Империя. Пандемия (СИ)

Принимаю книгу, папку с документами и киваю.
‑ Что ж, запускайте по старшинству.
Барон склоняет голову и покидает мой кабинет. Его тут же сменяет Светлейший Князь.
‑ Привет, пап!
Целую мальчика в лоб.
‑ Привет, сын. Как дела?
‑ Нормально. Флигель просто отличный, моя банда в полном восторге!
Усмехаюсь.
‑ Наслышан о том, как вы там куролесили до полуночи.
Сын небрежно отмахивается.
‑ Но было же здорово! И мы, кстати, не так уж и шалили. Вели себя достаточно скромно и тихо.
Киваю, улыбаясь.
‑ Да‑да, я же говорю ‑ весьма наслышан. Весьма! Ладно, по крайней мере флигель не сожгли и на том спасибо. Какие планы на день?
‑ Конный выезд. Я забежал поздороваться. Лошадей нам уже седлают.
‑ Лошади ‑ дело хорошее. Только после выезда стекло вставьте.
Георгий изображает непонимание.
‑ Какое стекло???
‑ То самое. А если сожжете флигель, то будете помогать строить заново. За удовольствия надо платить.
Мальчик шмыгает носом и кивает.
‑ Хорошо, пап.
Хлопаю его по плечу и усмехаюсь:
‑ Ладно, гуляйте. Каникулы есть каникулы. Надо же вам что‑то будет рассказывать в своем Звездном лицее.
‑ Пока, пап!
‑ Про стекло…
‑ Я помню, пап!
Георгий чмокнул меня в щеку и скрылся за дверью.
М‑да. Никакого тебе пиетета перед Священной Особой. И смех, и грех!
Что с того, что он, рожденный от неравнородного брака, не может наследовать Престол? Разве это отменяет тот факт, что он ‑ официальный сын Всемилостивейшего Государя Императора? Пусть корона Георгию не грозит, но ее сияние озаряет и его. Кровь монарха священна.
Кровь монарха.
Милость небес и проклятие, которое будет преследовать его всю жизнь. Как в тот день, когда обезумевшие от наркоты революционеры‑дезертиры убили на глазах мальчика его мать. Убили только за то, что она была женой нового Императора.
Забудет ли это Георгий? Очень я в этом сомневаюсь. Но надо как‑то дальше жить.
И нести свой крест.
Эх, многодетный я папаша. Двое собственных детей, плюс еще два сына моего прадеда, которых он заделал еще до моего появления в его теле. Причем один сын, который граф Брасов, а ныне Светлейший Князь Илионский, ‑ сын официальный, а вот второй, который маркиз Михаил Васильевич Ле‑Блосьер, барон Мостовский, ‑ сын тайный. И при этом, ‑ друг моего сына Георгия. К тому же он еще и мой дед. В общем, как‑то сложно все. Так все переплетено, что…
Как там баронесса Мостовская поживает? Надо будет уточнить.
‑ Ваше Императорское Всесвятейшество и Величие! По вашему повелению, Высочайшая аудиенция милостиво дарована Председателю Совета Министров Российской Империи генералу от артиллерии его сиятельству графу Алексею Алексеевичу Маниковскому!
* * *
СТАТЬЯ ПРОФЕССОРА К. Э. ЦИОЛКОВСКОГО В ЖУРНАЛЕ «ОСВОБОЖДЕНИЕ – МОЛОДЕЖИ». 4 октября 1918 года.
Коллеги!
Так обращаюсь я к нынешней молодежи, поскольку уверен я в том, что мы с вами единомышленники и одинаково не представляем себе возврат в прошлое нашего Отечества.
Ко мне часто подходят после моих лекций, задают различные вопросы. И одними из самых часто задаваемых являются вопросы: «Когда человечество сможет полететь в космос, когда мы будем на Луне, и, главный, ‑ как стать космонавтом, и как нужно к этому готовиться?»
Посему, со страниц столь уважаемого издания, я постараюсь дать несколько ответов на эти и другие вопросы. Начнем с основного.
Уровень технического развития пока не позволяет человеку полететь в космическое пространство. Однако прогресс научной и технической мысли неостановим! Буквально на памяти одного поколения человек сумел покорить воздух, и я не вижу причин для того, чтобы на памяти следующего поколения человечество не смогло покорить космос.
Разумеется, нам нужны ученые и техники, много‑много светлых голов, ярких личностей и энтузиастов нашего великого дела, и я призываю всех, у кого в сердце пылает огонь грядущего, поступать в учебные заведения, записываться в секции и кружки, повышать свой уровень знаний и внести в итоге свою лепту в наше великое движение в космические дали!
 
