Проклятые коты, острые мечи и жестокая магия (СИ)

Пока шла эта болтовня, появился жених, и вместе со своими родственниками умастился у алтаря. Там же торчало два специальных постамента. На одном из них на специальной подушечке лежала какая-то корявая штуковина, состоявшая из металлических палочек и торчавших на них разноцветных кристаллов, очевидно ключ. Над ключом сиял полупрозрачный силовой купол, очевидно, в целях безопасности.
— Вон он, это ключ Ордена паладинов! Какая странная вещь! — бубнил в толпе один из тех же голосов. Андрей был более чем согласен, начёт странной вещи. Более всего данный предмет походил на гибрид пещерной гусеницы, кочерги и мутировавшего ежа.
Не успел Андрей как следует наглядеться на это чудо, как появилась невеста, вместе со своим отцом. Вскоре она тоже оказалась возле алтаря, и второй ключ, ещё более странный, чем первый, лёг на подушечку рядом. Эта образина напоминала рамку от картины с приваренными к ней ручками от кастрюль. Ручки образовывали странные сочетания, свободно вращались и тоже искрились разноцветными кристаллами.
Но наёмнику некогда было удивляться, да ещё и дважды. Откуда ни возьмись, у него за пазухой объявился ворон. Птица была куда крупнее обычной, и со стороны казалось, будто у Андрея откуда ни возьмись вдруг возник пивной живот.
— Дело дрянь! Я нашёл второго Поглощающего, это тот тип, что стоит в толпе родственников возле жениха. Очевидно, что после свадьбы он получит ключ! Это просто… конец света какой-то! — взволнованно прокаркало у Андрея из-под наряда.
— Что?! Ты уверен?! — наёмник приложил титанические усилия, чтобы не заорать от неожиданности, но его дёрганная реакция и непонятный взволнованный возглас уже начали привлекать внимание.
— Абсолютно! Действуем по плану "Б"! Срочно укради этот ключ прямо сейчас, иначе другого шанса не будет! Я помогу тебе! — с этими словами ворон взволнованно закопошился у Андрея за пазухой. Одежда на наёмнике заходила ходуном, что собрало ещё больше косых взглядов.
Наёмнику только и оставалось, что закатить глаза и приступить к плану "Б". Он и сам уже понял, что ворон прав. Как ни странно, лучшего шанса, чем сейчас, может не представиться. Как только ключ попадёт в руки того худощавого старика, никто и никогда его больше не увидит. Андрей заметил, как жадно блестели глаза этого жутковатого деда.
Расталкивая толпу и коряво извиняясь с шевелящимся, будто живым, пузом, Андрей пробирался к первым рядам. Приходилось спешить. Священник уже дочитывал свою речь, а ключи перешли в руки Ирис и Виктора для последующего обмена. В процессе наёмник толкнул столько людей, причём некоторых под руку, когда они пытались выпить напиток или съесть ложечку вкусненького, что образовал возмущённый шлейф.
Этот шлейф не остался незамеченным. Негодующий гомон привлёк внимание многих, в том числе тех, кто стоял в центре событий. Ярослав нахмурился, он не припоминал этого франта с моноклем. Родители Виктора показали на лицах брезгливое выражение. Очевидно, они посчитали, что кто-то из провинциалов слишком рано нализался, и пустился в пьяные непотребства. Ничего, кроме презрения, подобное поведение не заслуживало. Глаза Зарэка же удивлённо расширились. Теперь, когда он сконцентрировался на странном возмутителе спокойствия, ему показалось, что он уловил ауру… древнего Мудреца! Глава паладинов тут же сообразил, кто перед ним, и что он задумал. С яркой вспышкой в его руках возник длинный и тонкий меч. И только священник и будущие новобрачные продолжали своё дело. У них был очень важный момент. Священник как раз дочитал основную речь.
— Есть ли среди собравшихся кто-то, кто против данного союза? Если да, то говорите сейчас или молчите навеки! — мерно и весомо проговорил он, обводя взглядом окружение. Лишь теперь он заметил, что вокруг немного неспокойно.
— Я против! — поспешно заорал Андрей. Он сделал это больше для того, чтобы выиграть время, да и ворон попросил привлечь как можно больше внимания. Кроме-того, когда он это крикнул, его стали лучше пропускать вперёд.
 
