Ратибор. Окталогия (СИ)

– На всю округу, Емеля, на всю округу…
– Между прочим, Ратибор, зря ты сейчас так весело скалишься! Может, и правда обо мне тут слышали! Вот в Залесье, например, я известен! Как бравого охотника на медведей‑шатунов меня там знают! Возможно, слухи‑то уже и поползли по людям, аки мухи по навозной куче… Людская молва ведь быстро распространяется! Ты вот сам, Ратибор, медведя‑то хоть раз в жизни видел близко, а⁈ – распалился под конец Емельян, несколько уязвлённый тем, что этот рыжебородый громила до сих пор не воспринимает его всерьёз.
– Только на гербе Мирграда, Емеля, – Ратибор встал. – Я вниз пошёл, поглядеть, что к чему. Да и дело есть у нас там, не терпящее отлагательств. Так что догоняйте. Яр, друже, тебя это не касается, отлёживайся! – могучий богатырь вышел из комнаты и отправился на первый этаж разведать, так сказать, обстановку.
– Дурашка ты, Емеля, – осуждающе зыркнул на княжьего племяша Мирослав. – Ратибор был куда моложе тебя, когда добыл своего первого медведя. Причём завалил он его в одиночку, взяв с собой лишь пару рогатин, копьё да охотничий нож…
– Да ладно⁈ – Емельян поражённо захлопал глазами.
– Вот тебе и да ладно… Пойду подсоблю нашему рыжему другу. Надо разгребать, чего вчера наворотили, – сказал Мирослав, обращаясь к кивнувшему ему в ответ Яромиру. – Ты лежи тут пока, пожелания будут какие‑нибудь? Кваса там, перекусить чего?
– И того, и того…
– Я принесу, – на пороге комнаты стояла заспанная Злата. Немного смутившись от удивлённо уставившихся на неё Яромира, Мирослава и Емельяна, капризная красавица не удержалась и съязвила в привычной ей манере: – Чего вылупились? Всё‑таки этот пьянчуга спас меня вчера от кучки вонючих негодяев! Могу я ему хотя бы кваса с мясом принести, чтоб он поживее на поправку шёл? – с вызовом добавила она. – А то не хватало ещё застрять в этой богами забытой корчме из‑за какого‑то голодранца! – зло бросила белокурая прелестница под конец.
– Язык у тебя без костей, как я погляжу… – Яромир тихо покачал головой.
– А у тебя что, с костями он⁈ – с вызовом крикнула в ответ Злата, разворачиваясь и уходя вниз. – Сочувствую тогда!
Друзья, несколько ошарашенные, некоторое время молча просидели в тишине, осмысливая услышанное.
– Ну и язва же у тебя сестра! – Яромир первый нарушил молчание. – Она всегда такая, или это полнолуние на неё так действует?
– Вообще всегда, но в последнее время её особенно прорвало… – задумчиво молвил Емельян. – Как с Мирграда выехали, так будто с цепи сорвалась!
– Да уж, фору она многим даст в плане стервозности!.. Не завидую я её будущему мужу… – Мирослав лукаво взглянул на Яромира, тяжело вздохнувшего в знак согласия.
– А уж как я ему сочувствую! – подхватил радостно Емельян. – Ух как я с ней намучился за всю жизнь!..
– На этой грустной ноте я вас оставляю, – хмыкнул иронично Мирослав. – Похоже, вы нашли общую тему. Ну а я всё же утопал вниз. Сегодня у нас по плану физические нагрузки, заключающиеся в рутинном махании лопатой… Ибо негодяев тоже хоронить надо. Крайне ответственное дело, между прочим… Не каждому дано, да, Емельян?
– Да, Мирослав! Тут ты прав как никогда! Мне это, например, не по плечу!.. Лопаты, могилы – ента всё явно не моё! Я лучше тут посижу, а то вчерашний вечер тяжёлым у меня выдался… Вы это, как закончите там, так сообщите сразу, чтобы я мог спуститься вниз да позавтракать спокойно…
– М‑дя… Хорошо, что всего этого не слышал Ратибор… – Мирослав неодобрительно покосился на валяющегося на кровати, слегка помятого после вчерашней попойки Емельяна и вышел из комнаты.
