Надеюсь, она не узнает (СИ)

Ну и в итоге Костя всё же признался! Да, поздновато и когда я сама начала догадываться, но признался! В отличие от того же Кира.
И я решила оставить эту дурацкую ситуацию с Луной и Хэнгом в прошлом. Я верила, что Костя не хотел ничего плохого — и это было главным.
Но что насчёт «быть вместе»?
Да, я шутила каждый раз, когда Костя задавал этот вопрос в переписке. А что мне оставалось? Не признаваться же, что я безумно нервничаю? И потому что странно и страшно переходить из дружеского формата в… какой-то другой. И потому что я слишком хорошо понимала, что когда-нибудь это кончится мордобоем. Ну не простит Кир Костю! И обязательно полезет выяснять отношения. Тут даже на Таро не нужно было гадать.
Да и свёкры… Я очень дорожила Антониной Павловной и Алексеем Дмитриевичем, и мне вовсе не хотелось, чтобы они думали обо мне плохо. А Кир в горячке наверняка им наплетёт что-нибудь… Да и в целом ситуация неприглядная. Почти бывшая жена и… почти бывший лучший друг. Я знала, что эта ситуация сложилась только из-за предательства Кира, но со стороны точно будет смотреться иначе. И мне было бы безразлично, если бы не свёкры. Я безумно не хотела их терять!
Тянуло ли это всё на причину не быть вместе с Костей, я поначалу не знала. Но… время шло, раны затягивались, шрамы переставали саднить, страхи начинали постепенно казаться смешными и нелепыми… И я всё сильнее склонялась к мысли о том, что нам нужно хотя бы попробовать.
На контрасте с Костей — общение с ним доставляло мне радость, как и всегда, — Кир, который так и не смог смириться с нашим разводом, раздражал как никогда. И пробовать восстановить семью мне абсолютно не хотелось, о чём я многократно говорила, но он не воспринимал эту информацию.
Кир отчаянно старался, и мне даже было его жаль. Он нашёл нам с Катей квартиру в том же районе, неподалёку от детского садика, куда я собиралась отдавать дочку осенью. Оформил её на нас, отказавшись от любых претензий, и заплатил половину стоимости — я подозреваю, что потратил все накопленные деньги, а может, и кредит взял. Обещал, что за пару-тройку лет всё выплатит, чтобы, как он сказал, «я не переживала».
Квартира мне нравилась. Она была двухкомнатной, и уже с мебелью, и с маленькой уютной лоджией, на которой стоял диванчик. На этом диванчике я полюбила отдыхать, пока Катя днём спала. Читала и переписывалась с Костей, когда он не был занят. И мечтала, как мы будем сидеть здесь вдвоём…
В мои мечты постоянно вмешивался Кир, присылая цветы и подарки, и жизнь постепенно превращалась в квест «Как отделаться от почти бывшего мужа и вернуть ему его презенты». Я даже пыталась говорить об этом со свёкрами, но толку не было. Да и они в этой ситуации находились на стороне сына, рассчитывая, что Кир всё-таки сможет переломить моё сопротивление.
И однажды вечером, примерно за неделю до возвращения Кости, я призналась во всём Антонине Павловне. Хотя нет, не во всём. Я не рассказала о Хэнге и Луне. Только о том, что мы с Вершининым стали больше общаться после моего переезда к свёкрам и как-то так получилось…
— Ясно, — вздохнула Антонина Павловна. Она выглядела очень расстроенной. — Я давно думала, что у тебя кто-то появился, но Костя мне в голову не приходил. Да… для Кира это будет большой удар, если вы всё-таки…
— Костя пока в отъезде, и мы дали себе это время, чтобы подумать, — негромко сказала я, испытывая дикое смущение. И попыталась оправдаться: — Я понимаю, что Киру будет больно, но мы же не специально!
— Да не оправдывайся, — махнула рукой тётя Нина. — Я знаю, что не специально. И ты, и Костя — хорошие ребята. Да и ты ему всегда нравилась, ещё со школы, он просто этого не понимал в силу возраста и упрямства.
— Думаете?..
— Конечно. И он тебе нравился. Ваши чувства родом из детства, Веруш, но сумеете ли вы сохранить и преумножить их сейчас?
Да, это был хороший вопрос… На который я очень хотела ответить положительно.
