Варяг. Мечи франков (СИ)

Ну да неважно какой. Еда есть еда.
— Не знал, что ты так можешь, — сказал Сергей.
— А это так, баловство, — отмахнулся ведун. — Зайца силком изловить любой малец сумеет. А я проголодался. Блохастого сгонял бы, но ты ж его отпустил.
И другим тоном:
— Завтра в Белозеро поедешь. Рёреху скажи: кубок золотой, тот, что я давеча на пиру у них видел, тот, что со змеями, и мне привезет. Я его заговорю. Выпьет — живым от франков вернется.
— Значит, пойдем все-таки с нурманами?
Ведун ответом не удостоил. Он все уже сказал. И Сергей ему поверил. Формально результат переговоров зависел от Стемида, но Стемид — князь, а Избор ведун, а ведун, как начинал догадываться Сергей, в некоторых аспектах повыше князей. Особенно в вопросах прогнозирования будущего. Полезное качество. Ради этого умения стоит потерпеть скверный нрав Избора.
А сейчас спать. А то уже птички запели. Лето.
  
Глава седьмая
 
Дальняя родня и геополитика ближнего прицела
 
Через две недели они выступили. Поздновато, поскольку весенний паводок уже прошел, но идти им не на юг, так что проблема невелика.
Задержались же, потому что Стемид с Хрольвом детально согласовывали вложения и дивиденды. Будь это бумажный договор, страниц на тридцать получилось бы. Но и без записи стороны четко помнили все пункты и закрепили соглашение правильными клятвами, которые, учитывая здешний менталитет, были посерьезнее подписей и печатей, поскольку контролировались судьями не человеческими, а божественными.
От варягов с Хрольвом отправлялся Рёрех. Он, кстати, успел сгонять в Избору и завезти требуемый кубок. Кубок был Стемидов, но князь действие одобрил. Даже то, что после ритуала ведун оставил кубок себе, тоже нареканий не вызвало.
Отправлялись варяги на четырех кораблях и при полном самообеспечении. Одним из кораблей был «Хродгейр» Сергея. Тоже на полном самообеспечении и с частичной автономией. Во всем, включая раздел добычи.
Сергей был доволен. Рёрех тоже был доволен. Существовала некоторая вероятность, что Стемид отправит и Трувора тоже и тогда придется выяснять, кто из братьев главный. Но белозерский князь учел опыт прошлогоднего похода, в котором старший княжич показал себя не слишком удачливым военачальником.
Трувор, кстати, и сам это понимал, так что в новую авантюру не рвался.
А вот младший княжич, Турбрид, наоборот, очень хотел присоединиться. Даже готов был пойти простым гриднем. Но его не взяли.
Корабля своего у Турбрида не имелось, а простым гриднем княжичу — невместно.
Турбрид ходил мрачный. Чтобы заработать на корабль, надо где-то взять хорошую добычу. А чтобы взять добычу, нужен корабль. Корабль был у папы. И не один. Но папа корабля не дал. Сказал: со мной пока походишь.
В общем, недовольство Турбрида было понятно.
Еще одна недовольная жила у Сергея дома. Искора.
Девушка надеялась: Сергей возьмет ее с собой. Полагала себя полноценной боевой единицей. Настолько сильно надеялась, что к Сергею даже Милош обратился. С просьбой не тащить дочь в поход.
— Я еще из ума не выжил, — успокоил его Сергей.
Искора обиделась.
И старательно Сергея избегала.
К полному удовлетворению законной жены.
Однако за пару дней до отправления Сергей беглую любовницу изловил и почти силком приволок к Колхульде.
— Пока меня не будет, принимай ее как сестру, Торварддоттир! — торжественно объявил он.
И на всякий случай уточнил:
— Младшую сестру. А ты, Искора, повинуйся ей во всем, как мне. Кроме воинских дел. И запомни: за жизнь ее своей ответишь! Уяснила?
Девушка уяснила. И, к некоторому удивлению Сергея, осталась довольна. Решила, что он таким образом объявил ее невестой.
Колхульда не возражала. На нынешнем этапе отношений ей было достаточно того, что она — главная управляющая. Плюс приоритет ее будущих сыновей.
Колхульда вообще как-то успокоилась, эмоциями больше не брызгала. Периодически вообще отрешалась от мира и замирала с загадочной улыбкой. Надо полагать, беременность вошла в новую фазу.
 