Еще нередко я слышу сожаления о том, что, мол, рано мы родились, вот бы родиться в век космических полетов! Отвечу я и на это. Мы живем в прекрасное и удивительное время. Время, которое еще два года назад я бы сам назвал невозможной фантастикой. Но эта эпоха наступила. Эпоха Героев и Эпоха Подвигов! И место приложения сил сейчас имеется значительно ближе, чем космические дали. У нас есть прекрасная возможность провести испытания всего, что нам понадобится в космосе, на Луне и на Марсе. Обширные неисследованные области Сибири и Крайнего Севера бросают вызов всем героям нашего времени. Миллионы квадратных километров дикой тайги и бескрайних ледяных полей Арктики – вот место, где мы можем испытать нашу космическую технику и наш космических дух! Миллионы квадратных километров территории, где есть все – золото, серебро, алмазы, нефть, газ, железо и все остальные элементы, которые так остро необходимы нашему Отечеству для развития, для приближения Освобождения, и приближения того дня, когда наш космический корабль первым в мире выведет человека в космос!
К. Э. Циолковский,
Профессор Императорского Константинопольского университета.
* * *
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». 4 октября 1918 года.
‑ Дамы и господа! Его Императорское Всесвятейшество и Величие Государь Император Михаил Александрович!
Звук отодвигаемых тяжелых стульев. С двух сторон массивного стола, склонив головы, стоят в два ряда министры, генералы и сановники.
‑ Приветствую вас, дамы и господа. Прошу садиться.
Разумеется, никто из них не пошевелился, пока я не опустился, не спеша, на свой стул во главе стола, и лишь после этого вновь задвигались дубовые стулья с высокими спинками. Хорошие такие стулья. Величественные и красивые. Как говорится, Эмпайр‑стайл. Не вдруг такой стул поднимешь, и не очень‑то им замахнешься.
Такие стулья, по настоянию генерала Климовича, у меня стоят в залах совещаний и в присутственных местах во всех резиденциях. Лично я считал это блажью и перестраховкой, но Климовичу я платил жалование за обеспечение моей безопасности, и спорить с ним я не собирался. В конце концов, Климович спасал меня и Машу не один раз, и мы, слава Богу, все еще живы и здоровы. Сказал шеф твоей охраны, что ёжик мягкий – садись. Или меняй охрану, если не готов ей довериться.
Тем более что время нынче какое непростое!
‑ Итак, господа, чем порадуете?
Первым поднялся глава правительства:
‑ Ваше Императорское Величество! До выборов осталось ровно десять дней, а обстановка весьма и весьма тревожная. Хочу обратить ваше внимание, Государь, что ограничительные карантинные меры заметно сказались на торговле и на грузоперевозках. В городах делаются резервные запасы продовольствия на зиму, но заполняются склады зерном со значительным отставанием от утвержденного графика. В значительной степени новый урожай все еще остается в районах, где он собран. Отдельно и повторно замечу, что брожения в деревне в связи с переделом земли принимают тревожный размах. И, как бы вместе с выборами 14 октября, мы не получили и всплеск массовых волнений. Исходя из этого, я настоятельно прошу дозволения направить в места брожений дополнительные части Внутренней Стражи, а, возможно, и армии. Особенно будут нуждаться в усиленной охране созданные агропредприятия, которые наверняка станут целью и объектом недовольства. Боюсь, что мы накануне великих потрясений, Государь.
 
Обращаюсь к Анцыферову:
‑ Николай Николаевич, какова ваша оценка ситуации в деревне?
Министр внутренних дел поднялся с места и оправил вицмундир.