Академия (СИ)

— Это уже не первый раз и повторится снова. Человеко-драконы славятся своим необычным родством с элементами, — ответила женщина, но её голос был слишком тихим и нечетким.
— Элементы? Что за элементное родство с обугливанием камней? — спросил мужчина.
— Если бы вы больше учились, то знали бы, что есть много видов энергии, которые могут разбить камни подавления. Преподаватель должен быть умнее, чем его ученики, Владимир, — сказала другая женщина.
— Не нужно тут умничать, Голдсмит! Это случайное перевоплощение показывает странно нестабильную форму магии и я хочу, чтобы это исследовали и объяснили! — потребовал Владимир.
Я вспомнил, что это был хозяин дома, который подозрительно смотрел на меня и Грига, когда мы вернулись после приручения Фиби. Учитывая, насколько сильно болело все моё тело, я почувствовал облегчение, что Антонина была рядом и защищала меня от обвинений. Целью моих экспериментов было найти способ использовать свою магию, чтобы я мог защитить этих дураков. Когда я разозлился, боль в моём теле начала утихать, руки сжались в кулаки, я почувствовал желание подняться и дать им всем по зубам. Я услышал тихий хруст, а потом острую боль в ухе.
— Ай! — закричал я от удивления. Моя рука поднялась, и я обнаружил Ангелину, прижавшуюся к моей шее — она только что укусила меня за ухо. Мой гнев улегся. Боль также оставила меня, когда Лина зацокала надо мной.
— Спасибо, Ангелина, я думаю, этот гнев как бы… просачивается, да? — прошептал я, поглаживая белку.
Я услышал её писк и почувствовал, как на меня приземлилась ещё одна тушка. По нежному урчанию я узнал Фиби. Я погладил её по голове и почувствовал, что силы возвращаются ко мне. Осторожно опустил ноги на пол, потом с трудом сел. Голова всё ещё кружилась, но я уже мог оглядеться по сторонам. Я сидел в гостиной Дома Ворона рядом с горящим камином. Повернув голову, увидел, что преподаватели вышли из гостиной и стояли на лестнице. Я заметил чайник с чаем и понюхал его, обрадовавшись, что это не тот ужасный маринад, который Элла Суворова пыталась мне втюхать. Чай пах мятой, и я налил себе чашку. На подносе лежали лимонные батончики, которые я очень любил. От их запаха я почувствовал прилив энергии, а чай успокоил голову. Я вздохнул с облегчением и посмотрел на своих спутников.
— Эй, девчонки, насколько я влип? — тихо спросил их. Фиби помахивала хвостом и крыльями. Ей, видимо, всё это казалось смешным. Ангелина запищала и замахала лапками и скользнула по моей руке, чтобы забрать свой лимонный батончик. Она перестала щебетать только потому, что у неё был полный рот сладостей. Я закатил глаза.
— Ну что ж, хорошо, — я поднял руку и поправил очки средним пальцем и посмотрел на дверь гостиной, ожидая, когда преподаватели вернутся и начнут ругаться. Я больше не слышал их голосов за дверью, и не знал, ушли ли они или просто ждали. Я допил чай и съел батончик, а потом встал и пошел в свою комнату. Мне не хотелось сидеть здесь, как в кабинете школьного директора. Мой форменный пиджак висел в шкафу, а сумка лежала на столе, и Ангелина с Фиби уже заняли свои места в её карманах. Я положил им туда мягкие кожаные подстилки, чтобы они могли устроиться там как в гнёздах. Я достал пакетики с едой и поставил их на стол. Мои зверюшки были довольны, когда я насыпал им в мисочки еду и поставил в карманы. Фиби заурчала и принялась жадно жевать мясо, собираясь полностью опустошить миску. Лина не спешила. Она рассортировала орехи, чтобы потом съесть их по настроению, вымыла лапки и приступила к еде.
Не успел я сесть, как в дверь постучали. Я открыл её и увидел Антонину. Она пристально посмотрела в глаза, положила руки мне на грудь и сделала несколько шагов вперёд, заходя в комнату. Я рефлекторно взял её за талию и притянул к себе. Её дыхание обожгло мне щёку…
  
Глава 17
 
— Это всё ещё моя комната, — ошалело прошептал я. На внутренней стороне моих очков блеснул, отразившись в линзах красный отсвет, и я впервые осознал, что мои глаза ярко горят.
 
