Дыхание бездны (СИ)

Спросил я, помирилась ли Катя с отцом, и ещё о чём-то. А вот про последнюю нашу встречу, когда Катя припёрлась пьяная ко мне домой, мы не вспоминали. Да и стоило ли говорить об этом? Ошибки бывают у всех, и всем за них стыдно. Нет смысла снова и снова мусолить дела минувших дней, тем более ничего страшного тогда не приключилось.
Так мы и ехали остаток дня, болтая обо всём подряд. По обе стороны дороги тянулся лес, иногда навстречу проезжали машины, в основном военные грузовики. Поужинать остановились в посёлке возле с железнодорожной станцией, а потом помчались дальше. Я не оставлял надежды добраться сегодня до Томска.
Не получилось. Ночь застала нас в дороге. Мы оба устали и последний час почти не разговаривали. Катя дремала в кресле рядом, я же изо всех сил крепился, чтобы не вырубиться. Лучи фар бежали впереди, по радио фоном играла музыка. Всё это навевало ужасную сонливость, и только внезапные канавы, на которых машина подскакивала, как на батуте, ненадолго разгоняли сон.
Я несказанно обрадовался, когда очередной дорожный знак уведомил нас, что до ближайшего посёлка осталась пара вёрст. Вскоре слева от дороги замелькали огоньки, и я свернул туда, надеясь найти ночлег в какой-нибудь местной гостинице.
И что интересно, гостиница нашлась быстро. Местный житель подсказал, где она, а долго плутать на трёх улицах не пришлось. Крохотная гостиница располагалась на первом этаже двухэтажного здания недалеко от центра посёлка. Вот только месте там не оказалось.
— Нам придётся ночевать на улице, — объявил я, вернувшись в машину. — Все пять комнат заняты.
— Неужели сюда кто-то приезжает? Интересно, зачем? Тут же такая глушь, — недоумевала Катя.
— Наверное, такие же незадачливые путники, как и мы, которых ночь застала в дороге, — я кивнул на машины, стоящие рядом с гостиницей. Тут были два старых внедорожника, три легковушки и два небольших грузовичка.
— И что нам теперь делать? — спросила Катя.
— У тебя сиденья раскладываются?
— Конечно. Задние можно разложить, получится что-то вроде кровати.
— Значит, здесь и останемся. Но учти, нам придётся ночевать в одной машине. Извини, но на улице я спать не не хочу. Холодно.
— Это вовсе не проблема, — произнесла негромкой Катя и потупилась. — Ничего страшного. Если я вам не помешаю.
— Было бы странно, если б ты мне помешала.
Я отъехал на стоянку и поставил машину возле одного из грузовичков. Вещи мы перекинули на передние сиденья, а задние сложили. Получилась двухместная, хоть и не очень широкая лежанка. Выключили свет в салоне, улеглись. Вдвоём было тесновато, мы практически соприкасались плечами.
Воцарилось неловкое молчание.
— Тесновато тут, — проговорил я.
— Да, не разляжешься особо, — усмехнулась Катя. — Вам тесно? Может, я на переднем как-нибудь устроюсь?
— Как? Там вещи лежат.
— Я их на одно кресло сложу, а сама на другом буду.
— Ты мне не мешаешь. Но если хочешь, иди.
— Да мне… тоже нормально.
Мы замолчали. Я отвернулся лицом к стенке. Думал, Катя не помешает, но она мешала, точнее мешало ужасное возбуждение, охватившее меня. Рядом, почти в притирку лежала привлекательная девушка, которая, кажется, была не прочь отдаться мне. Как тут можно спокойно спать? Она ещё и прикоснулась к моей спине несколько раз, будто случайно.
Как поступить, я не знал. С одной стороны, не хотелось ссориться с начальником охраны, а с другой — ему-то вообще какое дело? Катя сама решит, что ей делать. Тем более Сатир разрешил ей поехать, хоть и знал ситуацию. Значит, ему всё равно? Как ещё это понимать? Тогда к чему был тот разговор в лесу?
И вот я лежал, а в голове вертелись мысли, не давая спокойно уснуть.
— Ладно, пойду на переднее сиденье, — проговорил я, когда Катя снова прикоснулась к моей спине.
— Нет-нет, вам не обязательно, я сама пойду, — Катя приняла сидячее положение. — Я вам мешаю.
— Ты мне не мешаешь, но… неважно.
— Я вам не нравлюсь? — вдруг произнесла девушка.
— Почему ты так решила?
