Измена. Не прощу твою ложь (СИ)

Я невольно оборачиваюсь, что за моей спиной могло так ее испугать? Болтливая Эля уже тянет дочь Быстрицких ко мне и радостно возвещает:
- Лена, это Илона, моя очень-очень-очень хорошая подруга, – да уж, по бледному лицу Илоны я вижу, что еще пара «очень» и она, не дойдя до скамейки, грохнется в обморок. – Илона живет в секции «огонь», у них там такой камин! Завтра обязательно сходим посмотреть.
- Здра-а-авствуйте, - нараспев тянет Илона. Да что с ней такое? – А вы тут… Как…
Да уж, сомневаться не приходится. Она меня узнала. Я стараюсь, чтобы мое лицо приняло доброжелательное выражение и с милой улыбкой сообщаю:
- Я случайно, в гости зашла. – И, чтобы поддержать светскую беседу добавляю, - Рада тебя видеть, а как мама себя чувствует?
- С ней все хорошо, спасибо, – ничего не значащая фраза звучит так напряженно, будто бедную девочку в данный момент пытают.
Висит неловкая тишина. Илона какое-то время мнется, а потом неожиданно заявляет:
- Ой, вспомнила… Телефон забыла. Простите, надо идти.
Не попрощавшись с Элей, Илона разворачивается и удаляется с такой скоростью, будто за ней кто-то гонится. Я не жалуюсь на зрение, и отлично вижу, как по пути она достает телефон и начинает кому-то звонить. Что с ней?
Эля недоуменно смотрит на меня.
- Я тут слышала, - заговорщическим шепотом сообщает она, - сейчас период ретроградного Меркурия. Наверное, это оно!
Мне остается только согласно кивнуть, потому что в астрологии я понимаю еще меньше, чем в странностях вчерашних школьниц.
- Ты знакома с семьей Илоны? - интересуется Эля.
- Да, немного пересекались с ее родителями по работе. Я не знала, что они сюда переехали.
- Нет, она живет одна.
Завистливо вздыхаю. Хорошо же быть дочкой богатых родителей. Дмитрий молодец, устроил будущее единственного ребенка. Хотя, у меня ведь тоже девочки, неужели я не купила бы им по квартире в таком доме?
- Вообще-то она очень воспитанная и приятная, и вовсе не странная, – с жаром щебечет Эля, - у нее сейчас сложный период в жизни, не бери в голову...
Меня трогает горячность, с которой она защищает подругу.
- Да, не сомневаюсь в этом. Родители всегда хотят лучшего своим детям, ты станешь мамой – тоже поймешь.
- При чем здесь родители Илоны? – с недоумением смотрит на меня Эля.
- Купили ей хорошее приданое…
- О нет, - Эля машет на меня рукой, - это не родители. Эту квартиру купил ее парень, а не отец.
- Ух! Твоя подруга родилась с золотой ложкой во рту?
- Ох, если бы… - Эля манерно вздыхает. – Там все так сложно, не то что у меня с Исаком Семеновичем. Я хотя бы знаю, что меня ждет. Рожу наследника, получу квартиру и пожизненное содержание, а у Илонушки, типо, все по любви. Но ты же понимаешь… Любовь мужчины - то есть, то нет, а квадратные метры и драгоценности остаются навсегда.
Возведенные к потолку глаза явно указывают на то, что к чувственному активу Эля относится с небольшим энтузиазмом. Интересно, откуда в молодой маме эта философия давно разочаровавшейся в жизни женщины?
- Ничего, поженятся и все у нее будет хорошо, - ну должна же я хоть что-то сказать в ответ на это циничное замечание. Хотя весь мой опыт говорит о том, что с таким утверждением не поспоришь.
- Даже не знаю, как у нее все сложится, - разочаровано тянет Эля, – она прячет его от всех. Думаю, даже родители ее не в курсе. Может там тоже папик, хотя она кажется влюбленной. Только и слышно «мой Марк это, мой Марк то…»
- Что? – таращу глаза в изумлении. – Парня Илоны зовут Марк?
Ничего себе совпадение! У меня точно, паранойя.
- Да, он Марк. Я не видела его ни разу. Но он часто здесь бывает. Илона говорила, что он архитектор.
Эля продолжает болтать, но я не слышу ее. Кровь отливает от лица, я слышу, как гулко колотится сердце.
Это бред, такого не может быть!
Слишком часто я повторяю эту фразу последние несколько дней.
