Извращенный Найт-Крик (ЛП)
— Мне нужно быть уверенным, что за вами не следят. Оставьте свой "Jaguar" припаркованным там, где он есть, чтобы его не было видно с главной дороги, и заходите внутрь. Я позвоню снова через час, если кто-нибудь появится, тогда позвоните мне немедленно.
На этом линия обрывается, оставляя нас всех уставившимися на устройство с гораздо большим количеством вопросов, чем у нас было несколько минут назад.
Где, черт возьми, Иден?
— Черт, — выдыхает Хантер со смесью гнева и раздражения в голосе, убирая телефон в карман и потирая шею сзади.
— Я думаю, что ненавижу то, что мне нравится его уровень защиты Иден, но я ненавижу, что это за наш счет, — признаю я, проводя рукой по волосам и оглядывая фойе, пока Хантер закрывает входную дверь.
— Согласен, — говорит Тобиас со вздохом. — Тогда что мы должны делать в течение следующего часа?
— Я, блядь, не знаю, — ворчит Хантер, заходя дальше в дом, вероятно, в поисках кухни, когда я слышу, как Тобиас выкрикивает мое имя.
— Кто это, черт возьми? — орет он, указывая в окно рядом с дверью.
Я хмурюсь, щурясь сквозь жалюзи на машину в конце подъездной дорожки. — Звони Райану, Хантер, — рычу я, но когда смотрю направо, он уже прижимает телефон к уху.
— Да, здесь кто-то, блядь, есть, Райан… Да… Черный седан… Да… Блядь…
Что, черт возьми, на самом деле происходит?
Седан едет по гравийной дороге, мои глаза отслеживают каждое его движение, когда Хантер передает мне телефон, и я подношу его к уху.
— Ксавье?
— Да.
— Насколько вероятно, что седан связан с Иланой? — Спрашивает Райан, и я на мгновение закрываю глаза, делаю глубокий вдох и сосредотачиваюсь на машине, которая останавливается перед домом.
— Я собираюсь сказать определенно. Хотя обычно это внедорожник, я бы не стал утверждать, что она поменяла его, чтобы попытаться застать нас врасплох на других машинах, — говорю я ему, наблюдая, как Хантер машет нам рукой вглубь дома.
— Ладно, я только что сказал Хантеру, куда вам, ребята, нужно идти, но мне нужно, чтобы вы были чертовски быстры, — приказывает Райан, и я ускоряю шаг, следуя за Хантером и Тобиасом по коридору. Поспешный взгляд через плечо показывает двух парней, выходящих из машины. Они поднимают глаза на дом и смотрят на мой "Jaguar".
Часть меня хочет развернуться и выбить из них все дерьмо. Как, блядь, они смеют преследовать нас, особенно ради моей матери? Хотя меня больше злит тот факт, что они явно хотят, чтобы мы привели их в Иден. Черт. Слава богу, что Райан обо всем подумал.
— Сюда, — кричит Хантер, поворачивая направо в конце коридора. Он распахивает дверь так быстро, что та ударяется о стену, прежде чем сбежать по нескольким ступенькам. Куда, черт возьми, мы идем?
— Какой у нас план, Райан? — Спрашиваю я, сбегая вниз по лестнице, чтобы не отстать от них, но ответ получаю от Хантера, когда он включает свет.
Кто, черт возьми, такой Райан Картер, и называет ли он себя тайно Бэтменом?
Я останавливаюсь у подножия лестницы, наблюдая, как загорается свет, открывая вид на несколько камер наблюдения слева, черный Nissan GTR прямо перед нами и что-то похожее на туннель прямо перед нами. Все остальное буквально из бетона.
— Садись в гребаную машину, — приказывает Райан, когда я замечаю систему безопасности, показывающую двух парней, входящих в дом через парадную дверь.
— Мне не нравится убегать, Райан, — рычу я, моя рука застыла на ручке двери со стороны водителя, когда Тобиас забирается на заднее сиденье машины. К счастью, Хантер засовывает наши сумки в багажник. Я чуть не уехал без своих вещей.
— Я знаю, что ты не понимаешь, но это не касается никого из нас, Ксавье. Это касается Иден и ребенка. Теперь садись в гребаную машину и поезжай по этому чертову туннелю. Это приведет тебя примерно в три четверти мили от дома. Я отправляю тебе сообщение о местоположении прямо сейчас. Чем быстрее ты установишь дистанцию между собой и этими ублюдками, тем быстрее сможешь упасть на колени и пресмыкаться перед своей девушкой, — кричит он, и связь обрывается, когда Хантер произносит мое имя.
