Варяг. Мечи франков (СИ)

К сожалению, в морском походе пострелять можно только по пролетающим птичкам, а этого ни один стрелок, пребывающий в здравом уме, делать не станет. Не из любви к фауне, а потому что стрела денег стоит. Значит, только при высадке на берег, а на берегу и без стрельбы дел хватает. Потому надо наверстывать, пока есть возможность. Сергей еще по опыту прошлой жизни знал: без постоянной практики и меткость, и скорострельность падают. Не радикально, процентов на десять максимум. Но поединок стрелков — тот же хольмганг. А там полсекунды опережения — и меч противника первым дотянулся до предплечья. А это минус пара мышц и следовательно минус меч, который без них не удержать… Ну и все. Полсекунды.
Так что Сергей принял еще один букет поздравлений, встал на позицию и старательно опустошал колчан за колчаном под чутким руководством хузарина. И он, и еще три десятка дружинников, большая часть которых — набранный прошлой осенью молодняк. Причем не только тренировался сам, но и личным примером демонстрировал: не обязательно быть хузарином, чтобы прилично управляться с луком. Уже сейчас Сергей вполне уверенно клал три из трех в мешок, подвешенный на дистанции двухсот шагов. Неплохой результат. И есть куда расти. Машег, к примеру, на той же дистанции укладывает три стрелы в пятно вершкового диаметра, отправив все три в полет в течение секунды. А это значит, что через три-четыре секунды в тушке врага вырастут три «цветочка». А лишние секунды — это потому, что стреляет Машег не на двести, а на триста шагов. Правда, и стрелы у него для такой стрельбы свои, собранные любовно, выверенные не хуже лезвия франкского меча.
Тяжелая работа — стрелять из лука. Потруднее, чем копье метать. Но в бою труднее будет. Сейчас хоть передохнуть между сериями можно, пока помощники стрелы собирают.
Ну и смена нагрузок. Постреляли, поработали с перестроениями, поиграли в национальную скандинавскую игру «поймай копье товарища», снова постреляли…
А у Сергея еще и индивидуальная программа: секретный физкультурный комплекс имени Избора. Но его лучше в более уединенном месте отрабатывать. Понятно, что без мастерского контроля его не освоить, но тем не менее…
Когда часа через четыре чистый после купания, приятно уставший и очень голодный Сергей явился в дом орхусовского ярла, внимания на него не обратили.
Вчерашний пир плавно перетек в сегодняшний. Нурманы Сергея тоже были здесь. Причем не только Дёрруд и Грейп Гримисон, но и не допущенные вчера к ярлову столу Трани с Ярпи.
А еще Милош. Этот, впрочем, сидел не с нурманами, а на той части стола, где разместились Рёрех с Прастеном.
А вот Сергей к своим не подсел. Пристроился рядом с полузнакомым свеем, хольдом из хирда будущего союзника. Бьёрна-конунга. Свей тоже носил гордое имя Гейр, как и недавний знакомец Сергея, но прозвище у него было другое. Седое Перо. Надо полагать, за сизую прядку на затылке. Свей этот тоже присутствовал сегодня утром на хольмганге и был среди тех, кто не поленился подойти и поздравить Сергея с победой. Так что сейчас Седое Перо охотно потеснился, вернее, потеснил соседей, освободив место для Сергея, и, пока Сергей утолял голод, свейский хольд делился с ним информацией о своем спесивом начальнике.
И уже после первого литра пива Сергей должен был признать: не так уж тот и спесив, Бьёрн-конунг. Имеет право. Когда за твоей спиной почти полсотни кораблей и две с половиной тысячи хирдманов, а сам ты считаешься ни много ни мало, а конунгом Швеции, это называется не важничать, а вести себя с достоинством.
А теперь вопрос: почему король шведский вместо того, чтобы управлять своим королевством, пьет сейчас пиво орхусовского ярла?
Ответ: а потому, что у Бьёрна-конунга комплекс — жажда личной славы. Он ведь не завоевал свое королевство, как это принято у порядочных нурманов, а получил в наследство от папы Эрика. А папа Эрик унаследовал его от своего папы — тоже Бьёрна, который тоже нельзя сказать, что отличался повышенной доблестью. Вот сосед у них, конунг норегов Харальд Прекрасноволосый, а в прошлом Косматый, тот да, могуч и славен. И Бьёрн-внук тоже хочет прослыть великим. И чужого добра тоже хочет. Да побольше. Как дедушка. И это не прихоть, а необходимость, потому что далеко не все подданные, а подданные у него, естественно, суровые нурманы, далеко не все они считают, что Бьёрн-внук — лучшая кандидатура на королевское место. И многозначительно косят глазом в сторону соседа Харальда. Да и сам Харальд тоже не против расшириться. Северный путь, то бишь Норвегию, он уже завоевал всю, а Свеаленд — вот он. Только руку протяни. Нет, так-то королевство свеев побогаче и посильнее, но многие свеи совсем не против присоединиться к сильному и удачливому северному соседу. А почему нет? Боги у них одни, язык тоже, обычаи если и разнятся, то не принципиально.
 
