Ратибор. Окталогия (СИ)

– Балакают, – Тихомир заговорщически подмигнул в пустоту непонятно кому, – что если предложить тёмному волхву определённый дар, то он может сменить гнев на милость, сжалиться и не губить свою несчастную жертву…
– Я не понял, это мы, что ль, несчастные жертвы? – Ратибор грозно покосился на вмиг скукожившегося сановника. – Скажи мне, поганка ты бледная, я что, похож на жертву⁈
– Не взирай так сурово на него, друже, а то сейчас ещё лужицу под столом сделает… – Мирослав улыбался до ушей.
– Так, прекратите! – Святослав вытаращился на покрасневшего то ль от стыда, то ль от злости Тихомира. – Вещай дальше, что там за дары такие ценные любит этот чёрный колдун?
– Э‑э‑э, да знамо какие… Человеческие души ласкают его тёмную сущность! Ну а людей у нас хватает покамест! Вон, из деревень согнать всех тунеядцев да пьяниц! Если, скажем, предложить ему три к одному за…
– Что‑о‑о⁈ – Ратибор аж побагровел от возмущения. – Да я тебя сейчас, козявка горбатая, за такие речи по потолку размажу!..
– Рат, сядь назад и угомонись! – князь осуждающе перевёл взор с приподнявшегося было могучего витязя на своего советника. – Ты совсем, Тихоня, сбрендил, что ль, такое предлагать⁈
– Да я это так, на крайний случай… Предупреждал ведь, что не понравится вам мой вариант!
– Молчи уж лучше тогда, коль ничего более путного посоветовать не можешь! А лучше иди‑ка погуляй отсюда, коль толку с тебя чуть! Давай‑давай, шустрее! – гаркнул раздражённо Святослав обиженно надувшему щёки Тихомиру, тут же вскочившему из‑за стола и спешно поковылявшему к входной двери. Проводив угрюмым взглядом стремительно покинувшего зал главного советника, Святослав посмотрел на Ратибора с Мирославом и уже спокойно произнёс: – Ну а пока я с Кулбахом согласовываю все щекотливые нюансы нашей предстоящей встречи, для вас у меня задание новое имеется… Важное, естественно, так что растопырьте ваши ухи и слухайте сюда внимательно! Как вам известно, через нашу территорию по реке Сигливе проходит водный путь с востока на запад, который мы Шафрановым трактом именуем. И в трёх днях от Мирграда, в деревне Дубкино, что на берегу той речушки раскинулась, как раз располагается перевалочный пункт, где обычно нам купцы чужеродные мзду за беспрепятственный проезд по нашим землям отстёгивают да заодно пополняют свои запасы пресной воды да жратвы. Так вот, в конце недели должен там пройти возвращающийся домой небольшой караван волков, состоящий из двух торговых кораблей. Охрана у них, кстати, – сплошь варяги наёмные. Чуете, к чему я клоню? Надо бы потрясти варградских толстосумов хорошенько, а то Кулбах, похоже, решил, что у игры, что он затеял, обратки нет никакой… В общем, суть задания уловили? Изъять у купцов тамошних всё, чем забиты их трюмы, то есть шелка, сафьян, специи да пряности разные, чай, а также, если повезёт, фарфор и каменья драгоценные, ну, в общем, то, чем и должны быть под завязку загружены наши путешественники. Охрану из северян можете полностью вырезать, а вот купцов со слугами, по возможности, конечно, оставьте в живых. Ну естественно, если насмерть не встанут за груз свой драгоценный. Пущай домой возвращаются да поведают там всем о случившемся! А то ведь подумают люди бог весть чего: мол, Мирград совсем раскис, даже ответить ничем не может!.. Охраны там на обе ладьи рыл тридцать, не больше, так что затруднений быть не должно. Возьмите с собой столько воинов, сколько сочтёте нужным, и в путь! Время поджимает! Ратибор за главного. Яромира только я вам не отдам, здесь мне нужен мой воевода; Волжана прекрасно заменил он! Ну ничего, сдюжите и без своего приятеля, полагаю! Ведь сдюжите? – Святослав вопросительно уставился на сидящих перед ним друзей.
– Да уж постараемся в лужу не сесть, – хмыкнул на это Ратибор, поднимаясь из‑за стола и бросая мельком сочувственный взгляд на Яромира, явно расстроенного таким решением князя. – Тогда помчали мы; времени в обрез. Миропупчик, ты идёшь или к лавке задом, как блинчик к сковородке, пригорел? Так ща поваров вызовем, они тебя лопатами вмиг отшкрябают!..
 
