Оранжерейный цветок (ЛП)

Чёрная татуировка с красными, оранжевыми и желтыми вкраплениями покрывает его правое плечо, грудь и ребра. Сложная татуировка в виде феникса, связанного в ногах цепью тянется вдоль всего правого бока. Ниже — на талии — виднеется серый якорь, часть которого скрыта штанами.
Райк так привлекателен, что каждая девушка мечтает проснуться рядом с ним утром.
Несмотря на всю тяжесть, которую можно увидеть в его взгляде, нечто опасное и неприступное в нем меня гипнотизирует.
Я не могу оторвать взгляд.
Даже если должна.
Его глаза прищуриваются все сильнее с каждой секундой.
— Не смотри на меня так, Дэйзи.
— Я никак на тебя не смотрю.
— Я могу понять, когда я кому-то нравлюсь, — говорит он в ту же секунду.
— Каким образом? — я хочу иметь ту же власть, что и у него. Я хочу знать, находит ли он меня привлекательной. Может он и не находит.
Его взгляд падает на узкую полоску моего живота, непокрытую футболкой. Он глубоко вдыхает, а в его глазах что-то меняется. Его взгляд говорит: «Ты чертовски красива. Я хочу дотронуться до тебя». Он никогда на меня так не смотрел, а если и смотрел, то скрывал это.
Я бы хотела, чтобы его взгляд на меня так не влиял, но я чувствую, как жар приливает к моей шее. Я стараюсь сохранить самообладание. Не хочу быть ещё одной глупой девчонкой, которая теряет голову при виде Райка. Он немного облизывает нижнюю губу, в то время как его взгляд скользит по моему телу.
Затем его взгляд становится жестким, и он смотрит мне глаза.
— Вот так ты смотрела на меня, милая.
Оу. Он назвал меня милой. На секунду я задумываюсь только об этом, пропуская все остальное мимо ушей.
— Дэйзи? — он сердито смотрит на меня.
Я улыбаюсь.
— Ты назвал меня милой.
Он закатывает глаза и повторяет: — Вот как ты смотрела на меня.
— Уупс, — пожимаю я плечами. Я просто смотрела. Я и не думала о том, чтобы с ним переспать. Я даже не мечтала о его члене внутри меня. Невинные. Мои мысли такие невинные. Может быть не сейчас, но они были таковыми.
— Мягко, блять, сказано.
Я встаю на кровать, чтобы не смотреть на него снизу.
— Я могу смутиться, если хочешь, — я театрально дотрагиваюсь до груди. — О, Райк, я серьезно облажалась. Убей меня, — я протягиваю к нему руку и падаю на кровать. — Яду мне, яду!
Его губы изгибаются в почти улыбку. А полуулыбка от Райка считается уже улыбкой во весь рот. И я радуюсь этому.
— Мило, — говорит он. — Но не забывай…
— Мы друзья, — заканчиваю я. — Платоническая дружба без секса. Я помню. И я с этим согласилась, если ты вдруг забыл.
— Я не забыл, — он кивает головой в сторону ванной комнаты. — Пойду приму чертов душ и уйду. Увидимся вечером у твоей сестры. Они все ещё устраивают тебе вечеринку по случаю отъезда?
— Ага, — через четыре дня я буду уже на Парижской неделе моды. Неделю я буду работать. И целых три недели я проведу во Франции, путешествуя — как и хотела. Я свечусь от радости только при одной мысли об этом. У меня никогда не было возможности попутешествовать по Франции. А, будучи моделью, я езжу по всем этим красивым городам и странам, но толком ничего не посещаю. Мама впервые не будет меня сопровождать. Я знаю, что Роуз убедила маму дать мне свободы. За это я обнимала старшую сестру так долго, что ей пришлось меня оттолкнуть.
Я плюхаюсь на кровать, свешиваю ноги так, что они находятся ближе к Райку, чем были.
Он бросает взгляд на мой ноутбук, лежащий на подушке.
— Ты разговаривала с Роуз о Клео?
— Хм, откуда ты знаешь, что в Фейсбуке была именно она? — интересуюсь я.
— Я видел гребаный экран.
Я качаю головой.
— Боюсь, если я расскажу Роуз, она раздует из этого ещё большую проблему.
— Это и есть долбанная большая проблема. Она выходит за рамки простых высказываний в Фейсбуке, и ты это знаешь.
На секунду у меня перехватывает дыхание.
Райк сердито смотрит на меня, и молчание начинает действовать мне на нервы. Он ждет, что я поделюсь тем, что меня волнует. Но видя, что я не могу вымолвить и слова, продолжает разговор.
 
