Ратибор. Окталогия (СИ)
– М‑де‑е‑е… – протянул притворно‑досадливо рыжеволосый исполин. – Похоже, по‑хорошему не получится…
– Ты сам в этом виноват, – злорадно оскалился также попытавшийся встать Плавудир. – Осторожнее только, – бросил он своим товарищам, – это сам Ратибор!..
Договорить он не успел, ибо дюжий ратник протянул руку, сграбастал безносого за бороду да с силой дёрнул вниз. Плавудир смачно влетел физиономией прямо в свою же миску с говяжьей похлёбкой и, закатив глаза, безмолвно сполз на пол, под лавку. Похоже, сознание на время покинуло ночного братика. Треснувшая от такого удара деревянная плошка, расплёскивая ароматное варево по сторонам, красиво подлетела в воздух, после чего глухо опустилась на пол. Шум от её падения был хорошо слышен всем присутствующим, ибо, как выяснилось, в заведении давно стояла мёртвая тишина: завсегдатаи «Тихой заводи» с праздным любопытством взирали на происходящее, лишь отодвинувшись подальше от эпицентра событий.
– Не стой за хребтиной, испражнение захворавшего козлёнка, – грозно пророкотал между тем до сих пор сидящий Ратибор уже обозначившемуся за его спиной лиходею с тонким, иглообразным стилетом, оружием воров да убийц. – Не люблю, когда пониже копчика дышат!
– Сейчас я тебя заткну, наглая рыжая псина! – с секунду покумекав, изрёк замерший позади долговязый лиходей, с истеричным воплем широко замахнувшийся своим продолговатым шилом. – Запарил вещать!..
Это было последнее, что изрёк в своей жизни длинный головорез. Могучий витязь со скоростью молнии поднялся, моментально разворачиваясь. Одновременно с этим по широкой дуге прошелестел выхваченный из ножен здоровенный тесак рыжебородого гиганта. Только на первый взгляд какому‑нибудь неискушённому в ратных делах зрителю могло показаться, что выброшенный наотмашь удар попал в цель случайно. Более же или менее опытному воину представлялось совершенно очевидным, что лезвие ножа угодило точно туда, куда и метил его хозяин, то есть аккурат под подбородок, одним махом добро вспоров глотку неудачливому головотяпу. Страшно хрипя, тот выронил кинжал и, схватившись за окровавленное горло обеими руками, с грохотом завалился на пол. Ещё несколько раз судорожно дёрнувшись, нескладный детина, наконец, затих навсегда.
– Ты покойник, тварь рыжая! – зловеще проревел стоящий напротив мордатый душегуб с фингалом под глазом, вынимая из‑за пояса широкий топорик прямоугольной формы, который обычно используют повара на кухне для отделения мяса от костей. – Да я тебя сейчас!..
Договорить ему Ратибор также не дал, обратным взмахом метнув нож практически в упор в грудину возмущённого ночного брата. Никто толком даже не понял, что произошло, с такой скоростью всё было проделано. Бросок вышел что надо; нож почти по рукоятку вонзился точно в сердце ошарашенного бойца, медленно опустившегося назад, на лавку и откинувшегося к стене. Алое пятно вокруг лезвия тесака стремительно увеличивалось.
– Чего вы застыли, полудурки⁈ – пропищал с пола зашевелившийся Плавудир. – Убейте этого рыжего шатуна! Немедленно!
Оставшиеся ночные братушки, изрыгая проклятия, подоставали из‑за поясов да голенищ сапог чеканы с ножами и скопом бросились на довольно улыбнувшегося уголками губ Ратибора, выхватившего два своих одноручных колуна. Ведь пригорюнился в печали без доброй зарубы наш рыжебородый витязь, ох, пригорюнился.
Первому, вскочившему на стол душегубу могучий русич всадил один колун в стопу, другим спустя мгновение пригвоздил рухнувшего перед ним на спину, истошно подвывающего от боли лиходея, тем самым прервав его поросячий визг. Второй бандит словил чекан в висок, мигом лишившись полчерепа. Третьему прилетело прямо в лоб, аккурат между глаз. Ошарашенно закатив вверх осоловевшие зыркули, тот рухнул навзничь, аки мешок с экскрементами. Четвёртый громила лишился головы, так и не успев понять, каким образом лезвие топора оппонента просвистело под его бородой. Ночные братья слыли умелыми, матёрыми убийцами, но одно дело умерщвлять неожиданным ударом иглообразного кинжала в спину свою беспомощную жертву аль сладить с женщинами да детишками, и совсем другое, попробовать завалить, пусть и толпой, воина экстра‑класса, коим, без сомнения, Ратибор и являлся.
