Не оглядываясь назад (СИ)

— Не пру, а иду к своей невесте.
— Стой где стоишь, жених, — прервал Александра солдат. — Разворачивай свою колымагу и дуй обратно. Приёмный день женихов по четвергам.
Бер по глазам увидел, что его всё-таки узнали и, тем не менее, позволяют себя вести странно вызывающе. В груди зародилась злость, сфера среагировала на эмоциональное состояние своего хозяина. В теле моментально почувствовалась легкость, усталость будто смыло под освежающим холодным душем. Охранники только на секунду замешкались, отметив произошедшие изменения в облике Александра. Наверняка снова засветились глаза. Этого секундного замешательства вполне хватило, чтобы достаточно уверенно нейтрализовать генеральских бойцов. Церемониться с ними не было никакого желания. Бер попросту телекинезом повалил охранников на землю и придавил силой так, что люди застонали. Он медленно подошёл к ним и процедил сквозь зубы:
— Ты плохо считаешь. Сегодня как раз четверг. Хочешь поспорить?
— Не-е-т, — сдавленно прохрипел молодой.
— Так какой сегодня день недели? — Александр ещё сильнее вдавил охранника в старый потрескавшиеся асфальт.
— Четве-ерх… — уже со стоном боли процедил сквозь зубы охранник.
— Вот видишь, как все просто оказывается. В общем, так хлопцы… Слушайте меня внимательно. Генерал погиб, как и некоторые другие офицеры. Вы наверняка слышали грохот. Возле штаба произошел бой с дробышевцами. Дернетесь, размажу здесь же тонким-тонким слоем. Достаточно внятно и понятно сказал?
— Да. Всё предельно ясно, Александр Сергеевич, — ответил старший по возрасту.
— Так всё-таки узнали, — констатировал Бер. — Какого тогда ляда устроили здесь цирк?
— Приказ генерала никого не пускать. Вообще никого, даже вас.
— Ясно, — сказал Бер. Хотя ему не было понятно ровным счетом ничего. С какого перепугу Быстрицкий переменил свое отношение к нему? Теперь-то значение это не имело особого, однако позже всё равно стоит прояснить данный момент. Какая-то же птичка напела, раз он принял такое решение. И вот этой птичке желательно открутить голову, дабы остальным уроком послужило.
— Сколько охранников внутри?
— Трое и домработница, — ответил всё тот же старший.
— Сейчас вас отпущу, надеюсь, урок пошел на пользу и никаких враждебных действий с вашей стороны не последует. Без обид мужики. После боя у меня нервы на пределе. А когда я психую, мои враги зачастую умирают. Доступно объяснил?
— Более чем, — прохрипел теперь уже младший.
Глава клана отступил на пару шагов назад, чтобы контролировать ситуацию лучше и отпустил обнаглевших бойцов. Те поднялись с земли. Вид они имели изрядно пришибленный.
— Вы случаем не братья?
— Братья, — ответил младший.
— Таки и думал. Открывайте, заеду внутрь, — потребовал Александр.
Старший подбежал к воротам и скрылся за калиткой. Послышалась возня внизу ворот, после чего массивные створки чуть распахнулись, охранник схватился рукой за край и открыл сначала одну половину ворот, а затем вторую. Бер вернулся на место водителя, завел двигатель и завел машину на территорию. Створки за микроавтобусом закрылись, но он уже не обращал на действия охранников внимания. Его охватил мандраж перед тяжелым разговором. Александр поднялся на террасу и постучал в закрытую дверь. Он чувствовал внутри на стуле сидит третий охранник, который заслышав стук, поднялся и направился ко входу.
— Мужики, вы? Пароль, — явно дурачась, спросили за дверью.
— Паша, открой, — потребовал старший охранник, подошедший к Александру.
Дверь в дом тут же распахнулась.
— Это кто? — удивился Паша при виде Бера.
— Конь в пальто, — буркнул Александр и безапелляционно левой рукой отодвинул преградившего путь охранника.
— Где Даша? — потребовал ответа глава клана, краем глаза отметив, как старший брат показывает жестами Павлу не препятствовать.
— В кабинете своего отца. Вроде бы книгу читает, — ответил Паша.
— Продолжайте нести службу, — приказным тоном сказал Бер.
— А что случилось в городе? — насторожился Павел.
— Вроде как генерал погиб, — зашептал старший охранник, чтобы никто не услышал.
 
