Моя простая курортная жизнь (СИ)
Наша локальная звезда выпендрилась и тут, сделав самый вычурный макияж из всех, что я сегодня видел. От внешних уголков глаз вниз тянулась черная сеточка нарисованной паутины, а из внутренних — как на ниточках свисали крошечные паучки. Я бы даже сказал, что это было довольно мило, если бы не ярко-красное пятно на моей рубашке и абсолютно довольный, ничуть не извиняющийся взгляд этой охреневшей девицы.
— Что я тебе сделал-то?
— Рубашка все равной отстой, — бросила она. — А ее здесь нет! — и, развернувшись, утопала прочь.
А я тебя спрашивал? Да что вообще с тобой не так? Что, девственность потеряла — и не понравилось? А я-то тут при чем?.. Вот такой вот первый диалог за целый год.
Подхватив салфетку, я промокнул пятно, однако оно все шире растекалось по ткани. Вот черт! Эту рубашку — между прочим очень красивую — мне подарила Полина, а поэтому ее было реально жалко. Решив застирать пятно, я вышел из зала и свернул к ближайшему туалету, но у его дверей набилась целая очередь из принимавших пунш не наружу, а внутрь. Помощников Катерины, следивших, чтобы никто не болтался по левым коридорам, сейчас поблизости не было, так что я беспрепятственно поднялся на второй этаж, где был еще один мужской туалет — на удачу всеми забытый. Распахнув дверь, я переступил порог и замер.
— Блин, трахаться хочу, не могу… Умираю! — посетовал девичий голос из дальней кабинки.
Опа, ни фига себе. И голос-то знакомый. Пару минут назад этим же голосом Инна гоняла школьников по залу.
— Вот никогда бы не подумала, что у тебя может быть проблема с тем, чтобы потрахаться, — усмехнулась оттуда же Марианка.
А я чуть вслух не спросил: а что вы тут забыли? Женский туалет вообще-то на третьем этаже. Но они явно решили не проходить еще один пролет и остановились тут, то ли думая, что никто не припрется снизу, то ли считая, что ничего не напугает мужчину больше, чем женский голос в мужском туалете.
— Да ты не понимаешь, — вздохнула Инна. — Бывший мой, который вот самый последний, оказался щепетильным. Увидел это видео и сразу заныл: «рога-рога, перед друзьями неудобно». Я ему говорю: «да это, дурак, до тебя было снято, я ж тебе не изменяла». А он — «не хочу быть парнокопытным и все такое». Ну и бросил меня, козел! Ну а нового завести времени нет. Учеба, тренировки, Катерина опять же… А со случайными как-то стремно. Знаешь, сколько после этого сраного видео мне приходит сообщений из цикла «давай запишем свое собственное». Достали уже просто!
— Ну надо же, какая ты популярная, — хмыкнула Марианка.
— Да не говори, я прям себя какой-то Валентиной почувствовала! Прям так и пишут, дебилы… А Катерина вообще сказала: «а что у тебя есть время на парней?» Она ж теперь любого не одобрит.
— Ну Катерине же необязательно обо всем знать. Найди кого-нибудь да развлекайся по-тихому.
— И как ты представляешь, что она может о чем-то не знать?..
Не удивлюсь, если вы и забились сюда специально, чтобы ваша Катерина не услышала уж наверняка. Зато я вот слышал. Говорю же, я постоянно оказываюсь не в тех местах и слышу то, что не для моих ушей. Хотя если подумать, то сейчас вообще-то они были не в том месте, а я-то как раз пришел туда, куда пришел. Но не выгонять же их из этой кабинки откровений?
— Нужен парень и порядочный, и понимающий, и смазливый достаточно, и чтоб трахался отлично, — перечисляла Инна. — И желательно такой, что если даже Катерина узнает, она не раскритикует, а даже похвалит за выбор…
— Ну удачи, — с иронией бросила ее собеседница. — Не думаю, что в Карпове такие вообще есть.
Да это ж я! Но не мог же я сказать «девчонки, это я, это вы обо мне!» Ладно, мне как-то даже неловко стало, что я так много услышал. Так что я развернулся, планируя выйти, дождаться, пока они уйдут, и спокойно привести себя в порядок. Но тут дверь, которая молча впустила меня на входе, предательски скрипнула на выходе.
— А? Мы что, не одни? — мигом встрепенулась Инна.
— Так, и кто это нас подслушает? — протянула Марианка.
Следом обе выглянули из кабинки, а я не успел достойно удалиться.
Ep. 22. Мои подруги бесят друг друга
— Подслушиваешь? — спросила Марианка, с пытливым прищуром оглядывая меня.
— Это вообще-то мужской туалет, — заметил я.
