Вредная. Запретная. Моя (СИ)

— Вы знали Кристину? — Оказалось, я еще могла удивляться. — Так это вы ее…
— Борис попросил найти вам кого-нибудь толкового и не слишком старого, чтобы вам было интересно общаться. — Замша кивнула. — Кристина жила этажом ниже, мы общались. Ну а дальше вы и сами знаете.
— Охренеть! — выдохнула я. — Получается… А… а ребенок?
Замша вздрогнула и впервые за весь наш разговор отвела от меня взгляд. Отвернулась.
— Я его потеряла, когда Борис меня бросил ради Кристины. Скорее всего, я не смогу больше сама родить.
— Мне жаль, — вырвалось у меня. — Мне правда очень жаль, Лидия! Я не знала.
Она повернулась ко мне, в глазах ее читалась все та же усталость.
— Не нужно меня жалеть, я в этом не нуждаюсь. И потом… я нашла себя. — Замша обвела взглядом кабинет, улыбнулась своим мыслям и добавила: — Зато у вас скоро появится брат или сестра, насколько мне известно.
Лидия пытливо смотрела на меня, явно ожидая ответа.
— Если верить Криське, то да, но я, к счастью, со свечкой там не стояла, и чей это ребенок…
Не договорила, потому что заметила реакцию Лидии — ее как будто ударили. Она согнулась, рукой оперлась на стол и глубоко вдохнула. Я чуть было не бросилась к ней, но замша выставила руку вперед:
— Все нормально, две ночи совсем не спала. Ладно, это все неважно. Разговор окончен. Идите и займитесь делом. Потому что никто в этой жизни не позаботится о вас лучше, чем вы сами. Рассчитывайте всегда только на себя. Надеюсь, вы это уже сами поняли.
Глава 43
Выйдя от замши, я в первую очередь позвонила папе. Пока слушала длинные гудки, все еще переваривала слова Лидии. Я была от нее в не меньшем шоке, чем от моего лжестажера. Что вообще вокруг происходит-то?!
— Что случилось, Саша? Деньги кончились или ты одумалась и бросила своего нищего задрота?
На заднем фоне я слышала заливистый женский смех и мелодичную итальянскую речь. На мгновение мне захотелось оказаться рядом с ним, там, на Сардинии, где нет никаких проблем, а есть только солнце, море, вкусная еда и вечеринки.
— Пап, это правда, что Лидия Болотина была твоей многолетней любовницей? — выпалила я, понимая, что сейчас грянет взрыв. Характерами мы с папой похожи — он тоже не любит себя контролировать. Так и произошло.
— Не твое дело, Саша! Тебя вообще это не касается, поняла?! Куда ты лезешь? Что у меня было с Лидой — мое дело! Или это она тебе наплела чего-то? Все угомониться не может, дура… Я ей квартиру купил, а она…
— Понятно, пап, — быстро перебила я отца. — Значит, это правда.
— Не суй нос в мои дела, Саша. С Лидой я поговорю, раз язык держать не умеет за зубами. Ты вообще когда собираешься голову включать, а?
— У меня все хорошо с головой, — сквозь зубы процедила я. — Только я без жилья осталась. Бомжиха у тебя дочь, папа! Ты меня даже из нашего дома выписать сумел в никуда!
Повисла тишина в трубке.
— Вообще, Саша, женщины испокон веков уходили в дом к своим мужчинам. Найди себе наконец нормального мужа. Ну а если не можешь, ладно, приезжай ко мне. Я пока в Россию не вернусь, сама понимаешь.
— Спасибо, пап! — Я еле удержалась от злой усмешки, опять ведь разорется, я его знаю. — Сама как-нибудь разберусь.
Отключившись, я начала тупо перебирать документы, разбросанную канцелярку, решив навести на столе идеальный порядок. Права замша: никто лучше меня обо мне не позаботится. А если кто и позаботится, то обязательно потребует чего-то взамен, как папа. Или сходит на сторону, как Артур. Или наврет, как Леша. Я до боли прикусила губу: хватит себя жалеть, Саша. Ты — не жертва, даже если тебя предали все кому не лень!
— Ого! Решила разобрать стол? Здорово!
Рядом с моим рабочим местом снова появилась Заленская. И, как всегда, была беспричинно весела и довольна жизнью.
