшись, обнаружила Гарда. Он сидел рядом в такой же позе и сверлил взглядом тётю Аглаю. Та расположилась в кресле у противоположной стены, скрестив ноги, и продолжала хлебать чай как ни в чём не бывало.
– Что здесь происходит? – осторожно спросила я.
– Происходит здесь то, – прорычал Гард, – что не надо было тебе снимать экран. Отследили таки по шлейфу от сбежавшего бандита. Говорил я тебе: найдут!
– Вы такая милая пара, – сказала мать Агаты. – Так бережёте друг друга и прелестно ругаетесь. Даже жаль отдавать вас им.
 
– Ничего не понимаю...
– Деревня эта под присмотром ищеек, – пояснил Гард. – С экранами нас, может, и не обнаружили бы до твоего дома, но там наверняка засада. Говорил я тебе, не нужно было сюда ехать!
– Госпожа Аглая? Может, вы сами расскажете, что здесь происходит?