Вместо того, чтобы испугаться, Антонина глубоко вздохнула и прикусила нижнюю губу. Именно тогда я и заметил, что её рубашка была расстегнута до пояса, тёмная кожа выглядела намасленной и сияла в тусклом свете комнаты. На ней был бюстгальтер кремового цвета, кружевной и почти прозрачный. Расстегнутая рубашка позволяла любоваться её декольте во всей красе. Я нахмурился, такое поведение отличалось от её обычного флирта.
— Иван, я просила тебя звать меня Антонина, — прошептала она.
— Да, но вы никогда раньше не пробирались в мою комнату в полурасстегнутой рубашке. Не то чтобы мне не нравился этот вид, но я хотел бы иметь представление о том, что происходит… — сказал я, впустив её в комнату и опуская руки.
Антонина щёлкнула замком, закрывая дверь, а затем зажгла чары, которые гарантировали нам уединение. Как только это было сделано, она посмотрела на меня так, словно я был её обедом и облизнула губы. Её глаза были полузакрыты.
— Иван, я не до конца уверена, но думаю, возможно, ты что-то большее, чем просто человеко-дракон, — начала она, подняв руку и пресекая мои вопросы.
— Существует тип реинкарнации, который сливает несколько видов в одну сущность. Она имеет скрытые магические способности и силы, которые действуют иначе, чем обычно. Это происходит при реинкарнации из миров, где магии почти нет. Именно поэтому была создана Сеть Реинкарнации чтобы предотвратить их появление.
Я снял очки, взял платок, чтобы протереть линзы, и прищурился, внимательно рассматривая Антонину и пытаясь понять, что она хочет сказать этим разговором о Реинкарнационной Сети.
— Я не буду каким-то великим героем или кем-то в этом роде, — сказал я наконец, надевая очки и смотря ей в глаза. Она взволнованно дышала и, казалось, вот-вот выпрыгнет из рубашки, сжимая обе мои руки. Затем она положила их на свои мягкие, теплые груди и посмотрела на меня со страстью.
— Нет, Иван, тебе суждено стать Повелителем Демонов! — торжественно объявила она.
— Что это значит? — спросил я, гордясь собой, что не позволил грудям Антонины сильно отвлечь меня. — Что вы имеете в виду, говоря, что я собираюсь стать демоном?
Она покачала головой. Её выражение лица всё ещё выглядело странно, а серые глаза смотрели на меня с обожанием.
— Это не совсем так. Повелитель Демонов не обязательно демон. Древние ученые считали, что сила Повелителей Демонов исходит из их темных эмоций. Гнев, похоть, жадность — они не злые, такими они созданы. Многие пошли по темному пути, когда сила подчинила их, — поспешно объяснила она.
— Когда вы говорите «многие»… — начал я спрашивать. Она моргнула, слегка нахмурившись.
— Хорошо…большинство. Но так не должно быть! Если мы сможем найти способ использовать твою силу, ты сможешь стать одним из сильнейших магов, когда-либо окончивших Академию! — продолжила она торопливо. — У меня есть идея, как использовать свою силу.
Прежде, чем я успел ответить, она повела плечами, и её рубашка соскользнула со спины, повиснув на локтях. Тело оголилось, обнажив полную грудь, скрытую кружевным бюстгальтером. Я разглядел тёмные соски сквозь ткань и не мог сдержать приступ желания. Я сразу же понял, в чем тут дело.
— Вы пытаетесь соблазнить меня, чтобы я мог проявить свою силу? — спросил я, сдвинув брови. Её ликующее выражение лица сказало мне больше, чем могли бы слова, и я отступил назад.
— Прости, ты такая сексуальная и притягательная, мне безумно хочется взять тебя здесь и сейчас. Антонина, ты действительно великолепна… но я не хочу быть твоим подопытным кроликом и участвовать в научном эксперименте. Если ты захочешь вернуться в другое время, то моя дверь для тебя всегда открыта…
Пока я говорил, мой голос похолодел, гнев заставил красную энергию загореться в глазах. Однако вместо того, чтобы испугаться, Антонина выглядела заинтересованной. После того, как я отдернул свои ладони, она подняла руку и спустила бретельки бюстгальтера вниз, освобождая грудь. Её фигура была великолепна, а рубашка, свисающая на локтях, только усиливала привлекательность.