Пленница льда

– Это наивысшая степень защиты. – Ролан как будто с облегчением выдохнул, сам потянулся к обрывкам и соединил их, бледнея на глазах. – Если ты сможешь восстановить все в пространстве комнат, то сил на алые связи у меня хватит… Займемся?
– Конечно! – Я устала, но из-за прилива адреналина готова была горы свернуть. Это же так интересно!
– Спорим, она готовить не умеет, – буркнул Джастин, следуя за нами хвостиком.
– Сомневаюсь, – парировал Ролан, помогая мне подняться чуть выше, чтобы я могла дотянуться до очередного разлома. Маг посадил меня к себе на плечи, и я почувствовала себя крайне неловко.
– Джастин прав лишь отчасти: я не умею готовить сложные блюда, да и не люблю. Раньше питалась макаронами.
– Ага, – хохотнул маг, помогая встать на пол. – Осталось выяснить, что такое макароны.
– Тут такого нет? А пельмени? Или манты, или хинкали? Какие-нибудь лепешки из теста с мясом внутри, которые варятся в бульоне?
Мужчины отрицательно покачали головами, не понимая, о чем я говорю.
– Кажется, я знаю, чем накормлю вас завтра… – с сомнением протянула я, осознавая, что хочу начать делать тесто прямо сейчас.
– Ага, – шепнул Ролан, соединяя последний красный узел, – а мы не отравимся? Обычно те, кто не умеет готовить простые блюда, становятся лучшими в приготовлении смертельных ядов, причем делают они это, сами того не желая.
– Ты же оборотень, – хмыкнула я, – тебе яд не страшен…
– Главное, чтобы ближайшие кустики выдержали то, что нам не страшно. Да, Ролан?
Джастин вроде и пришел в восторг после моего заявления, да к другу своему прислушался. А тот стоит, улыбается… Зевает… Зовет меня куда-то.
– Идем, ведьма. Нам спать надо. Завтра разнесешь кухню.
Я наивно подумала, что мне выделят комнату. Ну, на худой конец кровать.
Каково же было мое удивление, когда Ролан привел меня в спальню, где единственным предметом мебели была огромная кровать. Только кровать. И маленькая тумба.
– Больше спать негде, – маг пожал плечами, как бы извиняясь, – у меня гости не остаются ночевать.
– А как же твой отряд?
– Тут, кроме Джастина, никого не было. И сейчас этот гад нагло пользуется случаем и лезет туда, куда раньше даже клюва не совал, да, мой друг?
За дверью пискнули, обреченно вздохнули и процокали куда-то в сторону комнаты с креслом.
– Одеяло у меня одно, подушки две… Полотенце в тумбе. Вот за той дверью ванная комната, а напротив ты найдешь гардеробную. Женских вещей у меня нет, можешь пока взять мои. Ты в них утонешь, конечно, но… В общем, завтра все купим, хорошо? Сэра, ты здесь? Ты меня слышишь? Только не говори, что опять смущаешься, мы уже спали вместе.
Господи, я веду себя как ребенок. Стою перед Роланом, краснею, паникую. Даже глаза поднять стесняюсь! Тоже мне, ведьма!
Маг молча направился в ванную, пробыл там буквально несколько минут и уже через мгновение упал в кровать лицом вниз, пробурчав что-то нечленораздельное.
Ванная, к моему удивлению, выглядела как ванная. У оборотней в домах стояли огромные бочки, куда набирали воду и подогревали специальным механизмом. А тут все было иначе.
Небольшая ванна, в которую можно было лечь и вытянуть ноги… Емкости с водой под потолком занимали огромное пространство, от них тянулись тонкие трубы с множеством каких-то рычагов. Они объединялись, принимали форму, подобную крану, и стоило потянуть за нить с фарфоровым кольцом на конце, как теплая вода тут же полилась в ванну.
– Тут надо повернуть… – голос Ролана прозвучал у самого уха. Я настолько не ожидала его услышать, что в очередной раз подпрыгнула на месте, дернулась и с силой ударила несчастного локтем прямо в солнечное сплетение. Ну, как ударила… Мне кажется, он этого даже не заметил, сил-то у меня почти не осталось… – Смерти моей хочешь? Вот тут надо ручку повернуть, и вода будет горячей. Поворачивай как тебе надо, прими ванну и ложись спать, ведьма. Сколько мне нужно тебе раз сказать, что я не чудовище?