Внизу уже давно кипела жизнь. Мефодий с раннего утра, не дожидаясь, когда его постояльцы проснутся и спустятся завтракать, принялся наводить порядок в «Дальней дороге». Ради этого он подпряг всех местных жителей к такому ответственному делу, как перетаскивание трупов разбойников из зала таверны на единственное кладбище в деревне, находившееся чуть поодаль, на самой её окраине, у леса. За данную работу пришлось щедро заплатить, но Мефодий не поскупился, не поленившись сначала пошуровать в карманах мертвецов, и рассчитался в итоге за похороны бандитов их же деньгами. Своим же работникам он дал ещё добро на присвоение всяких украшений с побрякушками разными да оружия, ибо на том свете всё это мёртвым лиходеям уже не понадобится. Потому десятка полтора сельчан с рьяным энтузиазмом принялись за дело, и часа через два максимум в харчевне не было уже ни одного покойника. После чего Буслава с Варнулом принялись с не меньшим рвением отмывать пол и стены заведения от крови и человеческих ошмётков. Впрочем, с этим были определённые сложности, ибо бурое от впитавшейся в него крови дерево отмываться упорно не хотело. И когда Ратибор спустился в обеденный зал, брат и сестра с руганью уже заканчивали свою генеральную уборку, не смыв лишь эти тёмные пятна, то тут, то там видневшиеся на полу, стенах, а местами даже на потолке. При виде рыжего гиганта, который и подкинул им с утра столько работы, Варнул с Буславой сразу заискивающе заулыбались.
 
– Не желаете ли чего‑нибудь выпить аль перекусить? Особо готовить не было времени, но есть копчёные оленина с рыбой, говяжья голяшка, немного овощей и… – Варнул был сама любезность.
– Всё тащи! И кувшинчик доброго кваса не забудь! Самого свежего, что есть в ваших закромах! – Ратибор плюхнулся за один из немногих более‑менее чистых столиков у стены. – А лучше два кувшинчика!
– Сию минуту, сейчас сделаем! – Варнул умчался выполнять заказ.
– Смотрю, вы славно потрудились с утра, – Ратибор одобряюще хмыкнул. – Молодцы! Чего, неужели вдвоём всё растащили⁈
– Да не, наши подсобили… – Буслава как заворожённая глядела на рыжебородого витязя. У неё до сих пор стояло перед глазами, как вчера этот здоровенный верзила с волосами цвета пламени с довольной ухмылкой кромсал имевших несчастье попасться под его горячую руку негодяев. Хорошо, что видела она далеко не всё, выскользнув‑таки в пылу схватки наружу. А то ночные кошмары, как пить дать, замучили бы.
В этот миг в трактир, кряхтя, зашёл уставший, но довольный Мефодий. Заметив сидящего у стены богатыря, он тут же поспешил трусцой к нему.
– Почему у нас постоялец до сих пор без питья и кушанья⁈ – по пути грозно обрушился он на вставшую как вкопанная и не сводящую своих испуганных глаз с Ратибора Буславу. – Тем более такой важный постоялец! Мы все ему жизнью и здоровьем обязаны! И где, вообще, твой брат⁈ Да я его выгоню к чертям, работничка такого!..
– Я тут, уже бегу! – из подсобки выскочил Варнул со здоровенным подносом, уставленным всякой всячиной, и шустро помчался к столу, где сидел Ратибор. – Квас сейчас тоже будет, самый лучший! – продолжал радостно лепетать Варнул, с восхищением таращась на дорогого гостя.
В отличие от своей сестры он не боялся рыжеволосого великана, но безмерно его боготворил, ибо, по мнению помощника трактирщика, сам бог грома и войны Перун вселился вчера в этого молодого исполина.
– Красота‑то какая! – спускающаяся по лестнице со второго этажа таверны Злата потрясённо осмотрелась. – Осталось только пятна крови удалить… Может, вчерашний вечер мне только приснился?
– Если бы… – тяжело вздохнул Мефодий. – Первый раз в моей корчме такой ужас случился! Надеюсь, что и в последний! А кровь уже никак не выведешь. Въелась, зараза! Надо верхний слой дерева снимать. Эх, работёнка та ещё… Ну да ладно!.. После покумекаем об этом, а пока так будем… Что‑нибудь желаете?
– Да, рыбки! – Злата уселась за стол к Ратибору и отщипнула от копчёного карпа. – И это, раненому нашему принесите на завтрак чего‑нибудь. Сама хотела, да обойдётся! Делать мне больше нечего, как всяким тунеядцам и пьяницам еду в кровать таскать! Так ведь и подумать могут люди бог весть чего!..
– Сделаем! Если что ещё понадобится, только свистните! Вы ведь всем довольны? – Мефодий хмуро посмотрел на носящегося как стрекоза Варнула, после чего уставился вопросительно на неспешно трапезничающего Ратибора.