А волки здесь тихие (СИ)

— Почему срываются, Макс? И с кем сделки?
— Почему срываются? Все очень просто. С ними поработали папины так называемые друзья и партнеры, убедили не работать с нами.
— Давай документы посмотрим, Макс. Я сейчас растеряна, если честно..
А потом, не предупредив первых партнеров, мы приехали в их офис, где как раз шло совещание, и было у меня подозрение, что обсуждался как раз наш вопрос.
Я без приглашения вошла и села.
— Можете объяснить, что все это значит, господин Васильев? Мне сообщают, что вы отказываетесь от сделки с нашей фирмой?
Тот недоуменно смотрел на меня, а сидящие люди за столом притихли. Да, именно люди.
— А по какому праву, собственно говоря, ты врываешься на совет, когда тебя не приглашали.
Ооооо, кого я вижу. Та самая волчара, что отказалась со мной даже встретиться, когда я просила встречи.
Но я открыто проигнорировала его, а продолжила разговор с Васильевым
— Вы много лет сотрудничали с отцом, и насколько я знаю, это было продолжительное и честное сотрудничества. Не так ли?
— Но ведь его больше нет.
— Есть я и фирма, перешедшая мне по наследству. А также документы, которые я хорошо изучила. Так вот
— Не слушайте эту девку, что она знает — вякнул волчара и я разозлилась
— Заткнись!
— Так вот, господин Васильев, насколько мне известно, вы заключили с моим отцом и фирмой предварительный договор предстоящей сделки, в котором сказано, что вам в качестве залога и дальнейшего плодотворного сотрудничества перечисляется немаленькая сумма денег. Вот платежные документы о том, что нужную сумму вы получили. Все верно? Хорошо. Едем дальше. Договор, который был официально оформлен и несет за собой определенную юридическую силу, надеюсь, у вас есть экземпляр? Отлично. Где в пункте двенадцать точка три указано, что в случае двухстороннего расторжения договора по обоюдному согласию, денежная сумма возвращается. Правильно? Теперь смотрим следующий пункт. В случае, одностороннего расторжения договора… господин Васильев, может, вы сами прочтёте нам вслух?
Он быстро пробежал глазами и покраснел
— Возмещаете в скольки кратном размере? Вооот! А это гораздо больше, чем вы заработаете за эту сделку с другими партнерами. Но ведь вы об этом прекрасно знали, не правда ли? Вы много лет подписывали с фирмой подобные договора, и знаете каждую запятую. Вы захотели просто наеб… судьбу, прошу прощения за мой французский. Интересно, кто же это вас надоумил? Не этот ли господин нашептал, что девка не фига в делах не разбирается и все прокатит на дурачка. Да? Ай-яй-яй.
Стояла тишина.
— Кто из юридического отдела? Вы? Предлагаю еще раз просмотреть договор, чтобы не быть голословной
Но тот даже не притронулся к бумагам.
— Стало быть, хорошо знакомы с ними. И наверняка предупреждали господина Васильева о последствиях.
Кивок головы.
— В таком случае я жду ответа! — жестко сказала я.
Васильев расстегнул ворот рубашки, словно она его душила и просипел.
— Мы не расторгаем договор.
— Очень мудрое решение. Очень. В таком случае, разрешите откланяться. Жду вашего звонка завтра.
Мы вышли на улицу и меня затрясло. Максимилиан обнял меня, прижал к себе и повел к машине
— Тшшшш, тихо, милая. Уже все позади, все прошло.
А я все не успокаивалась. Я не плакала, не стонала, а просто тряслась, будто от холода, да так что руки ходуном ходили и зубы стучали.
Дома он влил мне в рот водки. Я закашлялась, хватая воздух ртом.
— Ты чего, дурак? Нельзя же пить.
— Сейчас можно — он обнял меня за плечи и начал слегка покачивать, убаюкивая.
Постепенно я расслаблялась, на меня наваливалась апатия. Когда меня перестало трясти, Макс отнес меня в мою комнату, укрыл одеялом и сел рядом, гладя по голове. Я прокручивала в уме разговор и даже удивилась, откуда во мне появилась эта уверенность и наглость?
— С ними так и надо — сказал Макс, словно он знал, о чем я думаю.
— Ты с детства видела, как отец разговаривает, как решает дела. Ну ты конечно сегодня… он покачал головой.