— Поехали, Ксавье! — кричит он, наполовину высунувшись из машины и неуверенно глядя на меня. Я делаю глубокий вдох, распахиваю дверцу и, не говоря ни слова, плюхаюсь на сиденье как раз в тот момент, когда приходит текстовое сообщение.
— Введи это в навигационную систему, Хантер, — приказываю я, протягивая ему телефон, и нахожу брелок от машины на центральной консоли. Я нажимаю кнопку, чтобы завести двигатель.
— Разрешаю врезать Райану по физиономии, если это еще одна остановка в его гребаной мышеловке, — ворчу я, вдавливая педаль газа, когда Хантер хмыкает в знак согласия.
Отправьте нас уже к гребной Иден.
Двенадцать
ХАНТЕР
Машина ползет по пыльной дороге, вода мерцает справа от нас, когда лунный свет освещает отдельные уголки уединенного места. Мы останавливаемся возле домика с прекрасным видом на озеро.
Никто из нас ничего не говорит, пока мы смотрим на деревянную обшивку, наши глаза горят от усталости. Ни Ксавьер, ни Тобиас не дремали, хотя могли бы, и у меня пересохли глаза от непрерывного наблюдения за дорогой. Дом, к которому Райан отправил нас в объезд, находился в четырех часах езды в неправильном направлении. В. Неправильном. Направлении.
Я, блядь, понимаю это, правда, но, черт возьми, у меня совсем не осталось сил. Сейчас чуть больше двух часов ночи, и я знаю, что Иден будет крепко спать, так что мы не сможем увидеть ее, пока она не проснется. Это просто чертовски меня раздражает.
— Выпустите меня из этой гребаной машины, здесь чертовски тесно, — ворчит Тобиас, поэтому я неохотно вылезаю из GTR и выдвигаю свое сиденье вперед, чтобы он мог выйти и размять ноги. По общему признанию, там действительно крошечное пространство.
— Похоже, Лу-Лу все еще не спит, — бормочет Ксавье, выбираясь из машины и указывая на хижину. Я могу различить ее очертания, в свете от телевизора, освещающего комнату, но я не вижу никого другого рядом с ней. Слабый проблеск надежды, который я испытываю при мысли о возможности увидеть Иден, быстро угасает.
Тобиас направляется к коттеджу, и я быстро следую за ним, напоминая себе вернуться за нашими сумками через минуту. Каждому из нас просто нужно быть поближе к Иден. Я осматриваю дом снаружи, замечая прожекторы, которые все еще горят. Здесь идеальная сельская местность. Если кто-нибудь приблизится, у нас должен быть хороший обзор, особенно с учетом наружного освещения, которое, кажется, распространяется по всему периметру крыльца и на заднюю часть дома.
Я видел, как Иден смотрит на океан на Фримонт-Бич, и я надеюсь, что она тоже смогла обрести какую-то форму покоя на озере. Я не могу даже представить, через что она проходит, но мне нужно, чтобы она знала, что она не одна.
Когда Тобиас поднимается по нескольким ступенькам на крыльцо, входная дверь распахивается, и появляется Чарли. Ее руки твердо скрещены на груди, и сияние на ее лице мгновенно говорит нам о том, как радостно будет встречено наше прибытие.
У меня действительно нет времени разбираться с ее дерьмом прямо сейчас, и слова готовы сорваться с моего языка, когда она опускает руки и вздыхает.
— Где она?
— Она спит?
— Где Иден…
Мы замолкаем, ругаясь себе под нос, когда все говорим одновременно, наши слова теряются друг в друге. Я провожу рукой по лицу, а Чарли просто мрачно смотрит на нас.
— Нет, она не спит. Вчера, когда здесь была акушер-гинеколог, ее что-то расстроило, — тихо говорит она, глядя на часы. — С тех пор она не произнесла ни слова, и мы изо всех сил пытались заставить ее поесть. Она…
— Где она? — Ксавьер рычит, прерывая ее короткую речь. Я выпрямляюсь, готовый поспешить туда, куда она скажет. Мысль о том, что Иден тихая и подавленная, мне не нравится.
— Она где-то сзади, но…