95-й. Сны о будущем прошлом (СИ)

Я быстренько пересчитала известные мне цены. Даже если втрое меньше взять…
— Миллиона два минимум. А вернее — четыре.
— Оля, кто за такую цену сумку купит? — испугалась Алла Алексеевна.
— Богатенькие буратины. Потому что это — эксклюзив! Я вам таких табличек ещё наделаю. Она (сумка) стои́т и есть не просит. Придёт пафосный покупатель и об неё запнётся. Ваш ассортимент нужно перебрать, посмотреть, что реально дорого. Есть хорошие бренды, но более дешёвые — вот, их в общую витрину. По одной в ячейку, не надо, чтоб было похоже на склад. А эксклюзив — строго отдельно, вот сюда, допустим. Столбиком из трёх ячеек. И ещё можно пару таких поставить. Вон туда и туда. И стойки с одеждой к ним не придвигать. Воздух. Пространство даём. Чувствуете, как по-другому заиграло?
Они покивали. Отец — с некоторым сомнением, Алла Алексеевна — с энтузиазмом.
— И ещё я вам скажу, — я показала за прилавок, — вот эти все чайники и печеньки надо убирать с обзора. Это несолидно.
— А как же чаю гостям предложить? — Алла Алексеевна захлопала голубыми глазами, — Есть же особенные клиенты. Пообщаться приятно, посидеть…
Ой, бля, начинается…
— Вы деньги собираетесь зарабатывать или клуб по интересам содержать? Да ещё и бесплатный?
— Да! — неожиданно поддержал отец. Боже, неужели в этом варианте что-нибудь сдвинется в нужную сторону? Хоть бы! А то так и останутся… одни приятные воспоминания.
— Так. Стена, я так понимаю, готова? Можно рисовать?
— Да хоть сейчас! — бодро предложил папа.
— Сейчас не могу, а вот завтра с утра я приеду. Вы к ней пока ничего не придвигайте.
На этой позитивной ноте я и понеслась. Увидела внизу китайца-ключника с переносным лотком, Сделала дубликат ключей для Вовки, а то вдруг я задержусь, а он? И поехали мы домой.
Подъезжаем — а у подъезда Вовка стоит, подпирает железный столб подъездного козырька. Со свёртком! Доделал шпагу! Договорилась с Василичем, что он завтра за мной в магазин к отцу заедет. Он уж сел в ниву, и тут же выглянул:
— А вещи как?
Ой, блин…
— Да давайте я сейчас вынесу, что мудрить-то? — предложил Вова.
Хорошо, когда есть кто-то умный и не замороченный!
Проводили мы Сашу, зашли домой, и Вовка торжественно развернул передо мной кусок брезента.
— Ва-а-ау…
Правильное оружие всегда выглядит красиво. Я не знаю, почему. Эргономика?
— Подержи. Какая она удобная!
Знакомая песня. Конечно, удобная. Для мужика под два метра ростом и с такой вот физухой. Я больше минуты эту шпагу на весу удерживать не могу. Да, я нежная пеночка, и собираюсь ей оставаться. Нет, я, конечно, подержу…
— Для меня — тяжеленная, даже не уговаривайте.
— Да ты посмотри! — Вовка начал активно показывать мне, как здорово и прочее.
— Ой, люстру не отруби! Слушай, пошли в школьный двор, там рядом со стадионом спортплощадка есть, помашешь? Только замотай, мало ли.
— Надо будет чехол ей сшить.
— Сошью.
Моя (ну, в смысле — в которой я училась) восемнадцатая школа стоит на самой горе, на макушке Юбилейного, в одну линию с магазином-стекляшкой и областной клинической больницей. Школьный стадион ниже учебного здания на две широких земляных террасы. А вот на одну ступеньку ниже, между собственно школой и стадионом, как раз и находится спортивная площадка.
Тут есть площадка для мини-футбола (огороженная забором из крупной рабицы, продранной в нескольких местах), заржавленная металлическая конструкция для лазанья высотой метров в шесть, совершенно скрытая бурьянами полоса лабиринта для бега из металлических труб, а ещё дальше, за разросшимися тополями — асфальтированный пятачок непонятного назначения, метров десять на десять, наверное. Судя по куче шприцов под каждым деревом, здесь регулярно сидели нарики, но середина была относительно чистой.
Ну вот, пришли мы, поупражнялись. То есть, Вовка поупражнялся, а я повосхищалась. Люблю я смотреть, как он двигается. Здесь, сейчас, движения ещё до автоматизма не дошли, а вот когда они станут отточенными — это же, товарищи, будет просто песня. Я обожаю своего мужчину, да.
