Небесный Трон 12 (СИ)
Как и поклялся Амелии, Кай пригласил Гезихта и Макгар’х (когда та очнулась) в Храм Вечного Пути. Теперь же он собирался выполнить другое своё обещание — спасти подданных империи.
Мягко опустившись на песок, Кай осмотрелся. Поблизости не было ни души — он отлетел достаточно далеко от любых лагерей. Достав из Хранилища массивный металлический шар — Старшую Руну, что содержала одну из частей тела Магнуса, — мужчина проявил узоры татуировки на руках и ударил по сосуду Прикосновением Небытия, наполненный морем энергии.
На шаре появилась крохотная трещина, но большего Каю и не требовалось. Уже несколько минут спустя Он был здесь. Легко уничтожив остатки Старшей Руны, появившийся рядом Магнус погрузил полученное сердце в свою иллюзорную грудь, где оно и исчезло.
— А спасибо? — спросил Кай.
— Я не просил тебя этого делать, — опустился на мужчину подавляющий взор Магнуса. Несмотря на то что эта была всего лишь Тень, а не настоящий Прародитель Драконов, её мощь всё равно была неописуемой. — Ещё несколько лет, и я сам бы справился с проблемой сложности приближения к ключевым Старшим Рунам. Но всё же, спасибо. Теперь мне не придётся ждать. Вернув сердце, я чувствую, что теперь смогу перебороть созданное У’Шором отталкивание. Насколько я помню, у тебя было ещё несколько частей моего тела. Где они? — потребовал он ответа.
— Не всё так сразу. Предлагаю сначала договориться…
— Договориться? — перебил его Магнус. — Малыш, в этом мире договариваться могут либо равные, либо те, у кого банально не осталось иного выбора. В остальных же случаях сильный попросту берёт то, чего желает. Поэтому отвечай, где ты спрятал остальные Руны? Почему я больше не ощущаю их не только в твоём Хранилище, но и вообще во всей локации?
— Ты обещал, что не тронешь меня или Храм, — напомнил Кай.
— Обещал, — признала Тень. — Но ровно до тех пор, пока ты или твоя организация сами не решите перейти мне дорогу. А сокрытие от меня моих же частей тела никак иначе воспринимать я не могу. Поэтому тебе же лучше самому всё рассказать. Начнёшь упираться, и я сочту это проявлением враждебности, после чего клятва меня уже не будет сдерживать. Ты должен это понимать.
— Ты прав, я догадывался об этом. Но ты ошибаешься, считая, что у тебя есть выбор. Так что мы либо договариваемся, либо ты вообще никогда не получишь оставшиеся у меня Старшие Руны.
— Объяснись, — потребовал Магнус, но, как ни странно, давить или как-то ещё воздействовать на Кая не стал. Тень оставалась всё такой же невозмутимой и спокойной, как и при их первой встрече.
На лице Кая появилась лёгкая улыбка, после чего он произнёс всего лишь одно слово:
— Ангел.
Левый глаз Магнуса, который изначально находился у него и не был запечатан У’Шором, в пассивном состоянии позволял видеть насквозь всё вокруг себя в определённом радиусе. В активном же он давал возможность заглянуть в любое место на очень большом расстоянии, игнорируя при этом любые препятствия и барьеры. Воспользовавшись этим свойством, Тень мгновенно увидела повисший на краю измерения летающий островок, на котором стояло массивное божественное дерево. Массивными цепями к нему был прикован двухметровый белоснежный мужчина с шестью крыльями за спиной. Недалеко от него в воздухе висел один из клонов Кая, удерживая рядом с собой четыре Старшие Руны.
Суверен Храма с самого начала предполагала, что просто так договориться с Магнусом не выйдет, и тот сразу попробует отобрать Старшие Руны. Способ решения этой проблемы ему подсказала главная особенность третьего этапа — подавление техник. Кай ещё тогда понял, что эта сила родственна силе ауры Бесформенных, которая в свою очередь происходит от силы ангела. Другими словами, подавлял техники во время третьего этапа либо он сам, либо что-то связанное с ним (например, то дерево, что впитывает его силы), а не Пагода. Это же, в свою очередь, означало, что ангел не был запечатан в стазисе, как остальные неподходящие для сценария существа. Впрочем, как подозревал Кай, столь могущественное создание в принципе было невозможно там запечатать.
