Моя простая курортная жизнь (СИ)
— Я так тебя искала! — сообщила она.
Ага, это я видел и сам. В полумраке зала ее глаза сияли особенно ярко — их самым хитрым блеском. Да и подскочила ко мне с самым что ни на есть хэллоуинским лицом: на нем словно было написано «сладость или гадость?». Что-то задумала, чертовка — это ж явно твой праздник.
— А зачем? — уточнил я.
— Да просто. Хотела с тобой потанцевать…
Не дожидаясь ответа, подруга решительно вцепилась в меня и потащила в глубь зала, точно зная не только с кем, но и где хочет потанцевать. Определенно, в этом имелся какой-то подвох. Сегодня она вообще при любой возможности повисала на мне, как будто тестируя Дашино терпение. Разве что сосать меня в зале не начинала, потому что булочка хоть и толерантно относилась к нашей дружбе, но ключевое было «не на моих глазах», а тут бы было не только на ее глазах, но и всей школы. Так что Алене приходилось себя сдерживать, а это очень непросто, если ты законченная извращенка.
— Ты только посмотри, кто пришел, — с воодушевлением выдала она, кивая немного в сторону.
Я повернул голову, и губы сами расплылись в улыбке. У ближайшего к нам подоконника в серых узких джинсах и темной свободной футболке с черепами стояла Дана, чуть рассеянно накручивая на палец светлый локон, и я даже не думал, что буду ей так рад. Кончики пальцев словно закололо от желания опустить их на ее талию, а затем, кружа по залу, вдыхать ее запах и рассматривать ее макияж. Я перетанцевал сегодня с кучей девчонок, но, пожалуй, обнять ее хотел больше всех.
— Ты не представляешь, — выдала одна хитрая попка, вертясь около меня, — как я обрадовалась, когда ее здесь увидела!
— Ты-то чего обрадовалась? — я повернулся к подруге.
— А ты посмотри, какое у нее лицо. Удовольствие ж смотреть…
Мой взгляд снова скользнул в стороны Даны, которая в этот миг как раз смотрела на нас и несколько не по-праздничному кривилась, провожая глазами Алену.
— А вообще, она какая-то слишком вспыльчивая, — с ехидной лыбой прокомментировала чертовка. — Я подошла к ней, поздоровалась, спросила, кого она ждет — она сказала никого. А я посоветовала ей не ждать, а проверить туалеты. Все-таки ты сегодня такой востребованный…
— На фига? — вырвалось само.
— Спорим, что ей покоя не дает твоя расстегнутая ширинка!
Нет, ну какая же ты все-таки зараза. Дана, в отличие от тебя, думает не только о моей ширинке — хотя и о ней, надеюсь, думает.
— Мы договаривались, что ты к ней не цепляешься, — напомнил я.
— Нет, мы не договаривались, — глаза рядом заблестели еще проказливее.
— Ну тогда сейчас договариваемся, — сказал я, гадая, какой сладостью откупиться от этой нечисти.
— Не принимается…
Несколько раз я поворачивал чертовку к Дане спиной, но глаза у нее, казалось, были и на заднице, потому что Алена не умолкала.
— Засосала б тебя ей на радость! Но я только с Дашей помирилась, не на виду же у всех…
Ага, на радость. Шлепнул бы тебя сейчас для профилактики — всем на радость, — но ты только с Дашей помирилась. Не на виду же у всех.
— Ладно, развлекайся, — после танца бросила подруга, довольно щурясь. — А я посмотрела все, что хотела…
Лукаво ухмыльнувшись, рыжая чертовка выскользнула из моих объятий и неспешно удалилась. Я же направился к Дане, которая скучала у подоконника и украдкой посматривала на меня. Где-то на середине пути одна мелодия сменилась другой, и, вынырнув не пойми откуда, к ней подскочил ее одноклассник и позвал танцевать. Да вы все издеваетесь, блин? Однако она мотнула головой и отказала. Незадачливый кавалер отвалил, а я наконец подошел и остановился рядом.
— Оу, ты в костюме, — начал я, глядя на две черные заколки в форме крылышек летучей мыши, торчащие с разных сторон ее головы. Издалека они казались рожками.
— Нелепо? — спросила Дана, машинально поправляя волосы.
— Наоборот. По-моему, очень мило.
На нежно-розовых губах появилась улыбка, которой я тоже был очень рад.
— А я уж думал, что ты не придешь.
— На самом деле я уже давно здесь.