Рыжеволосый витязь дрался молча, лишь насмешливо скалясь в ответ на стоны, ругань и проклятия, сыплющиеся на его рыжую макушку. Один за другим оседали на пол члены Ночного Братства, так ничего и не сподобившиеся противопоставить холодной ярости могучего исполина. Сеча близилась к завершению; вот последний лиходей с грохотом завалился на соседний столик, выпучив глаза на торчащий у него из живота чекан. Неуклюже вцепившись в его рукоять, душегуб резко выдернул топорик из тела, и, как быстро выяснилось, сделал это совершенно напрасно, вытащив заодно с лезвием колуна наружу и свои кишки. Испустив последний вздох, павший разбойник подвёл черту под скоротечной схваткой: вся ячейка мирградского Ночного Братства полегла под топорами Ратибора в «Тихой заводи». Или почти вся…
– Вот ведь дерьмо Чернобога! – прорычал взбешённо молодой богатырь оглядываясь. – Где этот гнилой потрох Плавудир⁈ – Ратибор никак не мог обнаружить цель своего визита в кабак. – Неужель улизнул, добрую палицу ему в пасть по набалдашник…
– Угу, – согласно крякнул один из расположившихся недалече постояльцев, с удовольствием потягивая при этом пиво весьма паршивого качества. – Сначала пополз, а опосля стрелой вылетел наружу так, как будто его за задницу кто‑то тяпнул да не отпускал ни на мгновение…
– Ты закончил? – тем временем пророкотал на весь кабак зло Вышемир. – Будь добр, покинь тогда мой трактир и более не заявляйся сюда! Просил я тебя уже как‑то, да видно, ты подзабыл… Что ж, напоминаю: я не желаю видеть здесь твою рыжую тыкву, усёк⁈
– Более чем… – гыркнул сумрачно Ратибор. – За беспорядок стрясёшь с этих лежебок, – рыжеволосый великан кивнул в сторону разбросанных по трактиру тел членов Ночного Братства. – Полагаю, они не будут против… – после чего, не спеша вытерев лезвия топоров и ножа об одежду одного из убитых, споро вышел вон из харчевни, громко хлопнув входной дверью, которая чудом при этом не развалилась. Молодой богатырь и не пытался скрыть свою досаду.
«Похоже, врагов себе нажил новых… Да и хрен бы с ними, не впервой, как говорится! Но ведь и Плавудир, эта подсохшая фекалька больного суслика, и тот удрал, собака безносая…» – угрюмо размышлял Ратибор, топая прочь от злосчастной таверны. Визит в «Тихую заводь» получился, прямо скажем, не очень удачным.
Глава 19
В походе
Через полторы недели после событий в «Тихой заводи»
– Гляжу, Свят со мной до сих не разговаривает… – бросил Ратибор едущему рядом на гнедом жеребце Яромиру. – Губу всё дует? Так пущай мёдом смажет, коль разбухла…
– После того, чего ты учудил, друже, в «Тихой заводи», тебя удивляет, что князь с тобой не балакает? – Яромир неодобрительно покосился на своего приятеля, величаво рассекающего на вороном красавце скакуне. – Растормошил осиное гнездо… А ведь Святослав просил не трогать Ночное Братство! Теперь вообще непонятно, чего далее будет, но сомневаться не приходится, что просто так они это не оставят! Думаешь, раз завалил пятнашку душегубов, так и вывел всех негодяев под корень, что ль⁈ Да эти сорняки как грибы после дождя…
– Всех, может, и не вывел, но как ты правильно заметил, на полтора червонца уменьшил количество поганцев на белом свете, что уже само по себе дело доброе… – пробурчал слегка раздражённо в ответ рыжебородый витязь.
– Да их уже через несколько седмиц в два раза больше там сиживать будет! – повысил голос княжий воевода. – Злые языки кудахчут, клич уже пустили средь ночных гадин; вскоре прикандыбают из других поселений к нам пара дюжин, дабы восполнить потери да поквитаться…
– Пущай приползают эти шакалы помойные! – проворчал Ратибор недобро. – Я их всех урою, Сварог не даст набрехать!