 
На обратном пути зашли в стекляшку, купили пакет яблок. Любим мы яблоки, понимаете ли. Подошли к подъезду, я полезла в сумку за ключами — и вспомнила!
— Ой, Вова! Я же тебе комплект сделала, чтоб спокойно ездить мог!
— Да чё-то неудобно как-то…
— Я тебя умоляю! Мы через десять дней поженимся, чего тебе неудобно…
Потом я намыла целый таз яблок, разложила в две тарелки, отправила Вовку за комп, а сама села за пододеяльники, хоть и надоело мне это шитьё уже до посинения. Однако, Василич двадцатого августа на работу выходит, вот и кончится лафа. А пока нам прёт прям неиллюзорно, у меня уже скопилась приличная кубышка, грех не пользоваться моментом. Не думаю, что в магазине будет такая же проходимость, так что надо успевать.
Шила-шила я, и чёт подустала. И от шитья, и от яблок. И захотелось чего-то, понимаете, возвышенного.
А вот скажу я вам, если ваш мужчина сидит на табуретке (это важно) и играет в компьютер в одних труселях, классная тема подойти сзади и прикоснуться сосками к голой спине. Особенно если так — вверх-вниз… Эффект потрясающий. Главное, в какую-нибудь спокойную паузу вклиниться, а то мало ли, случаи бывают всякие…
ВТОРНИК И ТАК ДАЛЕЕ, ТОЖЕ НИЧЕГО СЕБЕ
Ночью Вовка опять дрожал мелкой, еле заметной дрожью. У него так обычно бывает, когда дикая заруба снится. Кровь, кишки, масштабные баталии. Главное — не дёргать его в этот момент, а то сон поломать можно.
Спрашивать утром не стала. Надо будет — сам расскажет.
Сели завтракать.
— Милый, я сейчас к папе в магазин поеду, потом с Василичем. Дома буду где-то к четырём, ты, если что, меня не теряй.
Он ответил, но как-то замедленно. По ходу, весь в своём сне.
— Хорошо, любимая…
— А у тебя планы какие?
— Да хотел в училище съездить, пока возможность есть, поработать с текстолитом.
— Хочешь ещё что-то сделать?
— М-гм. Да и потренироваться сходить на ту площадочку не помешало бы.
Так-так… По ходу, видел во сне сам себя, упражнялся. Ну правильно. Сон сном, а в реале навыки тоже обкатать надо.
— Вов, а кольца-то! Забыли!
Натурально, забыли напрочь.
— Ну, давай тогда в «Алмаз» за кольцами, я оттуда в часть проеду, а ты до отца дойдёшь?
И поехали мы, купили колечки. Серебряные, потому как от золота Вовка напрочь отказался, а серебро зато оплатил, как жених, солидно. Ну и ладненько. Потом, станем куркулями, закажем как я хочу, ажурные. Ну, мне во всяком случае, а уж Вова сам будет выбирать.
В магазин я примчалась, когда отец с Аллой Алексеевной как раз ругались.
— Что за шум, а драки нет?
— Да я говорю, т… Зачем?.. Вот зачем?.. — вопрошал папа.
— Саш, ну посмотри, красиво же, — уговаривала Алла Алексеевна, — И цвет бежевый, подходит к стенам и к прилавку…
— Да прибыли ни хера нет, какие кожаные диваны!!!
Короче, вы поняли: Алла Алексеевна купила… не то что бы кожаный прям диван. Скорее, банкетку. Довольно симпатичную, так-то. То, что денег у них оставалось в обрез, и банкетка могла потерпеть, это другой вопрос. Более того, в придачу к банкетке был куплен ещё и набор светильников, состоящий из двух рядов с витражными плафонами (в двух разных местах вешать), такой красивый, что невозможно было удержаться, ясно море…
— Дорогие мои, не ссорьтесь. Зато теперь у меня отпали сомнения, в какой цветовой гамме мы будем делать нашу роспись. А затраты отобьются. А самом деле я бы посоветовала вам музыкальный центр купить простенький. И пару дисков с чем-то презентабельным. Эрик Клэптон, например. Для создания атмосфэры.
Я достала из сумки наброски. Так. По задней стене. У входа. И вокруг эксклюзивных витрин как бы рамки. Поехали.
Мало кто такое делал в те годы. Возможно, в Иркутске и вовсе никто. Это было похоже на смешанную этнику в стиле антистресс. Хорошо должно получиться, эффектно.