– Десятка два‑три бойцов с собой надо взять как минимум, – пропустив мимо ушей очередную колкость брата по оружию, задумчиво пробормотал Мирослав, также вставая. – Я, конечно, не сомневаюсь, что ты там их всех в одну бороду положишь, косолапка рыжая, да обоз с добром кто поведёт потом? В два жала нереально, ведь трюмы у них наверняка забиты с горкой, а это телег семь‑восемь в среднем. Смотря, конечно, что везут…
– Решено, – Святослав согласно кивнул. – Бойцов набирайте по‑шустрому, и в путь!.. Жду с добрыми вестями!
– А можно мне с…
– Нельзя, Емельян! – хором ответили Ратибор с Мирославом, спешно покидая трапезную.
– С нами – нельзя! Не в этот раз, по крайней мере… Не на гулянку едем! Жильку свою навести лучше, утоли печаль‑тоску… – бросил Ратибор напоследок, снова сильно хлопнув дверью, так, что аж окна задребезжали в обеденном зале и пара гобеленов на стене покосилась.
– И всё‑таки этот рыжий ураган мне так точно когда‑нибудь терем развалит… – пробурчал, тяжело вздохнув, Святослав и налил себе ещё вина. – Сложится мой замок как карточный домик, и ведь скажет опосля этот могучий потапыч, что всего лишь мимо проходил, и даже не сознается, что просто шептуна по ветру пустил ненароком…
  
Глава 9
 
Деревня Дубкино
 
Через три дня после совещания у князя 
– Ну, чего там? – нетерпеливо буркнул Ратибор только что вынырнувшему из лесной чащобы Мирославу, быстро направляющемуся к своему приятелю богатырю.
– Две торговые ладьи Варграда у причала, вместимостью каждая в среднем около сорока рыл. Охрана состоит, как и говорил Свят, из варягов, общей численностью коих и правда около тридцатки, то есть где‑то по пятнадцать рях на судно. Но странное что‑то творится в Дубкино: купеческие слуги спешно грузят на корабли еду и воду с пивом, а северяне‑охранники собрались все в местном кабаке «Дубрава», да только вот ведут себя как‑то необычно…
– В смысле? – Ратибор удивлённо поднял левую бровь.
– Не пьют, не гуляют и не дебоширят, а просто сидят и тихо‑мирно трапезничают, о чём‑то шёпотом между собой переговариваясь. Как будто просто пожрать зашли на часик, и всё! Такое ощущение, что не собираются торгаши серошкурые ночевать‑то в Дубкино, а? – Мирослав озадаченно посмотрел на Ратибора. – Скоро уж темнеть начнёт. Ну не странно ли? Похоже, сейчас загрузятся волчары да отчаливают! Либо спешат сильно, либо…
– Предупреждены о гостях незваных, то бишь о нас, – Ратибор хмуро переглянулся с другом. – Ладно, об этом после… А сейчас надо не позволить нашим толстосумам покинуть здешние гостеприимные края! А ну, идите сюда, братики мои! – с этими словами могучий русич, с лёгким сожалением мельком взглянув на притороченную к седлу красавца вороного двуручную секиру, достал два боевых одноручных топора‑чекана, коих называл просто «братиками», здраво рассудив, что в тесном зале таверны, когда за спиной маячат его же ратники, толку от небольших колунов будет больше, чем от здоровенной старушки. – Ты, Мирка, возьмёшь десятку наших и навестишь купцов. Проследи, чтобы не успели драпануть! Я же загляну с пятнашкой бойцов в местный трактир, пропущу кружечку‑другую с северными вояками. О жизни потолкуем, о хмурых тучах на небесах, о том, как пагубно бывает для здоровья залетать в такую даль от родного курятника, – недобро прищурившись, Ратибор ловко крутанул в руках свои одноручные топорики. – Двоих витязей с лошадьми оставим. Пущай присмотрят…
– Специально, поди, меня к торговцам отправил, чтобы тебе побольше веселья досталось? – хмыкнул едко Мирослав.
– И как это ты догадался, следопытик ты наш…
– Да на твоей довольной роже всё намалёвано, как на картине какой! Ты же аки тот счастливый котяра сейчас, который в предвкушении диком к лукошку с рыбой мчится на всех четырёх, что аж пятки сверкают! Соскучился по доброй заварушке?