С семьей он разобрался, и это было хорошо. Дел у Сергея в связи с будущим плаванием — невпроворот. Помимо подготовки к походу еще и торговля. Процесс вроде налажен, и каждый участник знает свою задачу. Но здесь как на войне. В любой момент что-то может пойти не по плану. И на этот внеплановый случай у людей Сергея тоже должен наличествовать план. Здешние заместители Сергея Войст и Валь в импровизациях сильны не были. Первый — по простоте, второй — по молодости. В этом хорош был Прибысл, человек Сергея в Новгороде, однако полного доверия к нему не было. Ну да как-нибудь устроится. Главное, гадить ему, родичу варяжской княжьей линии и любимчику киевского князя Олега, вряд ли кто-то рискнет.
И вот он наконец наступил, день отплытия.
На «Хродгейр» занесли последние мешки с припасами. Сам корабль к этому времени усилиями нурманов был доведен до идеала. Даже парус с рангоутом поменяли. Дёрруд утверждал: «Копье славы» сейчас в лучшем состоянии, чем в момент схода со стапелей. Или с чего там сходят новенькие нурманские драккары.
«Любой из Рёреховых обгоним», — заверил Убийца. — «Хоть под парусом, хоть на веслах».
Последнюю ночь Сергей провел ее с Колхульдой. Скорее нежно, чем страстно. Все же беременна юная супруга.
Страстной была предпоследняя ночь. С Искорой.
И именно ей Сергей поручил заботу о Маре. Конь был другом. Доверить друга можно не всякому. Искоре — можно.
Отправились.
Семь боевых единиц. Сергей на своем, вернее, на своем и Машеговом «Хродгейре», три корабля Рёреха и три драккара Пешехода.
На взгляд Сергея, для победоносной войны с франками маловато.
Но беспокоился он недолго. Только пока не вышли в Балтику, где ждала основная флотилия Пешехода. Еще одиннадцать кораблей.
Нельзя сказать, что великое войско, но уже серьезная сила. Тысяча викингов.
Правда, Сергей не знал, какими силами нынче располагают франкские графы и герцоги. Это здесь, на Руси, тысяча профессиональных воинов способна любой город по выбору взять. Ну, может быть, кроме Киева. А у франков, насколько он помнил, армии посерьезнее. Хотя у них сейчас междоусобица в разгаре. Может, все не так пессимистично?
Ясность внес Стевнир Торгнюрсон, с которым Сергей за последние пару недель подготовки почти подружился. По мнению сына йотландского ярла, сунуться к франкам с тысячей бойцов было можно. Но рассчитывать на серьезную добычу — вряд ли. Схватить что-то по-быстрому и смыться. Франкские конунги и герцоги располагали весьма серьезными воинскими контингентами и вдобавок при появлении язычников забывали личные распри и дружно наваливались на «северных дьяволов». Однако «хапнуть и удрать» — совсем не то, о чем мечтал Хрольв. Это он уже делал, и небезуспешно. Правда, в самый центр не совался. Лотарингия, Фландрия, Северная Франция. Но всегда по одной схеме: стремительный бросок, еще более стремительный удар — и далее по обстоятельствам. Если местные силы ударить в ответ не спешат или не могут, то можно и подзадержаться: пленниками поторговать, территорию обобрать обстоятельно. А если на подходе какая-нибудь герцогская дружина — то на корабли и с попутным ветром к новой добыче. Или домой, если грузить уже некуда. Но в самые сладкие места Хрольв пока не совался. Силенок не хватало. Однкао теперь будет по-другому. С мелким разбоем закончено. Нынче Пешеход планировал распотрошить как минимум одно из центральных графств. Блуа, например. А еще лучше графство Парижское. И для такого масштабного мероприятия тысячи викингов было маловато. Требовалось как минимим втрое больше. А это значило, что нужен серьезный партнер. И один такой у Пешехода на примете имелся. Вот только плясать у союзника на поводу Хрольв не планировал. А для этого требовалось усилить собственную позицию личными союзниками… Варягов он уже заполучил и теперь намеревался усилиться за счет привлечения их дальних родичей. С подачи Стевнира, кстати. Вот к этим родичам Хрольв и держал курс. Тем более что по пути.