Пути и перепутья (СИ)

— Я не мог вспомнить, что же я ищу. Теперь понял. Кто-нибудь еще это видел? — тихо спросил Митос, указывая на рисунок.
Джо покачал головой:
— Еще нет.
— Хорошо.
Наблюдатель почувствовал, как холодные мурашки бегут по коже. Он догадался, что Митос собирается сделать. Действуя на инстинкте, Джо взмахнул своей тростью, целя Митосу по голове. Бессмертный пригнулся и шагнул назад, молча становясь в боевую позицию, Джо сто раз видел такое при поединках Бессмертных. Хотя Митос не вытащил оружие.
— Не смей, — сердито прошипел Джо, растягивая каждое слово и на этот раз сознательно светя Митосу в глаза, чтобы ослепить его.
  
Глава 2. Лица
 
Джо заметил обломок скальной породы в руке Митоса и догадался, что, не имея орудия получше, Митос собирается этим испортить лицо на картине.
— Я должен, Джо, — сказал Митос умоляюще.
— Нет!
— Джо, они тебя услышат, — прошептал Митос, заставив Джо прикинуть: не позвать ли на помощь археологов из-за стены, разделяющей зал.
Однако Джо знал — Митос мог легко помешать, просто крикнув, что справляется и никакая помощь не требуется. Он не смог бы аргументировано обвинить человека, которого здесь считали одним из своих, в попытке уничтожить артефакт. Джо для археологов был недавно приехавшим посторонним, тогда как доктор Адамс — их коллега. Они никогда бы не поверили, разве только Митос уничтожил бы рисунок у них на глазах, а Джо не мог допустить, чтобы картина быть повреждена. Если бы он действительно каким-то образом убедил кого-нибудь присоединиться к нему, чем объяснить, что они нужны здесь? Они бы просто вернулись в переднюю часть зала, чтобы продолжить выполнять свои задачи, а Джо остался бы в том же положении — противостоящий в одиночку.
Митос снова двинулся вперед, не обращая внимания на трость, и Джо жестко перехватил его за локоть, ставя себя в неприятную ситуацию. Почти теряя равновесие, и отчаянно стараясь остаться в вертикальном положении, Джо бросил фонарь, чтобы опереться рукой на стену. Фонарь с грохотом ударился о пол. Луч ушел вверх, теряясь в темноте высокого потолка пещеры. Отсветы легли Митосу на лицо, превращая его в незнакомца.
— Я не хочу причинить тебе вред, но мне придется сбить тебя с ног, если ты не позволишь мне, — пригрозил Митос тихо.
Джо был больше оскорблен ситуацией, чем испуган. Митос никогда не нападал на него, и Джо не верил в угрозу сейчас. В любом случае он стоял на своем.
Эми Томас выскочила из темноты. Ее попытка сбить Митоса на землю не удалась, так как он аккуратно уклонился и поймал ее за талию, спасая от падения, в силу инерции, на жесткий пол. Джо восхитился дочерью, пришедшей на его защиту, но теперь он хотел иметь кого-то еще на своей стороне. Джо не ожидал, что она будет настолько близко и услышит их ссору, но стычки оказалось достаточно, чтобы заставить ее действовать и привлечь внимание. Послышались приближающиеся шаги, и стало светлее. Митос отпустил Эми и отошел. Джо понимал, что перед толпой тот ничего не сделает. Явились два молодых археолога, водя фонарями по окрестностям, чтобы увидеть, что здесь происходит.
— Извините, ребята, — сказал Джо пристыженным тоном. — Уронил фонарь.
Один из парней встал на колени, достал фонарь и вернул его Джо. Шум теперь объяснился, Митос, вероятно, подождет их ухода. У Джо были другие идеи.
— Взгляните-ка, — сказал Джо пришедшим и направил свой фонарь обратно на картину.
Они подошли ближе, чтобы рассмотреть получше, Митос сжался в тени.
— Доктор Адамс говорит, что этот парень похож на него, но я не вижу сходства, — заявил им Джо. — А вы?
— Немного, я думаю, — признал один, после того как подсветил картину собственным фонарем и внимательно ее рассмотрел.
— Нет, нисколько, — не согласился другой.
— Я так и думал, — сказал Джо довольным голосом.
После того, как эти двое вернулись в основную часть зала, Митос шагнул обратно на свет. Все трое долго молчали. Эми заняла позицию между Митосом и Джо, готовая защищать отца. Ей не было необходимости задавать вопросы, если она хорошо видела и слышала все это время.
 
