Оранжерейный цветок (ЛП)

— Это что, тест Райка Мэдоуза? — спрашиваю я. — Тебе нравятся только те, кто может быстро глотать? — я расплываюсь в улыбке, и его брови приподнимаются.
— И что ты знаешь о глотании?
Я пожимаю плечами.
— Я знаю, что я не против этого.
Мышцы Райка напрягаются, и он отводит свой взгляд. Он сминает свою банку и кидает в дальнее мусорное ведро около комода. Она попадает идеально. Я чувствую смену в его настроении: из беззаботного он внезапно стал серьезным.
Возможно, я переступила черту. Хорошая работа, Дэйзи. Я пытаюсь исправить ситуацию, добавляя: — Нам вовсе не обязательно говорить о глотании.
Заткнись ты. Я встаю с кровати, занимая себя уборкой. Я начинаю подбирать свитеры, джинсы, пиджаки со стульев и пола, заталкивая их в комод.
Райк сидит немного сгорбившись на краю кровати, положив предплечья на колени и переплетя свои пальцы. Его задумчивый взгляд уставлен в пол.
— Мы можем поговорить?
Это не к добру. Подобный вопрос никогда не ведет ни к чему хорошему. Прежде чем он продолжит, я выпаливаю: — Тебе не обязательно говорить все эти прощальные вещи. Мы все равно увидимся.
Я буду в Париже всего месяц. Я же не теряю его как друга, верно?
— Я думаю, нам обоим следует снова начать встречаться, — вдруг говорит он.
Я начинаю собирать вещи ещё быстрее, пытаясь запихнуть эту кучу в ящики. Я думаю, нам обоим следует снова начать встречаться. Чего я ожидала? Что в конце мы будем счастливые держаться за ручки? Он здесь просто, чтобы помочь мне встать на ноги. Тем не менее мы с Райком оба не выражали желание встречаться с кем-то в течение четырех месяцев. Мы просто вместе проводили время и критиковали наши предыдущие отношения, неважно короткие или длительные.
— Прекрати двигаться, блять, хоть на секунду, — говорит он грубо.
Я замедляюсь и пытаюсь сложить свитер с надписью «Вечно Молодая».
— Если ты этого хочешь, — я пожимаю плечами. — Думаю, я могу начать опять встречаться.
Он проводит рукой по своим волосам.
— Ты можешь оставаться одна. Я не говорю, что тебе нужно найти парня. Я просто… — он замолкает в раздумье, его челюсть сжимается.
— Не, я понимаю, — киваю я. — Мы оба раньше часто встречались, а из-за меня ты перестал. Это несправедливо по отношению к тебе.
И все из-за моего эмоционального состояния и ночных кошмаров. И теперь, когда у него будет целый месяц вдали от меня, вполне логично, что он захочет заниматься сексом. Наконец-то у него будет возможность.
— Я буду предельно честным с тобой, — говорит он. Я прислоняюсь к комоду и встречаюсь взглядом с его темными глазами. — Я не привык к воздержанию на такой долгий срок, и я думаю, нам на пользу будет, если мы начнем встречаться с другими людьми.
Его слова не должны так сильно ранить, но они пронзают мой живот словно острые ножи.
— Так мне стоит найти свой номер семь? — спрашиваю я. — Может хоть он продержится дольше пяти минут, — я пытаюсь улыбнуться, но улыбка быстро исчезает с моего лица.
Я не знаю, о чем думает Райк. Выражение его лица невозмутимое. Задумчивое, как обычно. Он встаёт и делает пару шагов ко мне.
Я осматриваю его пресс и тату на плече. Я не должна говорить этого, но слова выскальзывают прежде, чем я успеваю об этом подумать: — Ты мог бы быть моим номером семь.
— Дэйзи… — он бросает на меня взгляд.
Желудок скручивается внутри меня.
— И ты действительно не против, если я буду трахаться с другими парнями?
Мне становится плохо от одной только мысли о Райке с кем-то другим. Я не хочу, чтобы он встречался с другой девушкой, и я знаю, что это неправильно, но как мне изменить свои чувства? Как его отпустить? Может он прав. Может нам, стоит начать встречаться с другими людьми, чтобы преодолеть это.
— Что я, блять, чувствую, не имеет значения, — говорит он. — Я на семь лет старше тебя.
— Тебе исполнилось двадцать пять всего полторы недели назад.
