Пленница льда

Джастин должен был вывести гнома.
– Калеб! – рыкнул Сирис, смотря в сторону окон лазарета. Мы почти добрались до места. – Калеб! Джастин оставил знак!
Аниморф должен был разбить все окна на первом этаже сразу после своего ухода. Он должен был вывести Морла, но окна целы, а это значит, что…
– Эбол! Илон точно отвлекал Олова?
– Я тебя умоляю… – рычал воин, выпуская череду магических стрел. Он целился в Сэру, понимая, что даже с усилением яд на острие наконечника не причинит ей особого вреда. – Илон мастер в этом деле! Он по всему Мирграду бунт устроил! Олов остался за старшего, его при всем нежелании быть найденным нашли бы в любом случае! Я думал, что благодаря этому маг и не мог полностью подчинить Сэриэл… Но, видимо, ошибался… Ролан…
Ошибался… Эбол сильно ошибался.
Внезапно Сэра замерла. Она застыла как статуя, подчиняясь команде, а лазарет в мгновение ока накрыло защитным куполом. Ледяным куполом, созданным девушкой. В облике дракона она раскрыла огромную пасть и выдохнула струю ледяного дыхания. Магия объединилась, создав невероятно прочный контур, прорвать который мы точно не в силах.
– Ну, – вздохнула Лимма, понимая, что мы угодили в ловушку, – зато переодеться к приходу вашего сына успеем, верно, Ролан?
Барьер мерцал, пульсировал, медленно превращался в ледяной купол. Сэра спокойно села возле границы, уставилась в мою сторону безжизненным взглядом и мигом потеряла сознание…
Ее выключили.
– Она нас слышит? – с сомнением поинтересовалась Лимма, глядя на то, как мирно вздымаются кожистые крылья.
– Не знаю!
Я пытался прогнать прочь отвратительное чувство обреченности, сменил ипостась, помогая Лайонелу удержаться на ногах. Ничего другого не осталось, только войти в лазарет. Оставаться снаружи не было никакого смысла. Джастин либо там, либо…
– Джастин… – Риска увидела все первой. Лазарет разрушен. Кровавые разводы на стенах, следы ладоней и осколки разбитых колб на полу – ничто в сравнении с тем, что аниморф истекал кровью.
– Джастин… – Я первым подошел к нему. Он медленно менял ипостась, все еще был в облике огромной птицы и находился в сознании. Его тело стало трансформироваться, легочная система не выдерживала, ее пережало ребрами… пришлось помогать.
Сквозь сильную боль Джастин все еще смотрел мне в глаза, не отворачивался. Из его тела вылетали осколки стекла…
– Джас… – Сирис принюхался. – Ролан, тут был взрыв. Судя по следу, он спустился вниз, в подвальные помещения, но не успел добраться до этажа.
– Вовремя ушел, – шепот больше походил на дуновение ветра. Аниморф не мог шевелиться, обреченно опустил голову мне на руку и на мгновение потерял сознание. – Морл внизу. Я не добрался до гнома. Там ловушки… Их много.
– Чертов Олов… – рыкнула Лимма, с силой ударив по дверному косяку. Тот страдальчески хрустнул, но не разломался окончательно. – Простите, я не специально.
– Чертов ублюдок хочет нас перебить по одному. – Сирис обернулся в сторону Калеба: – Прошу меня извинить, но…
– Я не скажу, что все нормально, но злость переполняет до кончиков волос, – заметил архимаг, помогая мне перенести Джастина на ровную поверхность. – Я займусь лечением. Но Ролан… Его раны…
– Лучше я. – Лайонел мягко коснулся головы аниморфа, и в это же мгновение все тело друга охватила дрожь, а затем… – Иного пути нет. Он почти умер.
Я видел, как тело Джастина покрывалось льдом. Как холод проникал внутрь, замораживая тело, как кровь застывала в жилах… Сказать было нечего.
Риска смахнула слезы, я отвернулся в поисках укрытия и через некоторое время с большим трудом спрятал аниморфа в самый дальний угол комнаты. Огромный кусок льда мы тянули вместе с Сирисом… И то с трудом.
– Что будет, когда лед растает? – нервничала Риска, дергая брата за рукав. Дьен злобно пожал плечами, но продолжил молча наблюдать за всем, что происходило.
– Если не привести Джастина к лекарю, он умрет. – Лайонел пожал плечами, с трудом подавил зевок и кивнул в сторону лестницы. – Нам вниз, верно? Ловушки работают от механического воздействия или реагируют на магию?
