Сюрприз для попаданки (СИ)

На ведьме не было лица: вся взъерошенная, глаза испуганные, губы искусанные. Предчувствие чего-то страшного родилось в груди еще до того, как подруга решила объясниться.
Обеспокоенно переглянувшись с Рионом, заметила пиджак Дана, оставшийся висеть на спинке стула. Он здесь тоже был? Почему нас все ждали?
Будучи на свидании, мы игнорировали любые записки от друзей, решив, что ничему и никому не позволим сорвать наше уединение. Тем более, что могло приключиться за то недолгое время, что мы бы отсутствовали?
Оказалось, что и четырех часов достаточно для того, чтобы случилось непоправимое.
— Ливайя пропала, — из и без того красных глаз ведьмы потекли слезы. — Дан ушел искать ее.
— Но куда она могла исчезнуть? Может, кто-то из близких приехал в город, и она пошла на встречу? — обескураженно протянула я, пытаясь успокоить подругу и самой не поддаться панике.
Ледяные бледные руки ведьмы дрожали.
Но поймав мой взгляд, Аби обреченно произнесла:
— После окончания второго тура соревнований Дан Аксэн всем объявил, что скоро состоится их помолвка с Саралин, — сердце в груди ухнуло вниз, и я пошатнулась. — А час назад Наследник пришел ко мне в поисках водницы, так как хотел извиниться перед ней за ссору после демонова заявления о будущей свадьбе с другой, — со злобой и отчаянием выплюнула Абигайль. — Он сказал, что разорвал с Лив отношения. Наговорил ей глупостей, был слишком резок, поэтому и решил исправиться. Но оказалось — поздно. Мы нигде не нашли ее, Беата. Ливайи нет в академии, а последний, кто ее видел, сказал, что она ушла в сторону гор.
Холод заколол пальцы, и я ощутила настоящий ужас, вспоминая то красивое озеро, что видела, когда мы летели с Рионом к месту пикника.
Страшная мысль, что магия водницы могла выйти из-под контроля из-за разбившихся надежд и боли потерянной любви, затопила сознание, мешая сделать вдох.
— Ты думаешь, она решила… — не договорила я, почувствовав, как в легких кончился воздух.
— Теперь Дан знает, что она русалка. И только в его руках жизнь Лив, — потерянно прошептала Абигайль, снова поднимая на меня безжизненный взгляд.
— Твою мать! — смачно выругался Рион, и бросился к окну, тут же обрастая драконьей чешуей и взмывая в ночное небо.
— Может, еще раз поищем в академии? 
Подруга отрицательно замотала головой и уселась на кровать, обхватывая голову руками.
— Мы все обыскали: Бегемот просканировал пространство академии, пролез в самые скрытые уголки — ничего. Ее нет нигде, Беатрис. Зеркан еще не знает, не готова пока сообщать, что его сестра пропала.
Не желая верить в происходящее, я снова и снова мысленно звала Лив. Но в голове то и дело вспыхивало счастливое лицо водницы, что радовалась каждому дню, стоило их свести с Даном.
До того рокового бала она была готова жить без воздушника, принимая безответную любовь на расстоянии. Она понимала, что им не быть вместе, и была готова жить с этим чувством до конца своих дней, не давая волю стихии, что выбрала себе избранника.
А потом я решила побыть крестной феей…
— Это я виновата, Аби, — сокрушенно произнесла я, понимая, что никогда себе не прощу, если с Ливайей произойдет что-то серьезное. Или, хуже того, что она поддастся стихии и обратится духом воды, соединившись с тем самым горным озером, навсегда потеряв себя и став частью мощной стихии без лица и времени. — Это я во всем виновата…
♛♛♛
Ливайя
Многие считают, что для русалок смертельна любовь. Оставаясь верным традициям, водный народ привык к договорным бракам, ставя на первое место в отношениях взаимоуважение, страсть, общность взглядов на жизнь и мир.
Неспешно преодолевая каменистые препятствия, я шла к своей цели самым коротким путем — сама стихия вела, указывая дорогу, способную быстро привести меня к источнику воды.
Горное озеро, облюбованное с первого курса обучения в академии, не раз помогало собраться с мыслями, снять напряжение, да и просто помечтать.