— Конунгу нужда победа, — сказал Седое Перо. — Такая, чтобы все увидели: удача деда перешла к внуку. Вот почему я с ним, с Бьёрном.
Правда, чуть позже пьяненький и потому словоохотливый Гейр выдал и собственную цель. Ему-то как раз слава была не нужна. Нет, он не против того, чтобы к нему пришла слава. Но только если она придет с деньгами. Гейр был третьим сыном свейского бонда и с пятнадцати лет ходил в вики. Не сказать, что совсем неудачно. Вооружился, обзавелся серебришком, профессионально вырос, а главное — жив. Но хотелось большего.
— Мне двадцать девять зим, — признался он Сергею. — Я почти старик. Я хочу свой фюльк [13], жену, детей, хозяйство, десятка два франкских трэлей для работы. Говорят, они трудолюбивы и послушны. Бьёрну — слава, а мне — серебро и пленники. Может, и жену себе отыщу там, у франков, а нет, так и дома найду. За меня любая пойдет, если разбогатею. Это ведь для войны я стар становлюсь, а мужчина я — ого-го!
И принялся делиться подвигами на поприще секса. Этого Сергей уже не слушал. Важное он узнал. Кто такой Бьёрн и что у них общего с Хрольвом Пешеходом.
Что ж, вместе со свеями они могут замахнуться на что-то большее, чем мелкий разбой. Может, даже осуществить мечту Хрольва: захватить Париж. Хотя есть один нюанс: кто к кому присоединяется и кто будет рулить соединенной армией? Если смотреть по боевой силе, то Бьёрн явно перевешивает, однако Пешеход — не тот человек, который станет плясать под чужую дудочку. А когда два нурманских вождя договорятся, а они точно договорятся, слишком близки интересы, то какое место в этом союзе займут варяги?
  
Глава восемнадцатая
 
Удачная охота и глашатай закона
 
Варяги место заняли подобающее. Подобающее численности, то есть — почти в хвосте флотилии. За нами только руяне. Которые, впрочем, ясно дали понять: если что, варяги могут на них рассчитывать. Не удивительно. Лидером руян, во всяком случае лидером формальным, был княжич Стоислав. А он на родичей-варягов глядел чуть ли не с обожанием. Особенно на Сергея.
Рёрех против распределения позиций не возражал. В хвосте так в хвосте. Тем более Хрольв вновь подтвердил: договор с варягами будет выполнен в полной мере. Но подтвердил только Хрольв. Бьёрн с Рёрехом общаться не пожелал. Целый конунг с каким-то княжичем из Гардарики… Много чести.
— Это хорошо, что мы позади, — сказал Сергей княжичу.
Их корабли шли рядом. Как в те времена, когда эти драккары принадлежали датскому вождю Тови и его дяде Вандилю. Команды бездельничали. Попутный ветер позволял.
Рёрех полчаса назад перебрался по веслу на «Хродгейр». Поговорить.
— Что хорошего быть последними? — удивился княжич.
— Пока мы в хвосте, трудно подставить нас под франкские мечи, — пояснил Сергей.
— Или захапать себе все самое лучшее.
— Или так, — согласился Сергей. — Жалеешь, что мы здесь?
Рёрех покачал головой.
— Я подарил Избору золотой кубок со змеями, что он просил, — сказал княжич. — Значит, без добычи мы не вернемся.
— С чего бы? — усомнился Сергей.