— Охренеть как здорово! — Я глянула на почти полную корзину для мусора. — Здесь столько всякой фигни собралось, половина вообще не мое вроде…
— Знаешь. — Реджи подтянула к себе свободный стул и села. — Знаешь, однажды Сократ шел по рынку…
— Кто шел? — Я демонстративно зевнула. Когда Заленская начинает умничать, хочется ее чем-нибудь огреть. Да, она намного лучше меня училась, но на фига это показывать?!
 
— Был такой греческий философ. Короче, Саш, шел он как-то по рынку, смотрел на все это изобилие на прилавках и воскликнул: «Это сколько же товаров на свете, без которых я могу обойтись!» Вспомнила его фразу, когда увидела, как ты разбираешь свой стол…
— Дурак твой Сократ. — Я отправила в мусорку упаковку из-под степлера и непишущие ручки. — Хотя знаешь, я пока так до сих пор не дошла до склада, куда папа мои вещи скинул, не особо и надо, получается. Обхожусь тем, что есть.
— Жаль, с людьми не так просто, как с вещами, — вздохнула Заленская, разглаживая складку на своей юбке. — Я к тому, что без людей сложнее обойтись, чем без нового платья, например.
Регина так выразительно на меня посмотрела, что я сразу поняла ее намек.
— Если ты опять про Лешу, то я не готова пока принять тот цирк, что он мне тут устроил! Нищий стажер, ага! Как подумаю о нем, так порвать его хочется в клочья. Ненавижу, когда из меня делают дуру!
— А по-моему, уже поздновато самолюбие свое показывать обиженное. Я не знаю, в чем именно он виноват перед тобой, но Смирнов запросил обратно перевод в Рязань!
— Чего?!
Регина сочувственно развела руками, взбесив меня еще больше.
— Не знаю твоих планов, но, говорят, Рязань — красивый город!
Едва Заленская отошла от моего стола, как я набрала Леше, внутренне запретив себе орать. Я же спокойная и вежливая женщина.
— Ну и в какую Рязань ты намылился?! — спросила я, едва услышав его: «Привет, Сашуля!» — Почему я вообще об этом узнаю от Реджи?! Решил свалить втихаря?
Меня распирало от обиды и возмущения, а еще от страха, что он и правда уедет. Не в Рязань, конечно, а куда-то подальше.
— Я так рад, что ты позвонила. Девочка моя, ну куда я без тебя уеду? — В приятном баритоне появились доселе незнакомые собственнические нотки. Я пока не знала, как к этому относиться. — Давай уже сядем как взрослые люди и поговорим. Без обиняков.
— Это как? Ты мне все расскажешь и покаешься, что врал? А я должна буду гордо наблюдать, как ты вымаливаешь у меня прощение?
— В целом неплохой план, — ухмыльнулся Леша. — Я сейчас за городом, надо дела доделать, а потом сразу к тебе, хорошо? В офис уже не поеду.
— У тебя встретимся, — решила я. — Хочу на продавленном диване узнать, откуда у тебя миллионы, если раньше не соврал, конечно.
— Не соврал.
Я со вздохом сбросила вызов. Вот это денек! Сначала откровения замши — я до сих пор их не до конца переварила, — потом папа, которому явно хорошо без меня и моих проблем. Ну и вишенка на торте… Я бы даже сказала, большой такой арбуз, который этот торт вот-вот раздавит. Нервно рассмеялась и продолжила разбирать стол, а заодно и ящики.
Меня полностью устраивал нищий, спокойный и благоразумный стажер из Рязани. Я поняла важную вещь: нет ничего смертельного в том, что человек меняет образ жизни. Да и цену своему прошлому я теперь знала. И не готова была ее платить, чтобы все вернуть как было. По крайней мере пока.
Никакие деньги просто так не даются, не падают с небес. Я за папину роскошь чуть жизнь не отдала. Так что да, меня безумно напрягало, что у Леши есть деньги. И, возможно, очень большие деньги. И что это будет какой-то совсем незнакомый мне Алекс.
Глава 44
Особо успокоиться не получилось, поэтому я выехала пораньше. Рядом с Лешиным домом располагается парк, погуляю, мысли в порядок приведу, ну или поболтаю с бабками-сплетницами у подъезда. Все-таки однажды они мне здорово помогли.
На лавочках сидели шесть бабок. Трех я точно раньше видела, хотела сначала пройти мимо и свернуть к парку, но внимание привлек большой серебристый «Аурус». Не такая уж частая машинка даже в центре, не говоря о той жопе мира, где проживал мой врун.