— Мы постараемся…
— В любом случае — если ты переживаешь, что мы с Лёшей будем хуже к тебе относиться теперь, то не стоит, — подытожила Антонина Павловна. — Ты ничего плохого не сделала. Мы всегда будем относиться к тебе как к дочке, Веруш.
 
Я прослезилась и кинулась обниматься.
91
Вера
Дни до приезда Кости я считала, как ребёнок считает дни до Нового года. Волновалась, убирала квартиру, постоянно переставляя предметы с места на место, и даже начала готовить Катю к тому, что к нам в гости придёт «дядя Костя». Дочка, конечно, уже не помнила, кто это такой, но слушала с интересом и радостью — гостей она любила.
Единственным, что меня беспокоило, был Кир. Нас наконец развели два дня назад — Косте я об этом не сообщила, решив сделать это при встрече, — и я предполагала, что это станет для бывшего мужа причиной умерить свой пыл. Однако я ошиблась.
Кир придумал новую тактику, которая была как лом, против которого нет приёма, — он, зная, когда мы с Катей гуляем, стал подкарауливать нас на улице и, пользуясь любовью дочки, набивался в гости. Я бесилась и раздражалась, просила не делать так, но Кир только строил обиженную физиономию и возмущался, что я лишаю его общения с дочерью, а он вообще не ко мне приехал, а к Кате.
Я не знала, как этому противостоять. Не могла же я сказать: «Не приезжай, Кате ты не нужен»? Разумеется, дочка радовалась, когда видела папу. И Кир изо всех сил делал вид, что он и вправду только к ней и приехал — строил из себя идеального отца. Кормил, играл с Катей весь вечер, а потом покорно уезжал, не пытаясь остаться. Но я не сомневалась, что подобную покладистость бывший муж демонстрирует временно — пара недель, и он начнёт действовать по-другому. И как же мне не хотелось скандалить при Кате! Но я чувствовала, что без скандалов вряд ли обойдётся — Кир был слишком навязчив. Да и у меня были на жизнь другие планы, я не собиралась бегать от бывшего мужа. Вопрос нужно было решать, и решать поскорее, поэтому я…
Да, я совершила нехороший поступок.
Зная, что Кир наверняка подъедет к дому, когда мы с Катей будем вечером гулять на детской площадке, я назначила на это же время встречу с Костей.
92
Костя
Мы с Верой договорились встретиться на следующий день после моего возвращения с гастролей. Честно говоря, я бы и в тот же день примчался к ней, несмотря на то, что наш самолёт прилетал за полночь. Но не хотелось давить на Веру таким напором, я же не знал, что она решила насчёт нашего с ней будущего.
Я подъехал к дому, в котором Вера стала жить с недавних пор. В разговорах с ней мы мало упоминали Кира, но как-то раз вскользь она поведала, что он сильно помог ей с жильём и теперь у них с Катей новоселье.
Я не стал заезжать во двор, чтобы не выискивать место для парковки, а вместо этого остановился в первом же попавшемся месте недалеко от нового дома Веры и дальше пошёл пешком.
Моё солнце я узнал сразу, несмотря на то, что она сидела на скамейке спиной ко мне и была одета в незнакомую мне одежду.
Подобравшись ближе, я заметил и Катю, игравшую в песочнице с другими детишками.
Ох, сколько раз за минувшие девять недель я представлял эту встречу! Сколько раз я думал, что мне скажет Вера, как ответит на все те бесчисленные варианты вопроса, придуманные нами в переписке.
Я глубоко вдохнул и сел рядом с ней. Просто подошёл сбоку и сел, как сделал бы незнакомый человек.
Я с волнением смотрел на её лицо, предполагая, что в первой эмоции, которая отразится на нём, я всё увижу и всё пойму.
Но, когда это случилось, я не сразу поверил…
Вера неожиданно развернулась, намереваясь посмотреть, кто это к ней подсел, и мгновенно расплылась в такой солнечной улыбке… в такой… Ради этой улыбки стоило ждать и два месяца, и годы, а может, и несколько жизней.
Вера придвинулась ко мне, положила голову на моё плечо, а затем взяла меня за руку.
Нас окружал май месяц. Не такой жаркий, чтобы претендовать на летнюю погоду, но и не настолько холодный, чтобы не давать надежды на тёплые деньки.