Орден хрустального черепа (СИ)

– Что конкретно ты предлагаешь? – прищурившись, уточнила у фамильяра.
– Последим за ней, понаблюдаем и когда отыщем что-нибудь интересное – прижучим, – безапелляционно заявил чертяка.
– А если не отыщем? – с сомнением покачала головой я.
– Отыщем, даже не сомневайся в этом! Грязные панталоны есть у каждого, – отметил послушник.
– Ну, в таком случае жучить ее будешь ты, – это мероприятие показалось мне весьма сомнительным.
– Да без проблем, – махнул лапкой довольный чертяка. – С завтрашнего дня и начнем.
Следующее утро началось с проводов Криса и Намирэлии в Кар-кросс. Стоя на крыльце и прощаясь с другом, я мысленно уговаривала себя успокоиться и не разрыдаться от чувства одиночества и отчаяния, охвативших меня. Перед тем как попрощаться, Крис прочитал нам со Шнырем длинную лекцию о том, как вести себя во дворце в его отсутствие и настоятельно рекомендовал не влезать ни в какие неприятности. Мы, конечно, бодро согласились и заверили, что будем паиньками, за что удостоились скептического взгляда барона. Стало очевидно, что он ни на секунду нам не поверил.
– Кира, прошу тебя, постарайся не вляпаться ни во что! Хотя бы до моего приезда, – тихо шепнул он, обнимая меня на прощание. – Я вернусь через неделю.
– Хорошо, – вздохнула, нехотя разжимая объятия. – Мы будем скучать.
– Я тоже, – улыбнулся друг и, помахав нам, поспешил к карете.
Картина нашего прощания потом еще долго стояла у меня перед глазами. Мне почему-то казалось, что сегодня утром Крис уехал отсюда навсегда, променяв нас на личное счастье. Конечно, невозможно было его за это винить, но я все равно чувствовала обиду и остаток дня планировала провести предаваясь унынию и жалости к себе. Однако мое лирическое настроение вдребезги разбил чертяка.
Ворвавшись в спальню с ворохом какого-то тряпья в лапках, он задорно проскакал до кровати и свалил эту кучу на покрывало.
– Что это? – аккуратно поддев пальчиком лежавший сверху корсет, я приподняла его на вытянутой руке.
– Наша маскировка, – провозгласил Шнырь и скомандовал. – Переоденемся слугами, так нам будет удобнее следить за этой фифой Бувье.
Разглядев на корсете грязные пятна и учуяв прогорклый запах, я брезгливо поморщилась:
– Мне кажется, что это белье не совсем свежее. Где ты его взял?
– Стащил из прачечной, – пожал плечами фамильяр. – Не капризничай! Надевай что есть и пошли!
– К чему такая спешка? – полюбопытствовала я, натягивая на себя платье горничной.
– Я слышал, что фрейлины сейчас как раз на прогулке в королевском саду. Самое время заглянуть в комнату к фифе.
– Как мы найдем ее покои? – скептически поджала губы я.
– Да что там искать, – отмахнулся чертяка. – Она ж любимая фрейлина королевы, значит самая большая и красивая спальня в крыле ее.
Не став больше тратить драгоценное время на пререкания, я быстренько облачилась в наряд прислуги, спрятала косу под широкий чепец и вышла в коридор вслед за Шнырем.
Нужную комнату мы действительно отыскали довольно быстро. На втором этаже, выделенном под опочивальни для фрейлин королевы, леди Бувье действительно достались самые претензионные комнаты в конце коридора. В том что эти покои принадлежат именно ей я нисколько не сомневалась, потому что в одном из кресел обнаружила смятое платье, в котором она была на вчерашнем приеме. Видимо горничная еще не успела его убрать.
Даже несмотря на отсутствие хозяйки и вполне достойную маскировку, я все равно чувствовала себя здесь неуютно. Словно совершив сделку с совестью, решила поковыряться в чужом грязном белье. А ведь, по сути, именно так оно и было.
Зато у чертяки таких проблем не возникало. Вот уж у кого совести отродясь не наблюдалось. И пока Шнырь деловито копался в комоде я, чтобы не быть уж совсем бесполезной, подошла к трюмо и принялась изучать содержимое будуара хозяйки.
Леди Камилла явно не привыкла экономить. Огромное количество пудрениц, помад и румян самого лучшего качества. Стройные ряды изысканных дорогих духов, небрежно разбросанные ювелирные украшения… Мое внимание привлекло старинное кольцо, лежащее на бархатной подставке. Небольшой рубин, окруженный россыпью хризолитов, в оправе из серебра. Несмотря на камень, оно не выглядело таким уж дорогим, но ему явно не доставало гарнитура. Такие драгоценности обычно идут в паре с чем-то: серьгами, подвеской или браслетом. И мне кажется, что я уже где-то видела недостающую вещь.
 
– Нет, ты только посмотри на этот срам! – взвизгнул чертяка, отвлекая меня от своих мыслей. Я обернулась и увидела, как он размахивает модным кружевным пеньюаром необычного черного цвета.
– Это ночная сорочка, – подсказала чертяке я. – Очень модная.
– Ну лямки-то я вижу, а сама ночнушка где? – возмущался Шнырь, растягивая просвечивающееся кружево перед окном. – Тут же одни дырочки!
– Ничего ты не понимаешь, – вздохнула я. – Это очень дорогая вещь. Наверняка за нее заплатили не меньше ста золотых! А может даже и больше…
– Неужели? – фамильяр изумленно повертел вещицу в руках.
– Ты знаешь, мне кажется, я нашла кое-что очень интересное… – начала было я, но вдруг насторожилась. Из коридора послышался стремительно приближающийся цокот каблучков и звонкий смех.
– Ты же говорил, что все фрейлины гуляют в саду! – зашипела я на чертяку, одновременно прикидывая, где бы спрятаться.
– Значит уже нагулялись, – пожал плечами тот, живо кидаясь под кровать.
Через мгновение дверь отворилась и на пороге показалась леди Камилла в сопровождении Рэда.
Единственное, что я успела – это сунуть кольцо в карман платья и на шаг отойти от трюмо, делая вид, что протираю пыль с подоконника.
– О, кажется, у тебя еще не закончили уборку, – пробормотал Тэтчерд. – Пожалуй, мне лучше уйти.
– Ну что ты, дорогой, мы так давно не виделись. Сейчас я выставлю прислугу отсюда и мы продолжим наше общение, – затем она развернулась ко мне и строго спросила. – Разве вы не должны были закончить еще час назад?
– Да, но… – опустив голову и уперевшись подбородком в ключицы, промямлила было я.
– Это вы, дамочка, сами виноваты, – вдруг раздалось ворчливое повизгивание и из-под кровати, хвостом вперед, вылез Шнырь. – Надо же было так комнату загадить! Мы тут все утро полы драим не покладая лап!
И в подтверждение своих слов схватил хозяйский пеньюар, который все еще держал и принялся возить им по полу. Дорогая одежка мигом превратилась в пыльный лоскут тряпья.
– Да как вы смеете?! – задохнулась от возмущения фрейлина. – Пошли вон отсюда! Живо!
– Ну и пожалуйста! Не больно-то и хотелось за тобой мусор подбирать! – показал ей язык чертяка. – Тоже мне, цаца!
Подойдя вплотную к леди Бувье, он всучил онемевшей женщине ошметки ее собственного пеньюара.
– На, сама полы домоешь! – затем повернулся к Рэду и гордо продекламировал. – Королевская служба уборки! Быстро, качественно, недорого! Результат гарантирован!
И пока никто не опомнился стремглав выскочил из комнаты и пустился наутек.
Сообразив, что дело пахнет жареным, недолго думая, последовала его примеру.
Я уже практически была у дверей собственной спальни, как сзади раздалось громкое и гневное:
– Стоять!
  
Глава 8. Не так. Не там. Не то. Не об этом
 
Я застыла чисто инстинктивно и лишь на мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы тяжелая мужская рука опустилась мне на плечо и с силой сдавила его. Невольно крякнув, опустила голову как можно ниже, чтобы невозможно было разглядеть мое лицо. Не было похоже, чтобы кто-то из них узнал меня в комнате и менее всего хотелось этого теперь. Поэтому старательно искажая собственный голос, я покорно произнесла:
– Что угодно господину?
За спиной послышался сдавленный кашель, словно мужчина попытался заглушить изумленный смешок.