Её первый мужчина (СИ)

– Ты самый лучший!
– Я самый крутой обитатель френдзоны, – рассмеялся тот и погладил меня по спине.
– Но все равно самый! – довольно заявила, отстраняясь. Но тут же замерла под пристальным взглядом.
– Юль. Раз мы теперь друзья. Скажи по секрету, как другу, в кого ты там влюбилась? Он хороший парень? Из твоего универа? – хитрый прищур бывалого лиса. Я знала его. Обычно он появлялся у Олега, когда тот говорил о работе или общался с клиентом.
Попалась, Юля. Не ответить? Обидеть. Ответить – солгать?
ОН
Плять, я веду себя, как подросток! Да-да, прячусь за косяком и пытаюсь расслышать, о чем они говорят. Весь превратился в слух и пренебрежение к себе. Докатился, Кадымов. Крутой юрист, преподаватель в университете, скоро доктор наук, а по факту ведешь себя, как влюбленный мальчишка.
Сначала Юля говорила тихо, расслышать не удавалось. Но потом разговор пошел увереннее, я вцеплялся в каждое слово, вслушивался и не верил своим ушам. Удивительно, какой смелой может быть эта хрупкая девочка. У меня точно не хватило бы духа признаться во всем друзьям. По крайней мере, не сразу. А она так смело всё оборвала.
Выглянул и увидел, как радостно смеясь, моя Юлька виснет на шее у теперь уже бывшего парня. Чуть не ударил в стену, но сдержался.
– Скажи по секрету, как другу, в кого ты там влюбилась? Он хороший парень? Из твоего универа? – услышал вопрос Олега. Твою мать, вот куда он опять лезет? Не зря его называют изворотливым лисом, хотя раньше я не врубался за что. Да, профи в своей сфере, но в жизни простой и прямой, как два рубля. Видимо, это просто маска или опция "для друзей".
– Он из универа, – коротко ответила Юлька. Не соврала. Выкручивалась, но пыталась остаться честной.
– А на остальные вопросы ответить? – скрестил руки на груди. Первый признак того, что он теперь с неё не слезет. – Как зовут? Уверена, что он хороший человек? Я переживаю за тебя. Как друг, разумеется.
– Лучший, – заявила моя Юлька и, чуть подумав, добавила, – я очень его люблю. Правда.
И всё. Меня переклинило, я вообще перестал соображать, что делаю. Какого черта моя маленькая девочка берет все на себя? Этот допрос. Сама первая признается в любви. Тащит меня неизвестно зачем вперед, к лучшему. Туда, где я никогда не был. К тому, кем я никогда не являлся.
А что делаю я? Трахаю её, удолетворяя свои потребности, и прячусь за косяком, как последний трус. Противно. Отвратительно. Мерзко. И...пошло оно все к черту!
Вошел в комнату и, не замечая ничего вокруг, пересек комнату. На Олега не смотрел, только в огромные глаза олененка. Растерянная, немного испуганная и такая моя, что дышать страшно. Хватаю и прижимаю к себе изо всех сил.
– Я тоже тебя. Очень, – выдыхаю ей в губы за секунду до поцелуя, от которого перехватывает дыхание.
ОНА
Я замерла между страхом и острым, как лезвие ножа, ощущением счастья. Мозг не сразу сообразил, что это признание, а когда дошло – испугался. Сейчас начнется драка. Без сомнения. Я только что бросила Олега, выбрала его лучшего друга. Что может быть обиднее для мужчины?
Не знаю сколько длился сминающий мои губы настойчивый поцелуй, болезненный и внезапный, как это признание. Я вцепилась в плечи Игоря, боясь потерять.
– Ну наконец-то! – смешок и звонкий хлопок в ладоши.
Не сразу сообразила, что это голос Олега. Такой спокойный, ироничный тон, как будто осуществился его давно задуманный план и, о ужас, осуществился успешно. Игорь отстранился, позволяя мне вдохнуть немного воздуха, который буквально выбил из легких минуту назад. Голова всё еще кружилась, когда я открыла глаза. Наивно думала, что сейчас проснусь в своей кровати, но нет. Всё оказалось, как никогда, реальным.
– Наконец-то наш эмоциональный трус повел себя, как мужик, а не как озабоченный пугливый подросток, – продолжал добивать Олег.
– Что? – голос Игоря звучал глухо, как будто у мужчины резко заболело горло.
– То. Я уж думал, чтобы выбить из тебя признание, придется ей предложение сделать, – хитрый прищур золотистых глаз, улыбка на губах.
 