22. Горячее блюдо
Горько всхлипываю, сжавшись в комочек на кровати. Душу разъедает горечь. Что же это такое? Променял меня на молодую и красивую девчонку, на дочку своего партнера. Может быть, если бы это была умная и состоявшаяся женщина, мне было бы не так обидно? Не знаю… Но хотя бы могла оправдать и понять его выбор.
 
Есть малюсенькая надежда, что все происходящее – просто совпадение, но она ничтожна. Проклинаю себя за то, что не послушала Льва. Надо было все делать так, как он говорит. Он же все знал, но скрывал. И это, явно, не случайно!
Вот теперь я все знаю, но что с того? Поджидать Илону в секции «огонь» или где она там живет? И что потом? Стыдить ее, позориться с публичными обвинениями и скандалами? Ну уж нет!
Вернуться домой к Марку и закатить скандал там? Он уйдет, хлопнув дверью, в квартиру к своей подружке. А я останусь с детьми, которым еще придется как-то объяснить все происходящее.
Отчаянно хочется позвонить Льву Александровичу и рассказать обо всем. Да, если взял на себя роль моего ангела-хранителя, пусть помогает! Открываю список контактов и нахожу его телефон. Только перед глазами сразу всплывает сердитое лицо и насупленные брови. В ушах звучит голос: «Я же говорил…», а еще «Елена, я обещал помочь, но вы обещали меня слушаться! Чего вы от меня хотите? Не надо было лезть!»
Не знаю, куда Лев хотел меня отвезти, и что собирался предложить, но точно предполагались не милые посиделки с беременной пустоголовой Элечкой и малолетней любовницей моего мужа. При одной мысли о его нравоучениях по спине бегут мурашки, тем более неприятно это услышать вживую. Хватит с меня на сегодня стрессов. Как-нибудь потом с ним все обсудим.
Проматываю ленту телефонных контактов… Дмитрий Быстрицкий у меня записан, его номер остался с тех времен, как подбирала им картины для нового дома. Может быть нажаловаться? Пусть сам решает, как поступить со своей дочуркой – выпороть, отправить в монастырь или простить. Хочется надеяться на первый или второй вариант, пусть отошлет свою деточку куда подальше, а мы тут сами разберемся.
Да, сейчас позвоню ему, выложу все, как есть... Я не злая, но мне хочется возмездия!
Занесенный над кнопкой вызова палец дрожит. Уже в голове составлена фраза, с которой начну разговор, но отдергиваю руку от телефона, будто он раскален.
Нет, это все не то. Совсем не то! Не хочу выступать в роли жены-истерички. И… Ловлю себя на мысли, что мне хочется увидеть выражение лица Быстрицкого, когда он узнает эту новость. Представив, как перекосится жирное лицо Дмитрия, слегка улыбаюсь. Если бы рядом с ним при этом сидел Марк – было бы еще лучше. Любимую дочку Дмитрий простит, а вот ее женатому любовнику не поздоровится. Я не в силах сейчас постоять за себя сама, пусть кто-нибудь другой сделает это за меня.
Отодвигаю телефон, чтобы избежать соблазна набрать Дмитрия прямо сейчас. Месть – это блюдо, которое подают холодным. И горячиться сейчас не стоит, нужно хорошенько все продумать.
Вдруг вздрагиваю, вспомнив о том, как Илона бежала по коридору, названивая кому-то.
Она явно звонила Марку! И он, скорее всего, уже в курсе, что я не в отпуске. О нет, только не это! Что он подумает? Меньше всего сейчас мне хотелось бы самой оказаться в роли обвиняемой.
Наскоро бросаю свои вещи обратно в чемодан и вызываю такси. Проблемы буду решать по мере поступления, а сейчас мне нужно как можно скорее вернуться домой, придумав качественное обоснование всему происходящему. Еще не хватало оправдываться перед Марком!
Последнее, что я делаю перед тем, как уехать – пишу сообщение Льву, звонить у меня не было сил и желания.
«Я расторгаю наш контракт, разберусь сама. Признательна за помощь и гостеприимство, обязательно выполню свои договоренности. У меня есть три прекрасных картины на примете. Спасибо за все»
***
Захожу, ставлю чемодан и с удовольствием вдыхаю родной запах. До чего же хорошо! Я никого не предупреждала о своем возвращении, но, знаю, что девочки в это время должны быть дома. Слышу топот босых ножек, гулкие удары и визги на втором этаже, где расположены детские спальни. Судя по звукам, там происходит так любимая ими битва подушками. Улыбаюсь - когда я дома, девочки стараются сильно не шалить, а сейчас разошлись не на шутку. На какую-то секунду забываю обо всем, что случилось и превращаюсь в соскучившуюся маму. Я всегда ругалась на них за разорванные наволочки, но только не сейчас.