Избранная для бастарда (СИ)

– Как хорошо, что есть ведьмы, – улыбаюсь я.
– Ведьма берет плату, – качает головой Диола. – И она может быть неподъемной.
– Например?
– Например, у одного из солдат она потребовала его первенца.
– И тот отдал своего ребенка? – ахаю я, спуская ноги с кровати.
– Нет. Но и не получил от ведьмы никакой информации. Она прогнала его.
– Почему он не предложил другую цену?
– Думаю, потому что больше не видел дом Дисагры.
– В смысле – не видел?
– Я не была там, так что не знаю наверняка. Но говорят, – она понижает голос до шепота, когда я подхожу и склоняюсь над миской, чтобы умыться и почистить кисточкой зубы, – что дом ее невидимый. Стоит посреди леса, и никто не знает дороги к нему.
– Как же тогда люди находят его?
– Утверждают, что дом является только тем, кого ведьма сама хочет принять в нем. И говорят, что он стоит на черепах убитых ею лесных жителей.
– Не ведьма, а монстр какой-то, – хмыкаю я, а потом тяжело сглатываю. Если вспомнить, какой у меня опыт общения с Дисагрой, если не все, то большая часть из сказанного Диолой вполне может оказаться правдой.
Пока Диола рассказывает о ведьме разные небылицы – или правду, но это никак не проверить, – я успеваю привести себя в порядок. Мне приносят еду, и я принимаюсь за нее, слушая рассказы служанки, которая застилает мою постель.
– А что ты можешь сказать о женах Кардена?
Служанка выпрямляется и смотрит на меня. На ее лице отражается сомнение, но она все же открывает рот и заговаривает:
– Они все красавицы. Главная среди них Мелиса. Она самая старшая, и Амалея ее слушается. Думаю, что и новенькая Артан тоже будет. Мелиса приказывает всем называть ее госпожой, а тех, кто не повинуется, секут и выгоняют из дворца.
– Госпожой, значит, – задумчиво бормочу я, вкладывая в рот виноградинку.
Изначально я не хотела идти на званый ужин, потому что мне претили любые начинания Кардена. Чем сильнее приближалась ночь, тем отчетливее я чувствовала дрожь ужаса в своем теле. Мой будущий муж, кажется, не намерен церемониться со мной, готовя к первой ночи. И я схожу с ума от страха, заранее зная, что он причинит мне боль. Не знаю, как, но инстинктивно ощущаю, что так и будет.
И все же я собираюсь, привожу себя в порядок с помощью Диолы. Жаль, все мое добро, которое я взяла с собой, было утеряно еще на землях Галайда, когда я хотела покончить с собой. Сумка слетела с плеча, и все мои драгоценности остались там. На мне только подаренные мамой серьги и браслет сестры, который она подарила, уезжая к своему мужу.
– Господин очень щедрый, – приговаривает Диола, расправляя складки на подоле платья. – Вы будете ходить в шелках и золоте, госпожа. Надо только найти к нему подход.
– Но как? – спрашиваю я, крутясь у зеркала в полный рост. – Он кажется таким… суровым.
– Он такой и есть, госпожа. А вы за Мелисой понаблюдайте. Не зря же она его любимая жена.
– С этих пор я запрещаю называть ее женой! – строго восклицаю я. – Никто из его наложниц не будет зваться женами! И госпожой ни одну из них не называть! Передай всем слугам мой приказ!
– Хорошо, госпожа, – Диола смотрит на меня с опаской.
– Кстати, откуда это платье? – спрашиваю, разглядывая в зеркале темно-синее платье. Не слишком роскошное, но со вкусом.
– По вашим меркам придворные портные сшили за ночь. Они уже занимаются вашим гардеробом и подготовкой к свадьбе. Ох, дел у нас всех будет! – по-доброму вздыхает она. – Но такие хлопоты приятны.
– Спасибо, – киваю, когда Диола, довольная своей работой, делает шаг назад.
– Пойдемте, госпожа, я провожу вас в большой зал. Вероятно, ужин уже начался.
– Пойдем, – вздыхаю я.
Иду как на эшафот. Я знаю, что меня ждет на этом ужине: возможно, скандал с Карденом, точно противостояние с его наложницами, а еще десятки пар глаз, оценивающе рассматривающие Тиальду Верховного сына. Но к тому, что я вижу, едва войдя в зал, я точно не была готова.
  