— Только не заходи в соцсети.
Не успел он зайти в ванную, как кто-то начинает дергать дверную ручку, пытаясь ее повернуть.
— Дэйзи, — за дверью слышится раздраженный женский голос.
Невозможно ошибиться.
Как по расписанию.
Ко мне пришла моя мама.
Один только вопрос: куда мне спрятать Райка Мэдоуза сегодня?
  
3. Дэйзи Кэллоуэй
 
Моя мама громко стучит в дверь.
— Почему ты вечно закрываешь свою дверь?
Потому что у тебя есть ключ от моей квартиры, и ты любишь заходить ко мне без приглашения.
Райк напрягается, смотрит в потолок, а затем указывает на ванную.
— Я буду там, — шепчет он.
— Что? — шепчу я в ответ притворном замешательстве.
Он показывает мне средний палец, прежде чем взъерошить мне волосы. Такой невинный, игривый жест. В это же время за дверью звучит голос матери: — Ты уже давно должна была проснуться. Может быть квартира была не такой уж и хорошей идеей?
Райк перестает трогать мои волосы, а наши тела замирают в напряжении.
Моя рука случайно соприкасается с его торсом, как ранее его рука с моей грудью. Но в отличие от меня на нем нет футболки. От контакта с его тёплым телом мои щёки краснеют, его тело напрягается. Я смотрю ему в глаза, Райк сердито смотрит в ответ. Кто-то должен это прекратить, но мы не двигаемся.
В итоге Райк надевает футболку, которую он держал в руке. Но он не отходит ни на шаг от меня. Я наблюдаю за тем, как его мышцы растягиваются, когда он просовывает голову и руки. Футболка покрывает его тело, и Райк опять смотрит на меня, будто проверить, помогли ли его действия хоть как-то снизить уровень напряжения между нами.
Не-а.
На самом деле, думаю, это только усилило притяжение наших тел. Его тело будто говорит мне: «Прикоснись ко мне. Не отступай».
Он поправляет мои волосы, которые сам же растрепал, расчесывая золотистые пряди пальцами, чтобы я не выглядела, будто у меня только что был секс.
— Дэйзи, ты там? — обеспокоенно кричит моя мама.
— Иди, — шепчу Райку.
Он убирает прядь волос мне за ухо, а затем быстро открывает дверь в ванную. Он заходит и осторожно закрывает за собой дверь.
— Прости! — кричу я маме. Я спешу открыть дверь в комнату. — Я говорила, что ценю своё личное пространство.
Она фыркает в ответ.
— А кто тебе мешает? Ты же живешь одна, — она останавливается. — Ты уверена, что не хочешь вернуться к нам с папой в загородный дом? Там тебе будет не так одиноко.
Это ей одиноко без меня. Иначе она бы не приезжала спонтанно ко мне в любое время суток. Я самая младшая из ее четырех дочерей, последняя покинувшая семейное гнездышко.
И пока что нам с Райком удавалось не попадаться маме во время ее спонтанных визитов. Я боюсь оставлять дверь незапертой, так что мама не могла зайти ко мне в спальню до того, как Райк куда-то спрячется. И мне не хватает духу и смелости сказать ей, чтобы она перестала ко мне заходить. Это все равно, что сказать ей: «Эй, мам, мне восемнадцать. Мне плевать на тебя и твоё мнение. Спасибо». Фигово, правда? Я и так быстро переехала от родителей после совершеннолетия. И я достаточно сильно люблю маму и хочу, чтобы она присутствовала в моей жизни. Я просто хочу, чтобы она была не такой… назойливой.
Когда я наконец открываю дверь, мама входит внутрь. Она одета в темно-синее платье, а ее шея украшена ниткой жемчуга. Моя мама — стройная, элегантная женщина. И вы всегда встретите ее с идеально-уложенным пучком на голове. Ее волосы каштанового цвета, как у моих сестер и меня — если бы мое модельное агентство позволило мне вернуть мой натуральный цвет.
Она глазами окидывает мою неубранную комнату. Майки, джинсовые шорты и футболки лежат на моем стуле, столе и даже на моей кровати. У меня есть привычка разбрасывать вещи, а потом забывать их класть на место. Я не особо убираюсь, даже когда приходит Райк. Его квартира выглядит ещё хуже, чем моя. Этот факт дал бы маме ещё один повод ненавидеть Райка.