Приворотная пилюля для шефа (СИ)

— Я представитель судебной корпорации, — голос эмпата в ответ звучал сухо. Он позволил мне безвольно обмякнуть в кресле и сам присел на корточки рядом. — Было открыто, вот я и вошел. Мы вчера встречались во время вашего визита в судебное ведомство. А сейчас брачный судья меня срочно вызвал, ваша жена нуждается… в помощи.
— Да? А что с ней? — Удивился мужчина.
Он не казался злым, сообщение о его жене определенно его заинтересовало. В каком-то смысле он беспокоился о ней!
— Марина, вам лучше? — Прежде чем ответить заявителю, Шарт обратился ко мне. После слабого кивка в ответ перенес внимание на мужчину. — Главный судья сейчас сам все объяснит. Мое же присутствие нужнее в спальне.
Эмпат стремительно поднялся, а в гостиную, сменяя его, шагнул Михал. Я успела заметить долгий взгляд, которым обменялись модификаты. Сейчас я готова была поспорить с коллегами в рабочем чате на месячную зарплату, что они без слов поняли друг друга.
— Что с моей женой? — Хозяин квартиры выглядел искренне обеспокоенным. — Надо ли вызвать для нее капсулу восстанавливающего сна?
— Нет, — слишком ровным тоном отозвался судья, бросив на меня пристальный взгляд и нахмурившись. — Вашей жене сейчас помогут. Полагаю, что и по вашей ситуации… найден компромисс. Поэтому, — Михал грозно поджал губы, — воздержитесь от каких-либо выпадов в сторону сотрудников брачного ведомства! Это неприемлемо.
Как он понял?! Я резко вскинулась, сев прямо, словно с палкой внутри. Неужели мой вид настолько говорящий?..
Мужчины уставились на меня, заставив собраться и перестать судорожно прижимать руки к груди. Пришлось и поправить кофту на плечах, которую хозяин квартиры сдвинул ладонями.
— Да, простите меня, — заявитель обращался ко мне, весь его вид выражал раскаяние. Он явно только сейчас начал осознавать насколько напугал меня. Живя рядом с модификатом, отвык от последствий тактильного сближения? — Я действовал недопустимо, просто поддался эмоциям. В последнее время, знаете ли, все труднее сдерживаться — нервы совершенно расшатаны.
И я даже его понимала!
— Но о каком компромиссе вы говорите? Наш развод признают?
— Да, — кивнул Михал, буравя мужчину тяжелым взглядом, — но есть небольшое условие. Это ребенок. Вы должны способствовать зачатию вашего совместного ребенка.
— Но?.. — Хозяин квартиры явно растерялся.
— Привычным путем, — отрезал Михал.
Наш собеседник выдохнул с таким очевидным облегчением.
— Вот сразу бы так, я столько ей твердил… К чему все эти ужасы, боль, страдание. На десять минут уснем при заборе нужных клеток, а через положенные месяцы появится полноценный здоровый ребенок.
Лицо главного судьи походило на маску, он выслушивал сбивчивые восторги собеседника, кажется, не двигая ни единым мускулом. Затем тяжело опустился в кресло.
— Вы должны дать согласие на зачатие, — уточнил он. — Дальнейшую ответственность за ребенка берет на себя ваша жена.
— Как? — Удивленно моргая, мужчина переспросил. — Я что не буду участвовать в воспитании собственного ребенка?
— А вы хотите? — Брови модификата чуть приподнялись.
— Конечно, как положено я выполню отцовский долг, буду поддерживать регулярную связь.
— Ааа… — протянул шеф, утратив внезапно возникший интерес к собеседнику. — Поддерживайте, если вам так удобнее. Но при разводе вы должны подписать согласие на полную опеку над ребенком вашей жене. Развод можно будет оформить, когда подтвердится зачатие.
- Я согласен.
Хозяин квартиры широко улыбался — Михал явно и этот случай разрешил ко всеобщему удовлетворению. Наш собеседник приободрился — явно был доволен происходящим, выражение его лица демонстрировало дружелюбие и одобрение, сменив нервозность и злость. Расслабленно потянувшись, он откинулся на спинку дивана и принялся негромко насвистывать какой-то мотивчик. Затем, словно опомнившись, вскинулся и обвел нас взглядом:
— Может быть, хотите пить? Совсем упустил из вида, что у модификатов это принято…
Он переводил вопросительный взгляд с меня на Михала. Но я понятия не имела что принято у модификатов, мне же пить и есть в чужом доме казалось крайне неловким, а шеф сидел с отсутствующим видом, словно забыв о существовании всех вокруг.