– Да не в этом дело, – я вновь покраснела от стыда, замерев рядом с магом непозволительно близко, – я просто не слышала твоих шагов.
 
Молчание затянулось, я все еще краснела, замерла будто мышка, а маг тем временем достал огромное полотенце и домашние тапочки. Он устал, еле стоял на ногах, покачался на месте, желая что-то сказать, затем передумал и вышел, оставив меня одну.
А сердечко-то готово было выпрыгнуть из груди… Вон как бьется! Так больно…
Странно: я еще ни разу в жизни не испытывала подобных чувств. Это не симпатия. Не могу назвать это влечением. Это нечто иное. Что-то более сильное, глубинное… Что-то, что заставляет краснеть, замирать на месте, хотеть быть рядом, ощущать прикосновения.
О боже…
Вновь вспыхнув, я тут же ушла под воду с головой, стараясь отогнать мысли о Ролане. Сейчас есть тема намного важнее.
Сэриэл…
Я не представляю, где искать правду. Где начало этой истории?
Ролан ясно дал понять, что перемещение между мирами невозможно, но как еще объяснить происходящее? И потом, я-то переместилась!
И кто тогда мой отец? Он имеет к этому всему хоть какое-то отношение? А мама? Да мы всю жизнь прожили в Питере! У нее немного друзей, но они есть! Разве можно просто так взять и появиться в чужом мире с ребенком, получить документы и жить как ни в чем не бывало? Чушь какая-то. Наши миры сильно отличаются! Один электрический чайник чего стоит! Хотя в моем детстве их не было. Но все же.
А что если моя мама никуда не путешествовала? Что если отец – тот самый пришелец из другого мира? А что если…
В голове внезапно возникла еще одна мысль… Довольно логичная, в какой-то степени верная, но и, возможно, ошибочная…
Сейчас я не чувствую различий между языками двух миров. «Маша», «Сэра» – я произношу их одинаково. А если и Ролан услышал именно это? Услышал просто имя, которое в его мире звучит иначе? Может быть, Мария – это и есть Сэриэл? Но откуда тогда беловолосый меня знает? Хотя мы же встречались с ним возле Лирдера. Может, он об этом говорил? О том, что видел, как меня спрятали в деревне оборотней… Черт… Какой-то кошмар! Я так сойду с ума!
Не в силах больше думать, я довольно быстро переоделась в рубашку Ролана, натянула его огромные домашние штаны и медленно, аккуратно, боясь разбудить, легла в кровать. Стоило коснуться подушки, как маг тут же повернулся ко мне и широким жестом накрыл одеялом.
Так он все еще не спит!
– Спокойной ночи, – шепнул мужчина.
– Спокойной.
Мне только и оставалось, что свернуться калачиком, уткнуться носом в подушку и попытаться уснуть рядом с тем, кто так сильно нравится.
Я никогда не умела проявлять эмоции, давила их даже в глубине сердца, будто запрещала влюбляться в кого-либо.
Глядя на то, как мирно спит Ролан, я думала о том, что в прошлом все отношения и чувства, которые я принимала за любовь, были ничем иным, как игрой в эту самую любовь.
Даже сейчас. Как мне понять, что то, что я чувствую, и правда настоящее? Что это не какой-нибудь стокгольмский синдром, а реальные чувства?
Страх смешался с волнением. Я так долго боялась имени мага, что даже сейчас при одном его звучании нервничала.
А ведь он спит совсем рядом…
Внезапно Ролан нахмурился, с силой сжал челюсти, явно увидев во сне что-то неприятное, но стоило еле заметно прикоснуться к его ладони, спрятанной под одеялом, как мужчина вновь расслабился.
Его глаза не были человеческими: иногда веки еле заметно раскрывались, выдавая яркую желтизну, а пальцы на руках грубели. Будто вот-вот Ролан изменится…
Глубоко вздохнув, я вновь попыталась уснуть, но что-то не позволяло: легкое волнение перерастало в смущение, но при этом я зачем-то подвинулась к нему еще ближе.
Дыхание ровное и губы слегка приоткрыты… Как уснуть теперь, когда сердце бьется с такой силой? Когда в горле пересыхает и голова идет кругом?
Внезапно маг слегка приподнялся, меняя положение тела. Я думала, он отвернется, но вместо этого Ролан положил на меня сверху свою руку, легко прижал к себе и уткнулся носом мне в лоб, глубоко вдыхая запах моих волос, что-то еле слышно нашептывая при этом.