Надеюсь, она не узнает (СИ)

— Тебе правду?
— Да.
— Только обещай, что никому не расскажешь. И Вере тоже! — на всякий случай подстраховался я.
— Э-э-э, ладно.
— Рита дрочит на камеру для всяких мужиков в интернете. В общем, мы расстаёмся.
— Э-э-э… Рита вебкамщица? — Кир аж рот раскрыл и глаза вытаращил, изучая мою кривую ухмылку. — Охереть… А ты, получается…
— Да, поэтому я тебе и не рассказывал. Чтобы не выслушивать всякую хуйню.
— Цифровой куколд! Ха-ха-ха…
Кир немного оживился и приободрился. Во всяком случае, от вселенской грусти на его лице не осталось и следа.
— И давно?
— Узнал недавно. А занималась вебкамом все годы, что мы вместе, и ещё сколько-то сверху, не помню уже точно.
— То есть все подарки, которые Рита тебе делала, она заработала дрочкой на камеру?
Кир ржал. Что уж тут говорить, я и сам теперь был готов хотя бы немного, но смеяться над этой ситуацией. Да и смех у этого дятла заразительный.
— Костян, а что ты сделал, когда узнал? — спросил Кир, весело сверкая глазами. Удивительное свойство всё же есть у моего друга: приободряться, слушая про чужие косяки. Если бы я был сейчас на его месте, то такая история меня, конечно, впечатлила бы, но вряд ли настолько развеселила. — Я, наверное, убил бы! Сколько вы там вместе? Три года? Три года так куколдить мужика своего…
— Это же не полгода с Миленой, да? — саркастично заметил я.
— Три года! — выпалил Кир с абсолютной убеждённостью в голосе, что это аргумент за пожизненное заключение, как минимум.
— Онлайн, в отличие от тебя.
— Да по херу, где и как! Три года Костяна куколдом делать! Так что ты сделал, когда узнал?
— Ничего. Избегал её, чтобы не сорваться. Потом остыл и поговорил с ней.
— На хрена? — закатил глаза Кир. — Сразу бы разобрался во всём, а то ты как Вера! Она терпела эти шесть месяцев, что-то у себя в уме решала. Лучше бы сковородкой меня огрела сразу же, как правду выяснила! Я бы одумался, попросил прощения, и всё. Нет, надо было полгода страдать, а потом… И ты, блядь, туда же! Сразу бы решил с Риткой, и всё! Или тоже полгода потерпеть хотел? Или, может, тебе такое нравится…
Кир злорадствовал. Но я не обижался. Это мои же подколы в его адрес вернулись бумерангом. Сам виноват. Поэтому я спокойно ответил:
— Нет. У меня нет ребёнка и семьи, которую придётся разрушать, принимая решение. Так что у меня попроще ситуация, чем у Веры. И у тебя. Я просто не хотел сделать что-то непоправимое, на эмоциях…
— Погоди, так вы расстались в итоге или нет ещё? Я так и не понял.
— По сути расстались. Остались формальности. А что ты так интересуешься? Дать её телефончик?
— Ну на хер! — отрезал Кир.
— Сможешь с ней в паре работать, — пошутил я, и Кир вначале рассмеялся, а потом резко изменился в лице, будто сам себя осудил за какие-то мысли, осёкся и сменил тон:
— Не нужен мне никто! Блядь, Костян, у меня есть… — предельно серьёзно произнёс Кир, прервался, задумался и продолжил: — И, кстати, зря ты раньше не рассказал про Ритку. Это сколько шуток мы придумали бы! Была бы тебе и поддержка, и веселье.
— Вот поэтому я и молчал. От твоей поддержки мысли только о петле и мыле возникают.
— Да ладно, я же по-доброму всегда! Друзья на то и нужны, чтобы выручать и стебать, дабы с этой… с гордыней помогать бороться.
— С гордыней? — я аж брови вздёрнул от удивления, как если бы трёхлетка вдруг произнёс слово «трансцендентальный». — Ого! Маленький Кирюша говорит про гордыню? Что же нас ждёт дальше? Мне аж страшно становится.
— Перемены! Дальше будут перемены, — почти воодушевлённо воскликнул Кир. Не знаю, как Вера, а я ему пока не особо верил. — Я уверен, что уже меняюсь к лучшему! Мне просто надо дать шанс… Понимаешь, Костян, развод — это лишь бумажки. Окей, я подпишу их, раз Вера так хочет. Но это не значит, что я перестану бороться за её прощение.