Вырвавшись к алтарю, Андрей увидел, что план сработал. Теперь уже все смотрели только на него. Ярослав хрустел костяшками пальцев, вокруг которых пробуждались огненные всполохи. Очевидно, ему не терпелось выбить всё дерьмо из наглеца, посмевшего испортить свадьбу его дочери. Более того, рядом с ним Зарэк уже вовсю замахивался мечом. При таком раскладе сюда не успеют даже патрульные, которые тоже засуетились, чтобы перехватить нежданного буяна.
В этот критический момент ворон внезапно выпорхнул из-за пазухи Андрея. Его птичье тельце засияло нестерпимым светом, настолько ярким, будто вспыхнуло несколько Гелиосов разом. С яркой вспышкой все собравшиеся, кроме Андрея, который был предупреждён и вовремя зажмурился, оказались временно ослеплены и застыли на месте, крича и отчаянно закрывая глаза руками.
Не теряя ни секунды, Андрей взбежал к алтарю. Ему было немного совестно, что он так бессовестно испортил свадьбу девушки, которая по сути не сделала ему ничего плохого, однако судьба мира была важнее. Кроме-того, в глубине души наёмник испытывал странное смешанное чувство. В некотором роде он почему-то был рад, что у Ирис всё сорвалось. Вот только надолго ли? Хотя, если всё сопоставить, ключ от подземелья вполне мог быть той самой, ключевой причиной свадьбы. Если так, то всё тем более к лучшему.
Вздохнув, Андрей схватил ключ, намереваясь вырвать его из рук ошеломлённой невесты и молниеносно смыться, оставив её наедине с истинными мотивами жениха. Однако, его ждал сюрприз. Ключ был привязан к руке девушки каким-то мощным заклинанием. Лицо Андрея скривилось, будто он сжевал цельный лимон. Но делать было нечего, ему пришлось красть невесту вместе с ключом. С этими мыслями он зашвырнул Ирис на своё плечо. На другое ему плавно спикировал уже отсветившийся ворон. Кажется, пернатый потратил немало сил, потому как выглядел измождённым.
— Всё! Я помог тебе, чем смог, дальше выкручивайся сам, — устало прокаркал он, после чего куда-то исчез.
Что?! И это всё?! — воскликнул Андрей.
Кажется, это и правда было всё. Свет там, неожиданность, инициатива и немного времени конечно хорошо, но как теперь, Бога ради, отсюда сбегать?! Он рассчитывал на несколько более весомую помощь, когда ввязывался в эту авантюру со внезапным планом "Б". С другой стороны, кто сказал, что спасать мир от конца света, это просто?
В этот критический момент, будто манна небесная, сверху рухнуло нечто, врезавшись прямо в свадебный торт и разметав его на кремовые ошмётки, заляпавшие всё и всех вокруг. Этим "нечто" оказался манекен Зарэка с растопыренными руками, скорбным лицом и открытым ртом, будто Глава паладинов был чем-то расстроен и прыгнул с крыши. К манекену был привязан какой-то длинный баннер, а сверху на манекене восседали двое тех самых "нерадивых учеников", хотя при ближайшем рассмотрении на учеников они не очень-то и походили. Скорее на переодетых дядек, которые под них маскировались, слишком уж много им было лет на вид, но это не важно. Важно, что они собирались пролететь на этой штуке, превращённой в летательный артефакт, над толпой и привлечь всеобщее внимание к баннеру, но, к несчастью для них, а может и к счастью, всё внимание собрали до них.
Глаза Андрея сверкнули. С невестой на плече он ринулся к манекену Главы паладинов. Сбросив ослеплённых ездоков, которые громко охали от ушибов, купаясь по уши в крему, он ловко оседлал "Зарэка". У того, кроме всего прочего, были удобные ручки, чтобы держаться, приделанные к голове манекена в форме ушей. Закинув Ирис с ключом на эту летающую хрень, Андрей направил в артефакт свою магическую силу. Тот сразу же отреагировал и оторвался от земли. Что ни говори, а сделано это чудо было на совесть, очевидно создатели вложили в своё детище уйму сил. Быстро разобравшись с управлением, наёмник взмыл в небо прежде, чем кто-либо успел ему помешать.
 
Когда Зарэк наконец продрал глаза, он увидел лишь разорённую сцену и улетающего с его ключом конкурента. Причём улетающего с немыслимой скоростью. Единственного, кто мог его остановить на пути к мировому господству, бессмертию, фактическому становлению Богом на земле. Тот шустро улепётывал в небеса на его нелепой копии. Сзади летающего манекена развевался короткий, но броский баннер: "Зарэк — лох".