— Правда? А я тебе писал…
Она рассеянно вытянула из кармана смартфон, где на экране было мое пропущенное сообщение. Оказывается, я у нее записан как «Рома» — что приятно. До того как начал трахать Дашу, в адресной книге булочки я числился просто по фамилии.
— Пропустила, наверное, из-за шума, — сказала моя милая собеседница, заталкивая смартфон обратно. — Но я тебя видела.
— А чего не подошла?
— Да ты все время был занят, каждый танец… Даже и не думала, что ты теперь такой популярный, — с легкой иронией добавила она. — Со всеми уже перетанцевал?
— С тобой, например, не танцевал, — заметил я и протянул руку, приглашая ее. — Может, потанцуем?
— Даже и не знаю… Не уверена, что буду здесь танцевать, — шаловливо отозвалась эта девочка с рожками, чья милая мордашка вдруг превратилась в еще одно коварное хэллоуинское лицо.
О, то есть ты сюда пришла не танцевать. А зачем же тогда? Постоять у подоконника, поиронизировать над остальными? Побомбиться от того, что тебе говорит Алена? Или посмотреть, как я танцую с другими девушками? Да брось, Дана, я же знаю, ты способна на большее!
— И чем же планируешь здесь заниматься?
— Наблюдать, — отозвалась она, — чем занимаются другие.
— А, может, все же поучаствуешь?
Моя рука все еще продолжала висеть в воздухе. Глазами одна вредина ее уже взяла, а вот рукой пока не торопилась.
— Все еще не решила, буду ли я вообще здесь танцевать…
Да что ж ты такая нерешительная-то? А время-то, между прочим, идет. Песня, звучавшая в зале, как раз достигла своего припева, и парочки начали обниматься особенно чувственно. Только не говори, что пришла не за этим. Но пока Дана занималась самоопределением, к подоконнику, звонко стуча каблуками, подскочила Даша — как раз-таки с очень решительным видом.
— Можно я заберу своего парня? — отчеканила она, глядя на мою собеседницу как хозяйка на кошку, которая стащила ее обед.
Ep. 23. И это все?
— Все равно же просто болтаете! — с нажимом добавила булочка, не сводя с Даны недовольных глаз.
Я тоже взглянул на нее, как бы намекая, что это отличный шанс — решиться поскорее и принять мою руку. Но упрямица лишь пожала плечами и с иронией добавила:
— Забирай, раз твой…
Ну раз так, я отдал руку Даше, та тут же сочно шлепнула ее себе на талию и утянула меня в глубину зала — явно подальше от кое-кого, кто осталась у подоконника наблюдать, как чужие руки обвили мою шею, а чужие сиськи с напором прижались к моей груди.
— Охренеть наглость! Как так можно? — возмущенно забухтела булочка. — Да и ты тоже хорош!
— А что не так? — уточнил я, недоумевая вполне искренне.
Моя девушка, весь вечер охотно смотревшая, как со мной танцуют другие, и думавшая, что все завидуют ей, сейчас подлетела как коршун. А ведь мы даже не танцевали — просто разговаривали.
— А то не понимаешь… — проворчала блондинка. — Что она вообще о себе думает? Заигрывать с чужим парнем на глазах у всех — это просто верх наглости!
Я так и слышал за этими интонациями зычный голос уличной торговки «э, рамку мне слюнями не портите!»
— Я даже не сразу заметила! — бушевала Даша. — Девчонки говорят, а с кем там твой парень болтает? Я такая смотрю, а ты с ней! И она такая тебе глазки строит… Спасибо Владе, обратила мое внимание!
Да, спасибо Владе. Вот прям от души спасибо. Что ей вообще надо этой Владе? Стоило бы как-нибудь уточнить у Даны. Задумавшись, я покосился на упрямицу, которая все еще стояла у подоконника и смотрела на нас с немного недовольным лицом. Ну что сказать, это мог быть твой танец.
— Да хватит уже головой вертеть! — буркнула булочка и, резко подавшись вперед, прижалась к моим губам.
И это Дана, наверное, тоже видит. Ну что сказать, это мог быть, в принципе, и твой поцелуй.
Губы продолжали жарко впиваться в меня, а следом в дело вступил и язык. Признаться, я даже чуток удивился — так страстно моя девушка обычно не целовалась. Что это — ревность? Распаленное эго? Собственнический инстинкт? В любом случае Дашиному темпераменту это явно шло на пользу. Вокруг кто-то изумленно выдохнул, кто-то восхищенно зашептался, а кто-то завистливо захихикал, и блондинка, подбодренная этим, продолжила еще активнее.