Ромеи и франки в Антиохии, Сирии и Киликии XI–XIII вв.
Так кампании Мануила Вутумита и евнуха Евстафия привели к сосредоточению крупных ромейских сил на северных и западных границах княжества Антиохийского — в восточном Тавре, у Марата, под началом Иоанна Монастры и Татула, и в западной части равнинной Киликии — у Селевкии и Корика, под командованием дуки Стратигия Страва. К сожалению, Анна ни слова не говорит о дальнейшем ходе этой кампании. Но здесь историю, переданную Анной, стоит соотнести с книгой «Деяний Танкреда». Так, согласно тексту Рауля Канского, Боэмунд в начале 1100 г. посетил Таре и Мамистру, где поставил латинских архиепископов, а в 1101 г. Танкред должен был уже отвоевывать у ромеев все города равнинной Киликии, потерянные «из-за небрежения его предшественника» [1160]. Это позволяет, с полным основанием, утверждать, что действия Вутумита, евнуха Евстафия и других императорских военачальников, описанные Анной, были началом организованной кампании, которая в 1100 г. привела к первому ромейскому завоеванию Тарса, Мамистры и всей равнинной Киликии. Т. е. уже в 1100 г., на втором году существования княжества Антиохийского, император Алексей I Комнин нанес первый серьезный удар по молодому ближневосточному государству нормандцев, Хотя уже в следующем, 1101 г., ромеи были выбиты из Киликии Танкредом.
Походы 1104 г. Повторное ромейское завоевание Киликии.
Взятие Латакии и городов сирийского побережья
В 1104 г., после известия о разгроме антиохийских и эдесских франков в битве у Харрана, василевс Алексей I Комнин вновь двинул ромейские армии против княжества Антиохийского. На этот раз вторжение шло одновременно с суши и с моря. Мощная византийская эскадра, под началом Иоанна Кантакузина, атаковала сирийское побережье. Первой целью императорского флота, естественно, стала Латакия. Корабли Иоанна Кантакузина вошли в гавань, и высадившиеся ромейские войска отбили у франко-нормандцев большую часть города; войска антиохийского князя смогли удержаться лишь на окраине города, в одной из двух городских цитаделей, о чем мы уже говорили выше. Кампания Иоанна Кантакузина, представляющая собой одну из интереснейших византийских десантных операций XII в., подробно описана в «Алексиаде» и в «Деяниях Танкреда». Согласно описаниям Рауля Канского: «Великое множество греческих кораблей наполнило гавань Латакии. Корабли были наполнены оружием, мастерами и войсками, чтобы они могли одновременно воевать и возводить укрепления. Доставив с собой и обработанный камень, и каменщиков, они приступили к строительству. Разрушенные стены предоставляли обилие материала для тех, кто нуждался в камне. Гавань была укреплена, и строительство закипело вовсю» [1161]. Анна Комнина добавляет, что Иоанн Кантакузин «захватил гавань и, не прекращая осаду ни днем, ни ночью, штурмовал стены. Впрочем, он ничего не достиг; тысячу раз наступал, тысячу раз терпел неудачу: то он пытался примириться с кельтами, но не мог убедить их, то вступал в бой, но терпел поражение. Наконец, он за трое суток построил между берегом и стенами Лаодикии небольшую круглую стену из не-цементированных камней и под ее прикрытием внутри в короткий срок воздвиг укрепление из камней, скрепленных цементом, чтобы использовать его как опорный пункт для дальнейшего штурма. Кроме того, с двух сторон у входа в гавань он построил по башне и протянул между ними железную цепь, чтобы преградить путь кораблям [1162], которые должны были прийти на помощь кельтам» [1163].