Глава 17
 
Селеста
Это не зал для приемов, а какой-то зал разврата. Я думала, что мы будем чинно поглощать ужин и вести светские беседы, а вижу, что у мужчин на руках сидят полуголые хихикающие девицы. Играет музыка, совсем не похожая на ту, которую, например, играют в замке на моих землях. Там что-то такое спокойное, лирическое. А здесь… как будто музыка для простолюдинов, под которую они, напившись, скачут.
 
Но больше всего меня возмущает не это, а Карден, восседающий за своим столом. Справа от него – свободный трон. Полагаю, для меня. Но на подлокотнике сидит девица с практически голой грудью, которую Карден периодически тискает своей огромной ладонью. Потом подносит руку к ее лицу. Она целует ее и всасывает большой палец, глядя в глаза Кардена так, что мои щеки вспыхивают алым. По другую сторону на колене Кардена устроилась еще одна девушка, одетая не так откровенно, и все же не так сдержанно, как положено. Я морщусь при взгляде на этот балаган.
– Проходите, госпожа, – шепчет Диола за моей спиной, и я делаю шаг в зал.
Музыка тут же останавливается, а все взгляды обращаются ко мне.
– Тиальда господина! – во всеуслышание объявляет слуга. – Госпожа Селеста!
Все разговоры тут же стихают, и, кажется, я могу услышать даже писк комара. Выпрямляю спину и, задрав подбородок, иду к столу. Глухой стук моих каблуков эхом отражается от каменных стен. Я смотрю прямо в глаза Кардена, который не сводит с меня взгляда. На его лице выражение вызова и превосходства. Как же он меня бесит! Верховный сын, чтоб его боги покарали!
Подхожу к своему месту и останавливаюсь, сверля взглядом спину одной из наложниц Кардена, а та даже не собирается сдвинуться с места. Мне определенно стоит научить манерам этих шлюх! И пусть я еще неопытная и даже нерешительная, все равно сделаю так, чтобы эти дрянные девки получили свое наказание за неуважение к госпоже.
– Мелиса, уступи госпоже место, – тихо приказывает Карден, и девушка неохотно поднимается с места, напоследок выгнувшись и вильнув задницей.
Когда она проходит мимо меня, я задерживаю ее за локоть. В этот момент музыка возобновляется, так что я встречаюсь взглядом с миндалевидными зелеными глазами и произношу:
– Еще раз осквернишь мой трон своей задницей, неделю не сможешь на ней сидеть.
Она смотрит на меня с ненавистью, но мне плевать на чувства подстилки моего будущего мужа. Как-нибудь переживет. Небрежно дернув рукой, отпускаю наложницу, а сама усаживаюсь на роскошный трон, любезно отодвинутый слугой.
– Селеста, – приветствует меня Карден и смотрит более заинтересованно.
– Господин, – киваю с наигранным почтением. – Может, отпустишь девушку? – указываю подбородком на сидящую на его колене наложницу.
– Ее присутствие оскорбляет тебя?
– Портит аппетит, – отвечаю я и беру в руки вилку с ножом.
Карден хмыкает, но подталкивает девушку встать, и она присоединяется к предыдущей шлюхе за отдельным столом.
– Выпьем за господина Кардена и госпожу Селесту! – подняв вверх кубок, выкрикивает мужчина, который был с Карденом, когда мы встретились. – За их союз и нашу победу!
– Ура!
– За господина и госпожу!
– Поздравляем!
Нестройный хор голосов выкрикивает поздравления и приветствия, и я делаю глоток вина из своего кубка.
– Чтобы наложницы не портили аппетит, – произносит Карден, наклонившись ко мне, – ты должна сама утолять мой голод. Как только мне будет достаточно тебя, я прогоню их. А до того момента будь благодарна, что они здесь есть. Потому что прошлой ночью ты отказалась удовлетворять мои потребности, и твою работу выполнила Мелиса.
– Что ж, тогда я и впрямь должна быть ей благодарна.
– Но сегодня такой фокус не пройдет, Тиальда.
После этих его слов вечер для меня безнадежно испорчен. Я не могу нормально ужинать и участвовать в беседах и танцах, начавшихся вскорости, когда гости уже набили свои животы и выпили достаточно вина.