 
— Спасибо, не беспокойтесь о нас, — в итоге неуверенно отозвалась я, поглядывая в направлении спальни, куда ушел наш эмпат.
Что там происходит — меня беспокоило. По сути, все эти модификаты из пар, заявивших желание о разводе, меня беспокоили, но даже для себя я толком не могла сформулировать причину тревоги.
В таком молчаливом ожидании прошло еще минут десять, когда в гостиную вернулся Шарт Рено. Выглядел он сейчас вполне привычно — красивый брюнет, прическа волосок к волоску, а взгляд безмятежный и отстраненный. В мою сторону он лишь скользнул взглядом и больше внимания не обращал. А вот с главным судьей они столкнулись взорами надолго. Как эти двое внешне совершенных мужчин с однотипно безэмоциональными физиономиями играют в гляделки в абсолютной тишине смотрелось странно. Даже пугающе!
Мы с хозяином квартиры начали обеспокоенно переглядываться, не понимая причин повисшего молчания. Наконец, он не выдержал и спросил эмпата:
— Как моя жена?
— Она в полном порядке, — с какой-то даже неохотой переключил на него внимание Шарт. — Вы желаете удостовериться?
— Нет, нет, — тут же замахал руками мужчина. — Пусть побудет одна. Это же на пользу?..
Вопросительный взгляд он адресовал почему-то мне, явно избегая смотреть на модификатов. В то время как они наоборот дружно уставились на него, причем, с одинаковым сожалением во взглядах.
— Мы уходим, — Михал поднялся, следом подскочила на ноги и я. Развернувшись к заявителю, буквально нависнув над ним с высоты своего немалого роста, главный судья отчеканил непререкаемым тоном: — Настройтесь на завтра, вызов в службу зачатия будет уже сегодня. Я все проконтролирую!
Последняя фраза лично мне показалась зловещей и совершенно не правомочной, но вполне в духе нового брачного судьи Сермира насколько я уже успела его узнать. Словно наш город провинился и на него снизошла кара… вот назначили нам такого непреклонного шефа!
Из квартиры я выходила первой, сбивчиво извиняясь на ходу за вторжение и радуясь в глубине души, что покидаю это странное место и этого странного человека. Модификаты молча шагали рядом. Немного успокоившись, я все пыталась проанализировать странный поступок хозяина квартиры — такое интимное и недопустимое прикосновение. Как он мог решиться?..
Вывод был один — в последние дни в моей жизни разом образовалось очень много странного. И люди, и события, и происшествия… В пору опасаться не только переработок, но еще и производственных травм! Кто бы мне рассказал об этом еще неделю назад, сочла бы его безумцем.
— Марина?
Вздрогнув, осознала, что не заметила, как мы добрались до лифта. Сразу насторожилась, но распахнувшаяся кабинка мгновенно развеяла тревоги — она предусматривала разграничения!
— Ээ… да?
— Нам остался еще одна пара и можем возвращаться! — Михал Шлейзу точно полагал это хорошей новостью.
Мне же отчаянно не хотелось продолжения. Третью пару — стильного модификата с обожанием взиравшего на свою жену-студентку я хорошо помнила. Он выглядел совершенно несчастным, а она смотрела на него как на навязанный кем-то негабаритный мусор. Визит не предвещал хороших впечатлений.
— Думаю, с нее достаточно, — вдруг вмешался эмпат.
Свой спокойный взгляд он устремил на собрата, но Михал воспротивился.
— Как раз нет!
Ну и логика у него: в этот момент я поняла, что обречена новым шефом на трудовой подвиг и нервный срыв.
— Нет, достаточно, — не отступался Шарт, чем заслужил мою пожизненную благодарность.
Хоть кто-то решается возражать Михалу Шлейзу!
Какое-то время они молчали, сверля друг друга взглядами. И только когда кабинка лифта распахнулась, доставив нас в холл жилого комплекса, главный судья сдался: