Оранжерейный цветок (ЛП)

— И сколько их там?
— Ахуеть как много.
Она улыбается.
— Что значит ахуеть как много? Десять? Сто?
Я бросаю на неё взгляд.
— Что?
— Просто дай мне заключить тебя в свои объятья.
Я развожу свои руки.
Она ухмыляется шире.
— Повтори-ка ещё раз.
— Просто дай мне, блять, заключить тебя в свои объятья, Кэллоуэй.
Она насмешливо вздыхает.
— Я думала, ты никогда не попросишь.
Я не улыбаюсь, но мои нервы медленно начинают успокаиваться. Она делает это со мной — успокаивает меня. Заставляет меня чувствовать, что это беспокойство должно быть чем-то меньшим, менее значительным.
Она ползет ко мне, и я поднимаю её на руки, её ноги обвивают мою талию, а её щека прижимается к моей груди. Я провожу пальцами по её спутанным, беспорядочным волосам.
— Держись крепче, милая.
Я открываю палатку, и свет вспыхивает, как неоновая бомба.
  
42. Дэйзи Кэллоуэй
 
Мы разделились.
Я в черной двухдверной спортивной машине, которую Роуз арендовала вместе с Лили, еду по шоссе с Райком. Роуз, Коннор, Лили и Ло сели во внедорожник. Папарацци поехали разными дорогами. Одни следовали за нами, другие за ними.
Райк стряхнул три фургона с нашей задницы менее чем за тридцать минут. Наша спортивная машина с механической коробкой передач, и Райк переключал передачи и резко срезал углы, ведя машину так, будто он хозяин дороги. Он не боялся нажать на тормоз в последний момент, поехать задним ходом или разогнаться до скорости в сто километров в час. Если бы у нас недавно не было секса, я бы подумала, что это самая сексуальная и горячая вещь, которую он когда-либо делал со мной.
Теперь открытое шоссе не так предвкушает, но зато оно спокойное. И я благодарна за отсутствие хвоста и сумасшедших папарацци.
Когда сигнал сотовой связи снова стал нормально ловить, мы договорились с остальными встретиться в Юте у Каньонленда12.
Я перевожу свои глаза на Райка. Его взгляд устремлен на дорогу, но его рука почти всю дорогу лежит на моем бедре. Теперь, когда мы одни, по-настоящему одни, кажется, что все наши ограничения исчезают. Мне нравится эта свобода, и я хочу, чтобы она продлилась до конца этой поездки.
— Прекрати, Дэйз, — говорит он мне. — Это пиздец как раздражает.
Я понимаю, что открыла и закрыла приборную панель уже около пятидесяти раз.
— Поиграй, блять, с окном.
— Уже, — говорю я. — Оно восстало против меня и больше не опускается.
Он держит одну руку на руле и смотрит на меня.
— У тебя проблемы.
— Какое верное, верное утверждение, — говорю я с улыбкой. — Скажи ещё одно.
Он показывает мне средний палец, а затем путает мои волосы.
Я смеюсь.
— Я ничего не могу поделать со своей суетливостью. В машине скучно.
И я выпила пять Lightning Bolts!13, чтобы побороть свою усталость. Спасибо, бессонница. Я уже развязала кроссовки и сплела браслеты из шнурков. Теперь я подумываю сыграть в Ниточку14 с помощью этих же шнурков.
Глаза Райка перебегают на меня, а потом он тянется вверх и нажимает на кнопку у светильника на потолке. Люк в крыше со скрипом открывается.
Я улыбаюсь, радуясь воздуху и ветру. Я отстегиваю ремень безопасности и быстро целую его в щеку, прежде чем встать на среднюю консоль. Порыв сначала дует в меня, и я делаю огромный вдох, наполняя легкие. На дороге очень мало машин. Мы на ровной местности, где нет светофоров и почти не видно полицейских.
Я поднимаю руки и закрываю глаза.
Я лечу.
В этот момент я очень, очень счастлива.
Райк держит одну из моих лодыжек, но его рука двигается вверх-вниз по моей ноге. От касания и таинственности того, что он собирается сделать, моё сердце бешено колотится. Но он не будет…
Его нежные движения становятся неистовей, и его пальцы быстро находят пуговицу на моих джинсах, и он стягивает их вниз, всё одной рукой.
Твою мать.
Он стаскивает их к моим ногам, и я цепляюсь за крышу, чтобы удержать равновесие.
 
Он продолжает ровно вести машину.
Даже когда он отодвигает в сторону мои трусики и погружает в меня свои пальцы, мгновенно заполняя меня. О Боже. Этого не может происходить. Я стою. Наполовину высунувшись из чертова люка.
Он погружает в меня свои пальцы, и моё тело пробуждается от восторга и возбуждения. Я протягиваю одну руку вниз, обратно в машину, и кладу свою ладонь на его, чувствуя, какие большие его пальцы по сравнению с моими.
Он нащупывает самое чувствительное место, с легкостью находя его, и я вскрикиваю, мой голос теряется в ветре. После того как я перевела дыхание, он начинает снова двигаться, что приближает меня всё ближе к оргазму. Я цепляюсь за его запястье, не желая, чтобы он покидал место между моих ног. Господи, пошли мне Райка Мэдоуза утром, днём и ночью.
Затем раздается гудок. Я едва могу повернуть голову, настолько я ошеломлена этими чувствами. Мой рот приоткрыт, не в силах сомкнуться. Но я замечаю семейный фургон позади нас. О-оу.
Я намереваюсь заползти в машину, но как только я просовываю голову внутрь, Райк говорит: — Останься там.
Должно быть, его не беспокоит, что они снимают нас на свои телефоны, но не похоже, что они могут что-то рассмотреть. Окна тонированы. Райк кладет колено на руль, чтобы рулить, а другую руку высовывает в окно, показывая им средний палец.
Почему это так сексуально?
Его пальцы двигаются быстрее внутри меня, проникая глубже, вверх и вниз. Аххх! Я крепче прижимаюсь к крыше.
Разум официально взорван.
Его пальцы не нежные. Они грубые и твёрдые, и мои колени почти подгибаются от потрясающей силы, которую он прикладывает. Я стону, сгорбившись на крыше, мои глаза слезятся от ветра.
Фургон снова сигналит. Затем он меняет полосу движения и подъезжает к нам со стороны. Отец опускает пассажирское окно, со стороны которого сидит его жена. Он кричит: — На дороге дети!
Райк кричит в ответ: — Рано или поздно они узнают об этом. Лучше уж научатся делать это наилучшим образом.
АААА!
Я распадаюсь на частицы. Я больше не могу поддерживать своё тело. Райк достаёт свои пальцы, и я опускаюсь на сиденье и тяжело дышу. Я упираюсь лбом в его плечо, мой рот приоткрыт. Когда я смотрю в окно, которое он проигнорировал, я замечаю, что жена раскраснелась, а муж в ярости.
Мне всё равно.
Это было потрясающе.
Они снова сигналят.
Райк жмёт на газ и уезжает, оставляя их далеко позади нас. Его пальцы блестят, и он вытирает их о внутреннюю сторону футболки, прежде чем передать мне мои джинсы.
Когда я наконец-то начинаю нормально дышать, я снова натягиваю штаны.
— Ты делал это раньше? — интересуюсь я. Казалось, он знает, что делает.
— В первый раз, — отвечает он, стараясь не улыбаться.
Однако внезапный блеск в его глазах выдает его. Ему тоже понравилось. Может быть, не так сильно, как мне. Но он определенно наслаждался этим.
— Твоя очередь, — говорю я, приподнимаясь на коленях, готовая сделать ему минет.
— Позже, — говорит он мне. Он поворачивает машину к выезду. — Мы на месте.
Где бы это место ни было.
  
43. Райк Мэдоуз
 
Мы не можем ехать в машине до Каньонленда. Она слишком гиперактивна и страдает синдромом дефицита внимания, что сейчас является настоящей проблемой, даже если мы и шутим об этом. И неважно, с каким бы удовольствием я бы трахал её пальцами всю дорогу туда… с половиной её тела, высунутой из этого гребаного люка. Блять. Мой член презирает меня прямо сейчас. Надо было дать ей отсосать мне на парковке, прежде чем идти в магазин.
Она потрясающе делает минет.
Но это было неправильно. А я обычно не ввязываюсь в дела, когда моя интуиция говорит нет.