— Ой, правда, — она усмехнулась. — А мы и не заметили…
Да-да, не заметили. По-любому боялись говорить в женском, чтобы Катерина ненароком не услышала. У вашей инфернальной Императрицы, по вашему мнению, уши же торчат из каждой стены.
С самым невозмутимым видом — будто они были там, где должны быть, и это я им помешал, а не они мне — девушки покинули кабинку и застучали каблуками по кафелю.
— Вообще-то, — у самой двери Маринка повернулась ко мне, — ученикам сегодня нельзя ходить по этажам…
Серьезно? Еще накажите за то, что я вас поймал.
Глаза одновременно невинные и лукавые оглядели меня.
— Так что если что мы друг друга не видели, — добавила красотка и, подмигнув мне, вышла за дверь.
Инна же как ни в чем не бывало осталась в туалете. Подошла к раковинам, включила воду, смочила палец и, глядя в зеркало, начала протирать уголки глаз, в которых черными кляксами расплылась тушь, как бы намекая, что разговор здесь поначалу был гораздо эмоциональнее.
Подойдя к соседней раковине, я тоже открыл кран, намочил руку и начал аккуратно тереть пятно на груди.
— Что, много слышал? — вдруг спросила спортсменка.
— Не особо, — ответил я.
— Ты же Катерине не скажешь?
— Я?
Я что похож на того, кто шныряет по коридорам и все услышанное передает Катерине? Это вообще-то ваша работа — не моя.
— Ну а кто? — хмыкнула ее подружка. — Ты у нас, можно сказать, тема дня. Оказывается, приглашен к ней на день рождения…
Надо же, какая неожиданность. А ничего, что я и в прошлом году там был? И между прочим мы даже стояли с тобой за одним столом, и ты даже попросила передать тебе тарелку с сыром. Или ты меня с официантом перепутала? Или что, на том дне рождения присутствовал великий Мишель, а все остальные парни как бы попадали в слепое пятно? Справедливости ради надо сказать, что вот он-то как раз меня там заметил и даже много чего мне наговорил. Придурок.
— Список подарков дать? — продолжила беседу Инна.
— А что, и такой есть?
— Что вы все удивляетесь? — протянула она, вытирая последний черный комок в уголке глаза. — Вон мой бывший тоже удивлялся. Еще говорил: «подарки все такие дорогие». Ну ничего, теперь сэкономит…
— Это тот, который парнокопытный? — уточнил я, усердно втирая воду в рубашку.
Сочно очерченные губы, которые были гораздо краснее запачкавшего меня пунша, растянулись в усмешке.
— Ну да, не особо слышал…
— Извини, — сказал я, — не хотел обидеть.
— Да ничего, — после паузы произнесла девушка, — правильно ж сказал.
Капли звонко бились о поверхность раковины, пока я продолжал смачивать руку под водой и тереть. Ткань на моей груди уже насквозь намокла и потемнела, однако даже так я все еще видел противную въевшуюся красноту, которая не исчезала, сколько бы я ни тер. Что они вообще добавляли в этот дурацкий пунш? Стойкие красители? Инна, стоявшая рядом, уже выключила кран, поправила макияж и, заправляя выбившиеся из хвоста фиолетовые пряди, с легкой полуулыбкой сквозь зеркало косилась на мои потуги. И чем больше я старался, тем сильнее это ее забавляло.
— Ты так долго тереть будешь, — наконец заметила она. — Только ткань испортишь.
— А как еще-то? — отозвался я, продолжая бороться с пятном.
— Ты что, никогда не стирал рубашки?
— Ну вообще-то никогда.
— Парни, — чуть снисходительно ухмыльнулась собеседница, — вообще ничего не умеете… Давай сюда, — добавила она и вытянула руку, — раздевайся!
Блин, сцена на пляже — дубль два. И почему рядом с этой девушкой я все время раздеваюсь? Однако я не стал спорить — в конце концов, она могла помочь. Расстегнув пуговицы, снял рубашку. Инна мягко вытянула ее из моих рук, плюхнула немного жидкого мыла на ладонь и, подставив ткань под воду, бодро зашоркала. Я даже залюбовался, как быстро задвигались эти умелые руки с шоколадным загаром — примерно с такой же удалью она гоняла по полю мяч, всем показывая, кто тут номер один, кто капитан. Взгляд залихватский, на губах ухмылка — для полноты картины не хватало только треуголки на голове и зубочистки в зубах. Этакая отвязная наемница из какого-нибудь пиратского аниме, которая одинаково хорошо может справляться со всем: и с мачете, и с дробовиком, и с отверткой, если надо починить двигатель у корабля, ну и, разумеется, с мужским членом, что я даже видел.