Вредная. Запретная. Моя (СИ)
— Мне не нравится публичность, — кивнул мой любимый. — В клинике, где меня лечили, мама познакомилась с моим будущим отчимом. Вот мы и остались с ней в Женеве. У Мишеля был совместный бизнес с родственниками, долгая история, в общем. Да наверное, тебе и не очень интересно.
— Ну почему же! Еще как интересно! Только не могу поверить, чтобы человек, который может себе позволить все, жил там, где ты жил, и одевался так… Леш, я не хочу тебя обидеть! Честно! Я — дура, да?
Я смотрела в его спокойное лицо, а у самой к глазам слезы подступали.
— Главное, что ты рядом. А деньги… Саш, это не самоцель, я тебе уже говорил. И у моего покойного отчима, и у меня не такое отношение к деньгам, к какому ты привыкла. Для меня деньги дают свободу, выбор чем заниматься, дают решать важные задачи бизнеса, помогать людям, которым не повезло в жизни… У меня нет огромных особняков и парка частных самолетов… Но ты никогда ни в чем не будешь нуждаться, это я тебе обещаю.
Я хотела ему сказать, что мне даром не нужны его деньги, и вообще я влюбилась в простого рязанского стажера в растянутом свитере и с мешками под глазами от вечного недосыпа, но вместо этого ляпнула совсем другое:
— Ну ты еще не знаешь моих нужд! Вот вынесу весь ЦУМ, давно там не была, кстати…
— Даже если ты вынесешь весь ЦУМ, а вместе с ним и ГУМ, я не разорюсь, Саш.
— Даже так?
— Разочарована? — Леша громко засмеялся. — Скучаешь по скромному стажеру из Рязани?
Я вскочила с лавки: ну невозможно же с ним спокойно сидеть, когда такое говорит!
— Да я тебя толком не знаю! Настоящего тебя! Понимаешь? И да, со скромным стажером было топово. Я не знаю, что дальше, Леш!
Ну вот, наконец, озвучила свой главный страх.
— Дальше мы будем вместе, — серьезно и без улыбки ответил Смирнофф. — Все просто.
Я чуть не подпрыгнула на скамейке. Просто у него!
— Леша! — Я щелкнула пальцами перед его лицом. — Леша! А про Даниэллу ты мне не хочешь ничего рассказать? Это же и есть твоя невеста, которую мать тебе нашла?
— Нет у меня никакой невесты, но да, мы когда-то были с ней вместе. Но я никогда не хотел жениться. Поэтому я уехал, взял паузу в наших отношениях. А потом я встретил тебя.
Меня словно ледяной водой окатило.
— В смысле — не хотел жениться? На этой болонке не хотел или в принципе?
— В принципе. — Леша смотрел мне в глаза, и я понимала, что он не шутит. Ведь это уже было совсем не смешно. — Саш, я не семейный человек, никогда им не был, что очень печалит маму.
Да не только маму!
— Значит, ты не врал о том, что сбежал в Москву, когда она хотела тебя женить?
Внутри накапливалось разочарование. Есть такие мужчины, которые скорее застрелятся, чем в загс пойдут и возьмут на себя обязательства. Только вот не думала, что мой Леша из этих козлов.
— Так и было, — кивнул он, явно не догадываясь о том, как сильно расстраивает меня своими признаниями. — Когда мы решили присмотреться к логистическому бизнесу в Москве, я нашел Леху Смирнова. Мы с ним учились вместе в параллельных классах и были полными тезками. Да и внешне были похожи. Он согласился мне помочь, но буквально за неделю до переезда в Москву сломал ногу, так что пришлось немного изменить план. Ну а дальше ты сама уже все знаешь.
— А дальше-то что? — Я вернулась в беседку и села рядом с Лешей. Наверное, никогда не пойму, как можно быть таким спокойным. Именно спокойным, не равнодушным. — Леш, дальше что? Окей, ты говоришь сначала, что мы вместе и все просто, а потом говоришь, что тебе не нужны серьезные отношения, и ты от них сбежал… Чего-то не сходится!
Я не сводила глаз с расслабленного лица Леши.
— Саш, я люблю тебя. И я знаю, что ты тоже меня любишь, но из вредности этого не признаешь. Я не уверен, что из меня получится хороший муж, но со временем мы можем попробовать.
Пф-ф! Он мне что, тут одолжение делает?!
— Посмотрим на твое поведение. Я, знаешь ли, не горю желанием снова искать свадебное платье! Так ты уедешь?