 
– Откуда нам знать, – смутилась Лимма, – не мы же ставили. Ты что задумал?
Но Лайонел ничего не ответил. Он мягко поднял руку, пошатывался, еле стоя на ногах, его лицо побелело, губы налились, и в это же мгновение с кончиков острых когтей в сторону прохода вылетели три яркие искры, похожие на кристаллы льда.
Стоило им коснуться пола и стен, как образовалась ледяная корка. Она довольно быстро спускалась вниз, проникая в камень и древесину, активировала ловушки, что реагировали на физическое давление, позволив нам тем самым наблюдать за тем, как в пустой проход летят стрелы, как с потолка падает огромная тяжелая плита и откуда-то снизу раздается лязгание капкана.
– Очень оригинально, – прошептал Калеб, хмуря лоб. – Олов теряет хва… А… нет, не теряет…
Следом за физическим воздействием Лайонел активировал и другие ловушки. Дракон создавал в ладонях странные многоузорчатые пульсары. Со стороны они казались нестабильными, с нарушенными связями, но как только шары энергии сорвались с его ладоней и проникли в проход, все, что каким-то образом имело магическую структуру, пришло в движение.
– Отлично, он хотел нас поджарить, – заметил Дьен, наблюдая со всеми остальными за языками черного пламени.
– Я ни на что не намекаю, но черный огонь подозрительно похож на тот, что разрушил дом архимага. – Эбол хотел было взять образец, но передумал. – Огонь как огонь, но меня смущают столь частые встречи с ним…
После черного пламени лестница полностью развалилась, стены частично обрушились и сам лазарет дрогнул вместе с фундаментом. Я думал, обвалится крыша, но обошлось.
– На этом все. – Лайонел поежился, обхватил себя руками, как будто замерз, и смело шагнул внутрь.
– Не боишься? – Риска не хотела идти вниз. – А вдруг там еще что-то есть?
– Боюсь, – сознался брат Сэры, – но идти ведь надо… К тому же в моем состоянии я слабое звено. И не смогу противостоять Сэре.
– А кто-то из нас сможет? – Дьен злился, нервничал, сжимал кулаки и был готов сорваться.
– Нет, она сильнее всех вас, вместе взятых. Просто еще не осознала этого.
Лайонел убрал за уши белые волосы, резко выдохнул, осторожно прикоснулся к дверной ручке внизу прохода и открыл заветную дверь.
Мы ждали, что в этот момент что-то произойдет, я был готов дать отпор, защитить отряд, но все было тихо.
– Ролан, а ты уверен, что сонное зелье поможет? – Калеб стоял позади Лайонела. – Чтобы выключить ее сознание и ослабить тело, нужно влить внутрь по меньшей мере литр этой дряни…
– Я ни в чем не уверен, но это может сработать. – Комната, в которой был скован гном, оказалась нетронутой. Я быстро окинул ее взглядом, достал из ящиков стола нужные склянки и заметил еле приметную царапину на полу. Странно… Осмотрев ее, я с силой ударил кулаком по стене, в это же мгновение часть строения рухнула, образовалась огромная дыра и секретный проход… В огромную комнату… забитую зельями, колбами, склянками и запрещенными препаратами…
– Р… Ролан, – Риска указала в сторону ширмы, – там… Боже, это же Керен! Дьен, смотри! Это же Керен! Я думала, он сбежал! Он же не пошел в Мирград!
Наемник был жив. Почти. Тело иссохло, мышцы почти все ослабли, лицо заострилось, щеки впали. Тонкие запястья скованы магическими оковами, запрещенными в Мирграде под угрозой смерти – пленник лишался рук и ног, стоило сбежать из камеры. Данная мера наказания была отменена Калебом сразу, как тот принял власть в свои руки.
– Сколько он тут уже… – Лимма прикрыла нос рукой. Смрад в комнате стоял резкий.
– Думаю, с самого начала. – Пройдя вглубь комнаты, я нашел огромный стеллаж с книгами, посвященными темным магическим ритуалам. Все они были исписаны почерком Олова. – Тебе это не понравится, Калеб…
– Даже смотреть не буду. – Архимаг хоть и говорил ровно и тихо, но выглядел при этом ужасно. Ему было сложно взять себя в руки и реагировать на ситуацию трезво. Мне тоже, если честно. – Что он с ним делал?