— Кир, конечно, дело твоё, но… Не сердись только, но, мне кажется, ты кое-чего про Веру так и не понял. Ты всё ещё думаешь, что она терпела эти шесть месяцев от слабости характера и что ты сможешь её переубедить. Но, думаю, на самом деле всё с точностью до наоборот. У неё сильный характер, поэтому она и смогла не обрубить всё с плеча и хорошенько обдумать своё решение. Так что…
 
— Да хватит одно и то же талдычить! — поморщился Кир, естественно и не попытавшись вникнуть в мои слова. — Я понял, что ты такой же терпила и понимаешь её. Но всё же я с ней жил эти годы, а не ты! Я лучше её знаю…
— Ни хрена ты не знаешь, Кир! Ни хрена. Ещё кофе будешь?
— Давай. И, кстати, спасибо, что приютил, добрый самаритянин.
— Я тебе ещё и вещи постирал, вонючий ты сукин сын.
Мы засмеялись, и мне, когда я посмотрел на Кира, вдруг стало очень грустно.
Да, он за годы нашей дружбы много раз вёл себя как конченый эгоист. Особенно с другими людьми, но и со мной бывало. Да, до святости ему далеко как до Марса. Но, во-первых, и мне туда не близко. А во-вторых, святость вообще редкий зверь. Нам всем до неё пахать и пахать.
Я понимал в тот момент, что наша с ним дружба висит на волоске, и, более того, вполне может так сложиться, что это последняя наша встреча в качестве друзей. Потому что настала эпоха перемен и пора закрывать вопросы со всеми. И с Ритой, и с Верой.
Пора выбираться из виртуальных берлог в реальный мир.
И больше никаких онлайнов.
80
Костя
Ближе к полудню я всё-таки выпроводил Кира и сразу же решил поговорить с Ритой, но никак не мог дозвониться до неё. Откладывать разговор на потом уже не хотелось, поэтому попросил Риту в сообщении перезвонить мне, когда ей будет удобно. К моему удивлению, ответ пришёл сразу же.
«Не обязательно созваниваться, чтобы расстаться. Мне эти формальности на фиг не нужны».
«Я хотел встретиться, а не просто созвониться».
«Чтобы расстаться окончательно?»
«В общем, да».
«Я и говорю, мне это на фиг не нужно. Расстаёшься? Пока. Всего хорошего».
«Может, не стоит на такой ноте прощаться?»
«Поздно. Ты уже всё испортил».
«Я?»
«Да».
«Ясно. Раз ты больше любишь онлайн, а не реальную жизнь, тогда напишу здесь. Спасибо тебе за всё. Постараюсь вспоминать только хорошее, а его между нами было очень много. Надеюсь, мы как-нибудь встретимся с тобой и поговорим как друзья. Обнимаю. П.С. Мои вещи можешь выбросить, там ничего ценного. Если у меня лежит что-то важное для тебя, дай знать. Отправлю курьером».
Рита не ответила.
81
Костя
Днём я был занят подготовкой всяких бумаг для гастролей. Группа поедет в первую очередь по городам России, но часть городов тура приходилась на страны ближнего зарубежья. Куда-то можно было попасть и по российскому паспорту, а куда-то нужен загранник, который у меня неожиданно оказался просроченным. В общем, не хотел отвлекаться, пока не закончу эту бумажную волокиту, но не сдержался.
Я всё думал о том, что Вера ищет доказательства того, что Хэнг — это Костя. И мне очень не хотелось, чтобы она думала, что я даже не собирался раскрывать этот обман. Поэтому я всё же отвлёкся и написал Луне:
«Привет».
«Привет», — тут же ответила она.
Мы оба не использовали в этот раз ники. Ох, чую, не случайно это.
«Как ты?»
«Сложно сказать».
Она замолчала. А я думал, что написать, ведь Луна не сообщала Хэнгу о вчерашней встрече с мужем. Как уточнить, чтобы не спалиться прямо сейчас? Но Вера решила всё за меня, вдруг начав печатать что-то очень объёмное:
«Знаешь, у меня в реальности такого не было, но представляю я примерно так — будто бы у меня сгнила часть тела, и я очень страдала долгое время, а вчера мне этот загноившийся кусок отрезали. Я сама отрезала. И стало невыносимо больно, но одновременно с этим и появилась надежда на выздоровление. Малю-ю-ю-юсенькая надежда».
«Ух, метафора».
«Да)) Хорошо, что только метафора. Но примерно так я себя и ощущаю. Просто вчера сказала мужу о том, что хочу развода…»