В конечном счёте в момент завершения третьего этапа Кая перенёс в Хранилище не всех двойников. Одного он оставил в локации, притом даже временно заморозив его искусственную душу, чтобы его точно не забрало в стазис, как всяких Призраков и Теней.
План Кая сработал. Пробудившись через некоторое время, когда все участники сценария уже ушли в новую локацию, клон оказался посреди опустевшей местности, вокруг которой Пагода больше не поддерживала непреступный барьер. Двойник спокойно покинул ту область и занялся поисками ангела.
— До недавнего времени остальные Старшие Руны я содержал в отдельном Хранилище, к которому также имел доступ один из моих клонов. Но перед твоим приходом он изъял их оттуда и теперь удерживает прямо над ангелом, — объяснил Кай. — Так что даже если ты сейчас убьёшь меня, чтобы он рассеялся, то Старшие Руны всё равно упадут к ангелу, который уже давно ощутил невообразимую мощь внутри них. Насколько мне известно, ангелы и демоны могут поглотить и переварить практически что угодно, поэтому для его Сердца Ян части твоего тела станут прекрасным топливом. Возможно, даже позволят вырваться на свободу, кто знает? Сомневаюсь, что кто-то, кроме тебя, мог запечатать ангела, но даже ты не рискнул содержать его в этом измерении рядом с Пагодой, а оставил в Беллуме. Получается, он крайне силён. Справишься ли без всех частей тела?
Выдержав небольшую паузу, Кай добавил:
— К слову, крайне не рекомендую пытаться воздействовать на мой разум для манипуляций клоном. В данный момент мой мозг отключен, а весь ментальный слой оболочки души запрограммирован всего лишь на три конкретных действия: прописанный заранее разговор с тобой, непрерывный обмен сообщениями с тем клоном и постоянный самоанализ. И если последняя установка обнаружит хоть малейшее изменение в какой-то из трёх программ, либо активацию каких-то других участков разума, то общение с клоном прервётся, и он бросит Старшие Руны ангелу. Это же произойдёт и в том случае, если перестанет функционировать или будет изменена сама программа отслеживания, поскольку от её работы напрямую зависит работа программы отправки сообщений. В общем, прямо сейчас даже я сам уже ничего изменить не могу, пока наш диалог не придёт к определённому результату. Конечно, можно попытаться просчитать миллионы всех взаимосвязей между программами и одним резким воздействием через мимикрию Воли изменить их так, чтобы ничего не поломалось, но я сильно сомневаюсь, что нынешний ты способен на такое. Да и рискнёшь ли? Я специально создал эту систему настолько хрупкой, чтобы даже у Тени великого Магнуса не появилось желания повлиять на неё. Ведь малейшая ошибка может стоить тебе сразу четырёх Старших Рун. Как ты понимаешь, всё это я объяснил, чтобы максимально повысить шансы на сделку. Сейчас у тебя остаётся только вариант прямого воздействия. Мне сложно судить, насколько быстро ты сможешь преодолеть десятки тысяч километров, что разделяют нас и ангела, но моя связь с клоном всё же должна быть быстрее. Кроме того, если учесть то, что к недавней Руне за сердцем ты пришёл только спустя несколько минут, то могу с большой уверенностью предположить, что барьер вокруг локации всё же замедляет даже тебя. Решение за тобой. Согласишься на сделку или рискнёшь?
— Признаю, ты отлично подготовился, — ответил ничуть не удивлённый Магнус, словно ему и так уже было всё это известно, а сам он ранее лишь притворялся. — Хорошо, я готов выслушать твои требования. Но не жди от меня невозможного.
— У меня всего пять условий: по одному за каждую Старшую Руну. Первое: на Великой Дороге Претендентов победить должна не только первая в рейтинге фракция, но и вторая. Если же это невозможно, то сделай так, чтобы все подданные Империи Вечного Пути стали членами Храма Вечного Пути. Второе: всё имущество Храма и империи будет возвращено, включая мой Умбертольд, дредноуты, Кайзерс Арк, другие города, фабрики, заводы и так далее. Третье: я получу Воплощение Голода. Четвёртое: каждый член Храма и подданный Империи Вечного Пути, включая смертных, получит финальное Право Исхода.