Противоборство ромеев и нормандцев в Латакии продолжалось на протяжении последующих четырех лет, завершившись лишь с повторным завоеванием города армией Танкреда в 1108 г. В то же самое время, Иоанн Кантакузин выделил часть ромейских кораблей и войск и отбил у арабских эмиров соседствующие с Латакией приморские города, в том числе Валанию, Маркаб и Джабалу. По словам Анны Комниной, Кантакузин «захватил много небольших прибрежных городков: Аргирокастр, Маркаб, Гавал и другие, вплоть до окрестностей Триполи. Прежде эти города платили дань сарацинам, позднее самодержец потом и кровью присоединил их к Ромейской державе» [1164]. Это был последний случай в истории, когда ромеи занимали Джабалу, Маркаб, Валанию и другие города сирийского побережья, и, конечно же, период крайне непродолжительный. Уже в 1107 г. войска Иоанна Кантакузина были отозваны на Запад, и, несмотря на то, что ромеи продолжали удерживать Латакию, остальные приморские крепости были, вероятно, оставлены. Во всяком случае, когда, в 1109 г. князь-регент Антиохии приступил к покорению Валании и Джабалы, они вновь принадлежали арабам-шиитам.
Параллельно с высадкой Иоанна Кантакузина на сирийском побережье ромейская армия под командованием Иоанна Монастры вошла в Киликию. Согласно тексту «Алексиады»: «Монастра, двигаясь с конным войском по суше, захватил Лонгиниаду, Таре, Адану, Мамистру и полностью всю Киликию» [1165]. Вторжение войск Иоанна Монастры сопровождалось восстаниями киликийских греков и армян, и не исключено, что ромейский полководец смог занять некоторые города Киликии без боя, как о том свидетельствуют латинские хронисты [1166]. Ромеи смогли сохранять свою власть в Киликии на протяжении последующих четырех-пяти лет, после чего регион был вновь перешел под власть князя Антиохийского благодаря походам Танкреда. Невзирая на то, что исход норманно-византийских войн, в конечном итоге, завершился победой антиохийских франко-нормандцев и их неутомимого князя — Танкреда, кампания 1104 г. все же может считаться бесспорным успехом комниновской империи на Ближнем Востоке. Ромеи смогли провести сложные сухопутные и десантные операции, завоевать и на протяжении нескольких лет удержать обширные территории в Киликии и северо-западной Сирии. Однако эта война требовала от ромеев вовлечения чрезмерных людских, материальных и экономических ресурсов. В то время как державшие Антиохию франко-нормандцы готовы были бросить все свои силы для возвращения Киликии и покорения приморских городов Сирии, василевс Алексей I Комнин не мог, ради восстановления своего положения в далеком Леванте, отрешиться от намного более насущной борьбы с сельджуками в западной Малой Азии и с печенегами на Балканах, поскольку эта борьба затрагивала положение в самом сердце Ромейской державы.
III. Ромейская империя и становление графства Триполи (1102–1112 гг.)
Раймонд Сен-Жиллъский и начало провансальских завоеваний в Леванте
При всей вовлеченности ромеев в ожесточенную войну с княжеством Антиохийским императору Алексею I Комнину суждено было сыграть диаметрально противоположную роль в формировании еще одного франкского государства «Заморской земли». Столкнувшись с возникновением враждебного нормандского княжества в Сирии и Киликии, Алексей I Комнин разумно сделал ставку на создание «альтернативного», союзного империи франкского государства, возникшего к югу от Антиохии и Латакии, на финикийском побережье и землях северо-западного Ливана. Это государство было детищем графа Раймонда Сен-Жилльского и его провансальских рыцарей. Первоначально оно носило гордое наименование «земля Камеллы», т. е. земли Хомса, поскольку граф Раймонд надеялся покорить все земли от древней Эмесы (Хомса) до приморских городов на сиро-ливанском побережье. Но эти планы оказались несбыточными; владения потомков и преемников Раймонда охватывали лишь прибрежные земли, часть нагорного Ливана и долины Бекаа, и государство, основанное провансальскими крестоносцами, получило название «графства Триполи».