А волки здесь тихие (СИ)

Ольга Васильевна закрыла глаза.
— И отсчет уже пошел в обратную сторону. Господи, столько лет прошло, а, оказывается, помню, будто вчера всё было — она провела рукой по лицу
— До сегодняшнего дня запретила себе вспоминать все это, а сегодня… — выдохнула она
— В общем, когда уже решилась, меня за руку кто-то схватил и потащил в сторону. Сначала не сообразила, что происходит, ведь мыслей совсем не было, а потом смотрю двое парней- папа твой и Максимилиан. Папа только и сказал- дура, и в машину затолкал. Машина старенькая такая, копейкой в народе ее называли, но бегала шустро. Я и испугаться не успела, они меня в комнату привезли, да чаем горячим отпоили. И давай пытать, что да как. Я разревелась и рассказала как на духу. С тех пор я рядом с твоим отцом.
Это сейчас у вас целое здание, а тогда маленькая каморка была, где я ночью спала, а днем помощником была. Потом, как живот вырос, общежитие мне выбили, затем в комнату перебралась в коммуналке, потом детский сад сыну моему предоставили, не без помощи ребят. Трудно было, конечно. Бывало, на работу с сыном приходила, и чтобы работать можно было, ребята Серёжку моего с собой таскали, а тому и в радость с ними на машине покататься. Сама понимаешь, как мальчику мужского внимания хотелось. А ребята мне то премию подкинут, то продукты пакетами таскали, чтобы мы не голодали, про остальную помощь вообще молчу. Да-а-а. Вот так постепенно все и создавалось, Мара. А вот всегда думаю, как твой отец тогда почувствовал, а? Ведь стояла себе, никого не трогала, и только один шаг в пустоту отделял меня от жизни. Один маленький шажок
— А теперь, Сережка вырос, сам уже отцом стал, а я бабушкой, соответственно. А ведь всего этого могло и не быть, если бы тогда… — она замолчала.
Вот это да! Папа никогда мне не рассказывал об этом.
— Я к чему все это говорю, милая. Я понимаю, как тебе сейчас тяжело. Очень. И что ты иногда хочешь отступить, но потерять легче, чем все заново создать это — она обвела рукой кабинет.
— Я помню, как вы родились, как папа гордился вами, как маму вашу любил — она улыбнулась и покачала головой.
— Как он мечтал, что его взрослый сын когда-нибудь войдет сюда и сядет за этот стол. Ты уж, постарайся, родная, чтобы сохранить все, что твой отец с таким трудом создал. Я это говорю не потому, что мне нужна работа и деньги, я за себя не переживаю, меня память все еще не отпускает. Бывает, сижу за столом, а мне кажется, что он в кабинете ходит, разговаривает — она кивнула самой себе
— А я буду рядом с его детьми столько, сколько нужно. Я еще не отплатила.. — её голос охрип, а на глазах навернулись слезы.
У меня в груди тоже что-то сжалось. Отплатила давно Ольга Васильевна, верной службой отплатила, только этого тебе кажется мало за прошлое.
— Ну, все! Что-то я расклеилась совсем, а у меня еще дел много — Ольга Васильевна решительно вытерла слезы и шмыгнула носом.
— Уйти никогда не хотелось? — почему то спросила я
— Уйти нет, а прибить его чем под руку попадется, сколько раз — улыбнулась она
— Ты же знаешь, какой у него характер был. Ух! Но если бы не его характер, то и этого всего не было бы. Помню, ревела белугой, когда отец заставлял меня на компьютере учиться. Сам к этой чудо машине и близко боялся подступиться, а на меня злился, отправил на курсы. Времена то менялись, век технологий, понимаешь, письма тогда по электронной почте начали отправлять, и договора всякие только в компьютере печатали. А сам, зараза такая, так и не освоил его. Я говорит, по старинке работать привык, чуть что кулаком по столу. А то партнеры, мол, мне в морду, а я им в ответ письмо по факсу отправлять буду??? Как скажет, так скажет — улыбалась она, вспоминая.
Что-то шевельнулось внутри меня.
— Так что, жизнь продолжается. А я пошла, и так разболталась.
Она уже шла к выходу, а я спросила.
— А родственники? Видели вы их после того случая?