Он старше меня на семь лет буквально только четыре месяца. Но как только мне исполнится девятнадцать в феврале, он опять заведет свою шарманку: «Я старше тебя на шесть лет. Я, бля, мужчина, а ты еще маленькая девочка».
 
— Я все еще на семь лет старше тебя прямо сейчас.
— Правда? Мне стоит подать жалобу на женщину, которая родила меня на семь лет позже тебя. Ужас, какой ужас.
Он почти улыбается.
— Ты же знаешь, — говорю я более серьезно. — Я начала работать моделью в четырнадцать лет, и с тех пор никто не обращался со мной как с подростком. Я делала вещи, которые обычно люди делают в двадцать.
Я чувствую себя так, будто я уже окончила университет, натусовалась и напилась на вечеринках, поэкспериментировала, а мне только восемнадцать. И это основная причина, почему я не хочу идти в университет. С пятнадцати лет я и так достаточно всего перепробовала. И я не могу представить себя сидящей за партой с утра до вечера.
— Я понимаю тебя, правда, — говорит он. — Но если не смотреть на нашу разницу в возрасте — ты все еще младшая сестра девушки моего брата. И этого не изменить.
Я кладу свитер на комод. Поднимаю взгляд и вижу Райка рядом со мной.
— Так что же произойдет, когда мы оба вернемся в Филадельфию через месяц? — спрашиваю я. — Мы просто продолжим с того места, на котором остановились или наши пути разойдутся?
Он опирается локтем на комод.
— Я не хочу вводить тебя в заблуждение, Дэйз. Мы, блять, не можем быть парой. Я здесь просто, чтобы помочь тебе, пока тебе не станет лучше.
Может мне, стоит перестать мучить себя и попытаться двигаться дальше.
— Я могу найти кого-нибудь в Париже или буду одна. Такое уже и раньше было. Может быть, я найду друга из Нью-Йорка, — говорю я. — Я могу переехать туда и начать все сна…
— Ты собираешься переехать в Нью-Йорк? — он хмурится.
— Я не знаю… возможно, — мягко говорю я.
Он резко протягивает руку и притягивает меня к себе. Он обнимает меня. Сам. Но это больше похоже на прощание, чем на что-то другое. Боль пронзает все мое тело.
Вдруг мы слышим скрип — и дверь открывается.
Мы с Райком поворачиваем голову и видим на пороге мою маму с телефоном в руке. Ее глаза расширяются от ужаса при виде меня в объятьях парня, которого она считает недостойным ни моего времени, ни внимания.
Мы с Райком медленно отходим друг от друга, парень не выглядит виновато, только сердито из-за ее внезапного появления.
— Что это такое? — резко спрашивает мама.
— Райк пришел попрощаться, — говорю я, пытаясь разрядить обстановку. — Я собрала все вещи, так что Майки будет здесь с минуты на минуту.
Я не знала, что она зайдет. Я попрощалась с родителями вчера, когда была у них в гостях.
Мама разглядывает голый торс Райка.
— Где твоя футболка? — спрашивает она.
— Я её снял, — отвечает он, прищуривая глаза. Он берет футболку с кровати и надевает ее. Но он не собирается уходить и оставлять меня наедине с мамой, беспокоясь обо мне.
Мама подходит к моей кровати на своих высоких каблуках. Ее пальцы перебирают жемчужное ожерелье, пока она рассматривает мою кровать: скомканное постельное белье, словно здесь трахались.
— Я плохо сплю, — я говорю ей правду, но это так звучит как ложь. — Я ворочалась всю ночь.
Она игнорирует мои слова, направляя свой взгляд прямо на Райка.
— Если я когда-нибудь узнаю, что вы вместе, я лично изучу всё твое прошлое, и если ты спал с моей несовершеннолетней дочерью, то в следующий раз мы увидимся в суде. Ты знаешь, что будет за изнасилование?
Райк стоит раздраженный и на лице его выражение «нет, блять, я идиот».
— Мам, — вмешиваюсь я. — Он ничего не сделал.
Райк не отводит взгляда от моей матери.
— Вы хотите все скинуть на разницу в возрасте, отлично, Саманта. Вперёд. Мне плевать, что вы думаете обо мне.
Она резко вдыхает так, что кости на ее шее начинают выпирать.
— Никогда в жизни я не встречалась с такими невоспитанными людьми, — она поджимает губы. — Чему тебя научила твоя мать?