— Вы мне наговорили много чего тогда, а теперь просто игнорируете.
 
— Конечно, ты мне нравишься. Но дело-то не в этом. Ты же работаешь на меня. Да и вообще… ладно, забудь. Потом как-нибудь обсудим эту тему. Давай спать. Только подвинься подальше.
— Как скажете, — Катя легла и подвинулась к противоположной стенке. — Простите, что я заговорила об этом. Не надо было.
Мне показалось, что теперь, наконец-то, получится заснуть, но голова была как в тумане. Гормоны били по мозгам, не давая думать ни о чём, кроме как о лежащей рядом девушке. Да и хрен с ним, решил я, потрахаемся и успокоимся. Зачем мучить себя и друг друга?
Я перевернулся на другой бок, протянул руку и дотронулся до живота девушки, провёл верх, под моей ладонью оказал небольшой мягкий бугорок. Я чувствовал, как сильно бьётся сердце Кати. Она пододвинулась ближе, повернулась ко мне лицом и легонько коснулась своими губами моих губ. Я залез ей под майку, потом расстегнул её штаны, и моя ладонь поползла ниже. Изо рта девушки вырвался тихий возбуждённый стон. Она так и льнула ко мне.
— Ты как любишь, сверху или снизу? — шепнул я.
— Как вам угодно, — выдохнула Катя.
Ласки продолжались недолго, мы оба были на взводе, да и тесный салон не располагал к кувырканиям. Всё произошло довольно быстро, после чего я отрубился. Напряжение было сброшено, и усталость взяла своё.
Утром я проснулся первым. Катя похрапывала рядом.
— Поднимайся, соня, пора в путь, — я легонько потряс её за плечо.
— А? Что случилось? — девушка тут же вскочила. — Ой, простите… Я проспала?
— Нет, всё в порядке. Просто ехать надо. Чем раньше, тем лучше.
— А, поняла, — Катя протёрла кулаками глаза и зевнула. — Что-то меня разморило. Тут душно.
Я опустил стекло, и прохладный утренний воздух ворвался в салон. На улице было пасмурно, накрапывал дождь.
— Нам надо найти, где поесть, а потом отправимся в путь. До Первосибирска ещё пилить и пилить.
— Точно, лошадь бы съела.
— А вот это не стоит, испортишь фигуру, — усмехнулся я.
Кафе находилось недалеко от гостиницы. Простенькое, бедноватое заведение с десятком столов и непритязательным меню. Несмотря на ранний час, мы здесь были не одни. Рядом с нами завтракали четыре мужика в полувоенной одежде. Я перекинулся с ними парой слов. Видя форму пограничника и княжеский герб на груди, они охотно ответили на мои вопросы. Они оказались местными добытчиками и сейчас ехали к рубежу.
Долго засиживаться мы с Катей не стали: быстро поели, сели в машину и помчались дальше. Катя сегодня была молчаливее, чем вчера, смотрела в окно, иногда бросая на меня робкие взгляды.
— Ну и ночка сегодня выдалась, — проговорил я. — Тебе хорошо было?
— Конечно, мне всегда хорошо с вами.
— Может быть, однажды получится встретиться при других обстоятельствах. Машина — не лучшее место для свиданий.
— Я была бы этому очень рада.
— Только голову себе не забивай этой ерундой. Не знаю, как получится и когда. И ещё: не хочу, чтобы наши встречи помешали работе.
— Я не буду об этом много думать, и работе не помешает, обещаю.
А вот меня не слишком-то радовало, что отношения с одной из сотрудниц зашли так далеко. Катя, кажется, втрескалась в меня по уши, и это вызывало опасение. Впрочем, её дело, не запрещать же ей.
В Первосибирск мы добрались днём, а вечером я собрал у себя дома Сатира, Кургана и Гаврилов. Мы расположились в моей новенькой комнате для совещаний на втором этаже. Тут был длинный стол, за котором могли уместиться человек десть.
Леди с нами не было. Она вчера уехала в Нижний Новгород и до сих пор не вернулась. Путь в одну сторону занимал часов сорок-пятьдесят.
— Где поселим сестру? — спросил я. — Придумал?
— Тут два варианта, — ответил Сатир. — Либо — с нами. Дом у меня большой, сами видели. Я на первом этаже живу, а Светлану можно поселить вместе с дочерью на втором. С Катериной я уже говорил, она согласна поработать телохранителем. Или сниму им отдельное жильё. Как решите, таки будет.