– Ты специально? – тут уже не выдержала я. – Ухаживал за мной, чтобы спровоцировать Игоря?
В голове не укладывалось. Я тут, значит, мучаюсь угрызениями совести оттого, что предаю искренне любящего меня человека, а он, оказывается, просто пытался подтолкнуть ко мне своего друга. Кажется, драка все-таки будет и начнет её не Олег.
– Юль, можно я ему двину? – тихо произнес Игорь. – Я несильно, только нос сломаю.
– Не против, – согласно кивнула.
– Эй-эй, – Олег отступил назад, все еще посмеиваясь. – Если бы не я, вы бы так друг на друга горячие взгляды и кидали! А от него, – кивнул в сторону Кадымова, – ты бы признания никогда в жизни не дождалась. Отличная же идея!
Вытянул руки вперед и отошел еще на несколько шагов.
– Поиграть с Юлей? Плохая идея! А если бы она в тебя влюбилась? – кипел Игорь.
– Три раза. Она с детства смотрит только на одного мужчину. Если ты до сих пор не допер, то ты полный придурок Кадымов. Хотя нет, есть еще один придурок – зовут Дима, который просто не замечает очевидного. Как вы с ним будете разбираться, понятия не имею. Ты, Гог, не лучшая партия для его сестренки.
– Нет, Юль, я его сейчас точно убью, – устало выдохнул мой преподаватель и чуть не рванул вперед. Не знаю почему, вцепилась в его плечо. Мне почему-то стало совестно, Олег же для меня старался. Единственный из всех заметил, понял и даже...помог. Хоть и странным образом.
– Может, коньяк? – тихо прошептала я, успокаивающе поглаживая пальцами плечо Игоря.
ОН
Гнев. Гнев. Гнев. Этот хитрый лис манипулировал, играл нами, как фигурами на своей шахматной доске. Да, в глубине души я понимал, что Олег прав, но по факту... Я ему все-таки врезал. Не сразу, а когда мы перебрались в кабинет на очень приватный разговор за бутылкой коньяка.
Юльке нужно было готовить какой-то доклад, она заперлась в своей комнате и… чую я, специально дала нам повод поговорить тет-а-тет.
– Полегчало? – потер рукой скулу Олег, достал из бара еще одну бутылку алкоголя и приложил. – Надеюсь, синяк будет не слишком выдающимся.
– Ну нахрена, а? – этот вопрос зрел в моей слегка шумящей после выпитого голове.
– Надоело смотреть, как девочка мучается, пока ты бегаешь по бабам. Ты бы видел её лицо, когда вы с Лизой уехали к ним. Да она чуть не плакала в собственный день рождения, бесчувственная ты скотина, – не особо выбирал выражения каким-то чудом все еще мой друг. – Я в тот день сразу понял, что-то произошло. Ты подвеску подарил, да?
– Угу, – буркнул, чувствуя себя полным мудаком в очередной раз за вечер, и сделал глоток обжигающего горло напитка.
– Я так и подумал. Она так над ней тряслась, постоянно касалась пальцами и улыбалась. Как будто мечта сбылась у человека, а ты приперся и к другой бабе. Трусливый ты, – Олег сильно сжал бокал. – Ну ты понял, в общем. Вот я и решил тебя подстегнуть, тем более – что-то изменилось. Ты ж меня взглядом перед свиданием чуть не испепелил. И скажи спасибо, я не сказал Юльке, что ты преследовал нас в кинотеатре. Извращенец.
Это был удар под дых. Он меня все-таки заметил. Сволочь, твою мать. Истинная сволочь, которой хочется вмазать еще раз по другой стороне лица. Только глупо бить других людей, когда злишься на себя. Мудак в этой истории я, остается это красиво признать и как-то жить с этим дальше.
Осушил бокал до дна и даже не закусил. Горечь во рту, шум в голове. Хотелось нажраться до состояния трупака, чтобы не разрываться сейчас от внутренних противоречий. Олег же продолжал вещать.
 
– А дальше мне оставалось только играть по нотам. Красиво ухаживать, касаться её иногда, вызывая в тебе ревность. Я даже про ремонт немного приврал, он начнется только через три дня. Как раз запланировал на период командировку в Москву, – ухмылка на лице Олега стала чуть шире. – Сегодня я был уверен, что ты подслушиваешь. Как видишь, не ошибся.