Она остановилась и повернула голову
— Нет. Они смогли тогда отказаться от меня, а я вычеркнула их из своей жизни. Предавший однажды… — как говорил твой отец.
 
А когда Ольга Васильевна уже выходила за дверь, я снова спросила
— Семью так и не создали? Почему?
— Вы моя семья — тихо ответила она и вышла за дверь.
Я глубоко вздохнула. Нам обоим этот разговор нужен был. Мне еще один большой плюс в память о папе, именно таким я его и запомню- с большой волчьей душой. Получается, что уже тогда Максимилиан и папа были вместе, а уж что до этого им пришлось пережить, одни небеса знают.
Но что-то свербило внутри, а вот от чего? Я в уме начала с самого начала прокручивать разговор, пока не дошла до темы компьютеров. Стоп, как она сказала? По старинке работал. Я быстро вышла в приемную
— А скажите, только папа не разбирался в компьютере? Или остальные его, так называемые друзья, продвинутые в этом вопросе были?
— Скажешь тоже. Продвинутые. У всех такие же помощники, как и я, сидят. У одного до сих пор телефон кнопочный, представляешь
— Ага. А как вы считаете, есть ли среди сотрудников папиных партнёров, очень хорошо разбирающихся в этих самых технологиях
— Что-то случилось, Мара?
— Не волнуйтесь, просто мыслишка одна пришла на ум, вот и рассуждаю
— Ну если рассуждать, то таковых и быть не может. У меня же сын как раз с компьютерами работает, помню, он разорялся, что хорошего программиста днем с огнем не сыщешь, он нашенских в два счета раскалывал. Я точно не знаю, как это называется, но помню, что был дома такой разговор.
— Спасибо
Я развернулась, чтобы уйти, но меня остановила одна мысль. Она столько лет рядом с нами, интересно, она знает, кто мы?
Я внимательно посмотрела на Ольгу Васильевну, пытаясь прочесть ответ в ее глазах. Та, также смотрела мне в глаза, и было такое ощущение, что между нами шел молчаливый диалог. Но ни слова не было произнесено!
Позже она моргнула, опустила голову к документам и тихо сказала
— Я ничего не знаю
И принялась энергично перебирать бумажки.
Значит все таки знает- или догадалась, или что-то увидела, но будет молчать до самой смерти. И не удивительно. После предательства людей, самыми близкими ей стали мы, волки.
Но то, что папа не мог ей об этом сказать, это совершенно точно. Нам категорически запрещено открываться миру людей.
*
Вот и нашлась моя подсказка. Мне в открытую с этими волками не справиться, враз башку оторвут, а вот исподтишка нагадить с удовольствием. Нужно найти одного из лучших хакеров, и естественно не местного.
Дома перед всеми поставила задачу в поисках. Как они это будут делать, я не знаю. Но сидеть на месте мне было нельзя, поэтому для осуществления будущего плана, я приняла решение начать усиленно работать. Или делать вид, что работаю.
Пока шли поиски хакера, я действительно погрузилась в работу.
Оказывается, это безумно интересно, сродни азартным играм. И я действительно играла с партнерами. Наверно, потому, что теперь я не боялась их, но не забывала об осторожности. И еще я ни разу не встретилась ни с кем из них с глазу на глаз, и ни разу не поговорила по телефону.
Мы ввязывались в авантюры, предлагая больше денег, срывая сделки этих. А иногда я отходила в сторону, давая им возможность насладиться победой. Теперь я играла с ними. Со мной много раз пытались встретиться и даже устраивали засады, но мы, словно предчувствуя, уходили другой дорогой.
Максимилиан только головой качал
— Тебе будто кто сверху помогает
Я кивала
— Помогает. Или звериное чутье срабатывает.
Сам Макс не мог постоянно быть рядом со мной, так как у него обнаружился сложный перелом. Но он был спокоен за меня, ведь рядом всегда были Чапар, Дэн и Радим. Волки из дома дяди перешли в наш дом, поэтому и я была спокойна за территорию.
Да и Максимилиан, не смотря на свое положение, продолжал тренировать нас всех, включая Лариту и Маркора, гоняя по территории как сидоровых коз. Так что отдыхать и думать о всяком, практически не было ни времени, ни сил.