Паша так же шёпотом, не сдержавшись выматерился.
Александр пересёк холл, пару раз стукнул по темному дереву двери в кабинет и, не дожидаясь ответа, вошёл. Дарья сидела на кожаном диване, забравшись на него с ногами, и действительно читала книгу. Она уже собралась возмутиться вторжению, но увидев, кто появился на пороге, с коротким визгом вскочила и бросилась на шею Александру, выцеловывая небритые щёки. Не удержавшись Бер крепко обнял девушку. Даша, заметив что Александр грязный и явно подавленный слегка отстранилась:
— Что случилось? Мы слышали выстрелы и грохот, а в окно виднелся смерч. Так жутко стало…
Бер тяжело, протяжно выдохнул, глядя девушке в глаза. Очень хотелось отвести взгляд, но он усилием воли не стал этого делать. Дарья побледнела, будто уже до первых сказанных слов всё поняла.
— Прости, моя родная. Мы не успели ничего предпринять. Твоего папу убили люди барона.
Дарья отстранилась дальше, спрятала лицо в ладони и зарыдала. Александр притянул ее к себе, подвёл к дивану и усадил буквально насильно, крепко приобняв. В голове роились мысли, что нужно сказать нечто в утешение. Однако ничего не получалось вымолвить, нужные слова не находились. Лишь только гладил по плечу, уткнувшись губами девушке в висок.
* * *
Захват власти прошёл стремительно и без кровопролития. Никифоров будто давно готовился к такому развитию событий. Бер пока спрашивать не стал, хотя зная Вячеслава, не удивился бы, что так оно и есть. Не последнюю скрипку в деле объединения общин сыграли полковники Талалаев и Токарев. Оба за последний год приобрели огромное влияние в окружении Быстрицкого. Первый командовал самой боеспособной частью, второй в настоящий момент руководил всей войсковой операцией против ишхидов и, по сути, являлся советником и заместителем генерала по военным вопросам.
Конечно, дойди дело до разборок в общине вэвэшников, вряд ли бы полковник Токарев занял место патрона. По сведениям Никифорова власть скорее захватит новый адъютант Быстрицкого майор Серебряков. Тот ещё жук — любитель интриг и власти. Клановцам несказанно повезло, что адъютант погиб придавленный балкой сорванной бушевавшим смерчем. Так что люди барона пусть и сумели ликвидировать генерала, но вместе с тем облегчили работу Никифорову и Беру.
Около ста пятидесяти бойцов клана и два десятка гноллов, при непосредственном участии до роты верных полковникам бойцов заняли все жизненно важные объекты в районе, контролируемом непосредственно вэвэшниками: склады, мастерские, административные здания, водозаборную станцию, казармы и ключевые КПП. В итоге к вечеру можно было констатировать, что две самые крупные общины Зареченска объединились. Естественно проблемы в ближайшем будущем обязательно возникнут. Не всем такое объединение придется по душе. Но как сказал Никифоров: «На войне за выживание людей как вида со всякими несогласными нужно расправляться, не оглядываясь на отсутствующие женевские конвенции». Фраза Вячеслава чем-то напомнила Беру высказывание римского полководца: «Отчаянные времена требуют отчаянных мер». Столь беспринципный подход не был особо по нраву Александру, но он понимал — без проявления жесткости им не справиться.
Уже поздно ночью уставший Бер отправился к дому генерала, где его ждала не только Дарья, но и Ксения со своим мужем Юрой Маховым. Он попросил их приехать и побыть с девушкой. Не хотел оставлять Дашу одну в трудный период ее жизни. Не абы какая замена собственному присутствию, но лучше с его родственниками, чем останется наедине с тягостными мыслями и будет чувствовать себя брошенной.
 
Ворота открыли те же братья, которых недавно пришлось поставить на место. Менять охрану Александр не стал. Решил, что раз генерал доверил этой пятерке бойцов жизнь и здоровье своей дочери, то на них вполне можно положиться. Бер добавил к охране двоих солдат из клана, на всякий случай. И это не считая вооруженного мужа Ксении, ставшим за последний год неплохим солдатом. Махов заматерел, наработал опыт и оброс мышцами. Сестра пыталась как-то уговорить Александра по-родственному продвинуть мужа по службе, только Бер не согласился. Не хотел кривотолков. Пусть Юрий сначала проявит себя, тогда ни у кого не возникнет сомнений в его профпригодности, как будущего командира. И хоть Ксения на Александра надулась за отказ, сам Юра воспринял позицию главы клана вполне нормально и с пониманием, за что Бер ему оставался благодарен.