Вот и сегодня, настал момент, когда я приняла решение сбежать ото всех. Я бы и от себя сбежала, будь такая возможность. Хотя, зачем кривить душой — такая возможность все же была. И удушающая тоска направляла сейчас мое тело именно к этой развязке. Мягкая, но напористая стихия согласно заплескалась внутри, подталкивая ускориться.
 
Многие считают, что для русалок смертельна любовь, но ведь это лишь следствие. Куда губительнее изначальная причина — надежда.
Не страшно быть внебрачной дочерью баритара — страшно надеяться на его любовь. Когда однажды я узнала тайну своего рождения, то на крыльях любви бросилась собираться во дворец правителя. Мама, будучи когда-то сосланной из дворца придворной дамой, еле удержала меня в доме.
В тот день я узнала, чем же именно моя мамочка провинилась перед баритаром, отправившим ее подальше от столицы — она посмела забеременеть мной и моим братом.
Супруга правителя нашего континента не могла позволить появиться на свет новым претендентам на трон. Но Лиамор Дюрей, будучи действительно влюбленным в мою маму, не дал случиться непоправимому — баритар озаботился скоростной ссылкой своей, теперь уже бывшей, беременной любовницы, куда подальше от сердца континента. Он же сделал так, чтобы никто не знал, кто мы и откуда: дал маме новое имя, земли, верных слуг, и даже нанял магов, что поработали над памятью его супруги.
Он подарил нам возможность жить.
Но когда, однажды, я пробралась во дворец на один из балов, как дочь “старинного богатого рода (который, на самом деле, уже давно иссох) держащегося подальше от власти”, отец не позволил мне приблизиться к нему. Даже для простого разговора.
Это страшно ранило. Не смертельно для меня, но смертельно для надежды, что не успела толком расцвести в девичьей душе. А мне ведь так хотелось сказать ему: “Папа, это я, твоя дочь, посмотри, как я выросла”.
Мне не нужна была его власть, мне никогда не нужен был трон, деньги — баритар ежегодно высылал огромные средства для нашей скромной семьи. Уже тогда я знала это, но не догадывалась, по какой причине.
Мне нужен был лишь его ласковый взгляд, скупое, но теплое объятие и, возможно, несколько слов о том, как он жалеет, что отказался от нас с матерью. Но я не получила ничего из этого. Лишь настоятельное предложение покинуть бал от советника правителя. Да, отец меня узнал.
Мама всю жизнь любила баритара континента Шелик, поэтому так и не вышла замуж. Не смотря на то, что она была воздушницей, и такая любовь не грозила ей ничем кроме тоски и депрессии. Она растила нас одна, окружая няньками, учителями и изредко приезжающей родней.
В день нашего с братом совершеннолетия, на рабочем столе матери я заметила распечатанное письмо с гербом правителя. Демоны дернули меня за волосы открыть его и вчитаться в содержание. 
В тот же день я уговорила брата поступать в “Академию высшего магического искусства и ясного дара” расположенную совершенно на другом континенте. Он до сих пор не знает, что же подтолкнуло меня отправиться в самое престижное учебное заведение нашего мира. А я просто сбежала.
И вот уже два года я ношу в себе тайну и лелею надежду вернуться на Шелик совершенно другой девушкой: сильной, отважной, умной и равнодушной.
Потому что там меня ждет отец, внезапно потерявший супругу и призвавший наш “старинный богатый род” в столицу.
Я пообещала себе больше ни на что не надеяться, не мечтать о любящей полной семье. Так я и заявила маме, когда собирала вещи в дорогу. Она пыталась “образумить”, уверяла, что нам надо поговорить с отцом, но я лишь смеялась. Понятно теперь, в кого я такая наивная.
О, ирония судьбы… Еще тогда, убегая из дома, я даже не подозревала, какую ловушку готовит мне будущее. Два года назад я даже не думала, что влюблюсь в Наследника трона Лейсаса.
Лучше бы тогда я осталась дома и позволила своему отцу весь фарс, который он, наверняка, задумал.
— Прими то, что я недостоин тебя, Лив! — твердо произнес Дан очередную бьющую наотмашь фразу. — Происходит то, что происходит. Так нужно, так правильно, и каждый на своем месте.