— Мне все еще страшно, Максимилиан.
 
— Знаю. Давай со вторыми я сам завтра порешаю, иначе с такими нервами, ты долго не продержишься
— Я по-другому буду решать. Как ты разговаривать не умею — усмехнулся он.
— Спасибо Макс. Чтобы я без тебя делала — и может от облегчения, уснула.
*
На следующий день я пришла в лабораторию. Если бы не пыль, то мне бы все еще казалось, что мама сейчас впорхнёт в открытую дверь. Так, спокойно! Где эти записи? Я несколько часов, до звездочек перед глазами сидела над записями, расшифровывая закорючки. Дверь открылась и заглянула Ларита и молча вошла.
— Лара, помоги, а? У меня уже туман перед глазами, а нужно кое-что найти.
Мы смотрели записи, и я потихоньку ввела ее в курс дела. Лара кивнула
— Да, мама говорила что-то. Только те записи, что ты смотришь, это законченные дела и выводы. А которые она только начала изучать, или собиралась, в другом шкафу.
Ничего себе, оказывается, сестра знает больше чем я.
Мы вдвоем сели за стол
— Ты не правильно переводишь, Мара. Этот знак означает совместимость, а ты говоришь совершенно другое.
— Как это совместимость? Нет, я совершенно точно помню…
Я начала рассказывать при каких обстоятельствах мама мне объясняла, попутно я вспомнила несколько смешных историй из детства, Ларита тоже начала вспоминать и рассказывать. Мы смеялись до слез, но если честно мои слезы были и от радости и от горечи. Я понимала, что Ларита очнётся, вспомнит все, что с нами всеми произошло, что как раньше уже никогда не будет, и ее лицо снова омрачится. Но пусть это здесь и сейчас будет без прошлого и будущего, а только смеющееся лицо моей сестры.
В дверь заглянул Максимилиан с удивленным лицом, смотря на Лару, а я покачала головой, не нужно заходить и прерывать этот маленький миг забвения, который пройдет очень скоро. А сейчас мы еще шутили и смеялись, толкались локтями и подкалывали друг друга, как тогда, в прошлой счастливой жизни.
И Ларита действительно словно очнулась, замолчала и долго смотрела на меня. Ну, вот и все! Внутри что-то сжалось от разочарования, от того, что этот миг был таким коротким.
— Спасибо Мара — сказала она.
В ее красивых глазах начали собираться слёзы, и она кинулась ко мне, прижалась и заплакала, впервые после того случая. Я обняла ее хрупкое тело и тоже заплакала. Да какой там заплакала, я ревела в голос, выпуская наружу свою боль и страхи. Мы судорожно вцепились друг в друга, словно боясь потеряться в этом большом и жестоком мире, и ревели, ревели, пока слезы не закончились и не остались только нервные всхлипывания.
— Слушай, где вы нашли этого Соломоныча? — все еще всхлипывая, спросила Ларита.
— Мне пару раз хотелось его прикончить — она начала смеяться сквозь всхлипывания.
— Особенно, когда детские песенки поет
— Ага — утирая нос, ответила я.
— Пришел господин Шируан, а этот горланит. Представь, какие у них глаза были..
Лара улыбнулась
— Мара, а у меня…ну.. — она стушевалась.
— Да все у тебя будет нормально, Ларита. А если не будет, то мы тебе наколдуем, все что захочешь — я обвела рукой лабораторию.
— Хочешь волосы рыжие как у меня, хочешь клюв как у баклана.
— Как я петь то буду — обиженно спросила она, улыбаясь.
— Прощебечешь что-нибудь.
— Ага. Волк с клювом, это что-то..
— Так, а что нам, мы и так семейка странных — я помахала рукой в воздухе.
— Я рыжая, первая волчица в мире волков, управляющая бизнесом. Ты вообще поющая волчица и нормальненько.
— А Маркор?
— А что Маркор? Тоже что-нибудь экстравагантное придумаем.
Во- в балет отдадим. Будет в колготках и в пачке прыгать
Мы представили себе эту картину и согнулись от хохота.
— Я что-то не понял. То ревут, то ржут — дверь распахнулась, и вошел Маркор с голым торсом.
— А-а-а-а — простонала Ларита, показав на него пальцем, и упала на пол, держась за живот.