Голос у меня предательски дрогнул. Теперь мы с ним принадлежим разным мирам. Чтобы хотя бы один билет в Женеву купить, мне четверть зарплаты придется отдать. Как все теперь перевернулась. И мамашка эта его безумная точно никуда не денется.
— Саш, я взял отпуск. На полгода отойду от всех дел, надо прийти в себя, да и вообще…
— Что вообще?
— Мы можем здесь остаться, если хочешь. — Леша потянулся ко мне и мягко коснулся губ. — А можем, когда я выздоровею, отправиться путешествовать, посмотреть мир, лучше узнать друг друга. Хотя куда уж лучше…
— Шутки у тебя! — Я несильно ударила Лешу по колену. И все же его слова меня немного успокоили. По крайней мере, он говорит о нашем будущем. И ему действительно плевать на проклятие.
— Я серьезно, Саш. — Леша ласково погладил меня по руке. — Только ты и я. Побудем наконец вдвоем. Без твоего сумасшедшего бывшего, без твоего папы…
— И без твоей мамы и какой-то левой Даниэллы! Леш, я сразу скажу: я бред твоей матери терпеть не стану, я сразу…
— Тш-ш. — Он положил палец на мои губы, заставив замолчать. — Не ругайся раньше времени. Мама моя тебя не побеспокоит. Думаешь, я не знаю, какая она? Но идеальных людей не существует, сама знаешь. Давай лучше подумаем, что ты действительно хочешь в жизни, помимо выноса всего ЦУМа…
Эпилог
Год спустя
— Ну почему ты не хочешь подписать брачный договор, Алекс?! Это же единственный шанс уберечь себя от этой… Просто поставь подпись, сынок!
— Мам, успокойся, пожалуйста! Мы с Сашей обо всем договорились.
— Как я могу быть спокойной?! Ты женишься! Женишься на этой! Я… я не приду… Боже, Алекс…
Ульяна на цыпочках подошла к двери и поплотнее закрыла ее, потом подумала и повернула ключ в замке. Два раза.
— Страшная женщина. Я ее боюсь. Как ты с ней вообще?..
— Да никак. — Я смотрела на себя в зеркало и любовалась. — Леша делает все, чтобы мы реже встречались. Но свадьба — это другое. Не мог же он не позвать свою мать! Хотя… я вот... вот уверена, она обязательно что-то выкинет!
Улька молча присела рядом и обняла меня за плечи. Люблю эту дуреху. Только на третьем десятке я узнала, что такое настоящая женская дружба. Нужно было просто дождаться своего человека. Так же как и с Лешей.
Собственно, она — моя единственная подружка на свадьбе! Никогда не думала, что ограничусь одной, наоборот, мне казалось: чем больше подружек, тем лучше. Господи, какой же я была дурой!
— Алевтина Алексеевна меня пугает. — Улька со страхом глядела на дверь, за которой слышались вопли. — Вообще не представляю, что будет, когда вы станете семьей!
— Да ничего не будет. — Я зевнула и прислушалась: визги за дверью стихли — видимо, Леша все-таки унял свою мамашку. — Ничего не будет, Уль. Я не собираюсь общаться с этой сумасшедшей. Я за год ее видела всего раза три. Но чем громче она орет, тем спокойнее я становлюсь.
— Это как?
Я лениво потянулась и, встав с кровати, пошла в гардеробную. Здесь царил полнейший бардак, но платье, мое самое прекрасное и настоящее свадебное платье висело в центре комнаты в целости и сохранности. Под ложечкой засосало от нетерпения. Сегодня.
Через три часа я перестану быть Александрой Дашевской и стану Смирновой с двумя «ф» на конце. Я выхожу замуж! Замуж!
— Саш, Саша? Ты чего замерла? Страшно, да?
Улька второй день за мной ходит как приклеенная, все боится, что я что-нибудь натворю. Да я что могла, уже натворила.
— Да нормально все. Правда. Если Алевтина закатит истерику на фуршете, ее проблемы. Да и не посмеет так позориться, а в загс мы поедем одни, сама знаешь.
— Ты ее совсем не боишься?
— Единственное, чего я боюсь, что стану такой же, как она, больной на всю голову старой бабой! — огрызнулась я. — Уль, ее когда заносит, я прям себя вижу в своем худшем состоянии. Так что… так что и от Алевтины бывает толк.
В дверь тихонько постучали. Аккуратно так, что я не сразу услышала, а вот Ульяна встрепенулась и пошла открывать.