— Привет, Эми, — поздоровался с ней Митос, вдруг сильно развеселясь. — Семейная поддержка, Джо? Ты бы мог предупредить.
— Я не предполагал. Слушай, — сказал Джо, не желая углубляться далее в это, а вместо того указал на картину, — ты не должен уничтожать это. Теперь, когда другие увидели здесь это — целое! — ты не можешь.
— Я не могу?
— Эти археологи не узнают в нем тебя, — возразила Эми.
— Конечно нет, свет был слишком тусклым, — парировал Митос. — Кроме того, они не знают о Бессмертных. Логика подсказала им, что тут не может быть ничего более, чем некоторое сходство. Беспокоиться мне придется о том, что это увидят Бессмертные, знающие меня под другими именами. Все это заинтересует одного или двух моих врагов, когда они увидят ярко освещенную фотографию с пометкой «предположительно между 4000–6000 лет назад», то догадаются, кто я, и известие распространится.
— Мы изменим фотографии или подписи к ним, — в спешке Джо сказал все, что смог придумать. — Или еще что-нибудь!
— Мы? Джо, я не могу стереть все файлы или уничтожить все случайные личные фото и видео, сделанные сейчас, еще меньше — те, что сделают будущие поколения. Или вы будете выделять Наблюдателей в помощь?
— Да, — опрометчиво пообещал Джо. — Мы убираем тела мертвых Бессмертных, когда победитель не прячет их достаточно хорошо, чтобы сохранить в секрете ваше, ребята, существование. Почему бы не переделать несколько фотографий? Или мы возьмем весь фрагмент стены и без труда потеряем его по пути в музей.
— Скроется прямо в Наблюдательские архивы, никаких сомнений. — Митос покачал головой, все еще сомневаясь. — Почему ты думаешь, что Хорватия разрешит переместить любую из картин этой пещеры даже в свои музеи? Уверяю тебя, что после такого вы можете забыть о въезде в страну.
— Митос, пожалуйста. Не уничтожай историю. Просто не делай этого.
Митос пристально взглянул на него, сделал шаг назад и задумчиво произнес:
— Приятно знать, что что-то мое все еще здесь по прошествии такого времени. Не знаю, найду ли я что-нибудь еще, например, мой дом.
Джо не купился на этот спектакль, он и раньше видел, как Митос откалывает такие номера. Все его инстинкты говорили ему, что Старейший только прикидывался отступившим. В конце концов Митос отстегнул фонарик, свисавший с пояса, включил его и двинулся дальше по залу смотреть на другие картины.
— Ты идешь?
Джо не взял приманку. Он вытащил рацию, которую ему выдали, когда они спустились под землю на раскоп, и ответил:
— Нет, пока это остается неповрежденным.
— Делай, как знаешь, — только и сказал Митос, его лицо стало замкнутым. Он развернулся и целенаправленно двинулся прочь, светя своим фонарем дальше по залу.
Джо, однако, не вздохнул с облегчением. Ему нужно было предупредить остальных.
— Доктор Золл, здесь портрет, — сказал он в рацию. — Один из археологов может показать тебе дорогу.
Он думал, что его сообщение было сдержанным и простым. Однако, возбужденная болтовней археологов, команда выслала собственное подкрепление, чтобы принести побольше осветительного и видеооборудования. Быстрее, чем он ожидал, три других наблюдателя вместе вторглись в зал, чтобы присоединиться к Джо и Эми. Археологи были по-прежнему сосредоточены на картинах рядом с входом в зал и мало обращали внимания на все остальное. Выступы стен скрыли, что число зрителей увеличилось, а ошеломленное молчание других наблюдателей, когда они с изумлением увидели портрет Митоса, тоже пошло на пользу.
 
Доктор Елена Конрад опознала «Адамса» на картине гораздо лучше, чем это сделали археологи-ассистенты. Она смотрела на портрет Бессмертного, которого Наблюдательская база характеризовала возрастом менее трех веков.
— Никто не хочет объяснить мне? — спросила она сухо.
Доктор Золл ответила ей.