Клинок архангела (ЛП)

— Как её звали? — Хонор выпрямилась, необузданные эмоции обожгли горло от ужасной мрачности, которую она мельком увидела. — Ту женщину, которая так смотрела тебе в глаза?
— Ингрид. — В его голосе ничего не было, и это само по себе было ответом.
— Нам нужно ехать. — Она села на место, потянувшись, чтобы поправить конский хвост. — Ингрид, — сказала она, не в силах сменить тему, — она была твоей женой? — Он уставился в теперь уже открытое ветровое стекло, но то, что увидел, не имело ничего общего с зелёной травой за ним.
— Да. — Затем, когда она подумала, что он больше ничего не добавит, он сказал: — Моя жена… и смертная.
Дело Дмитрия с Сорроу заняло всего несколько минут, и у Хонор возникло ощущение, что он просто проверяет молодую женщину.
— Я не забыла, — сказала она Сорроу, когда Дмитрий отошёл, чтобы поговорить с Веномом. — Об уроках самообороны.
— Я могу подождать. — Выражение лица Сорроу было свирепым, в глазах горели ярко-зелёные искорки. — Надеюсь, ты найдёшь всех без исключения ублюдков, которые причинили тебе боль, и заставишь их кричать. — Вернувшись в машину, Хонор повернулась к вампиру рядом — вампиру, у которого когда-то была жена. Жена, которую он любил с такой преданностью, что даже сейчас защищал память о ней. Выражение его лица омрачилось в момент, когда он заговорил о смертности Ингрид. Очевидно, что он сожалеет о том, что рассказал даже об этом. Его преданность… потрясла её. Хонор никогда так не любили, и она даже не верила, что такое возможно.
— Веном что-то нашёл? — спросила она, понимая, что он больше ничего не расскажет об Ингрид. Не сейчас.
— У первой, кого назвала Джуэл, — сказал он тоном самого искушённого из созданий, — давно есть любовник-мужчина и никогда не проявляла никакого интереса к женщинам. — Он покачал головой, отчего его волосы засверкали иссиня-чёрным в пронзительном солнечном свете. — Я не уверен, как это ускользнуло, но, помимо этого, вампир слишком «буржуазен», как выразилась бы Валерия, чтобы получить приглашение.
— Перевод: он счастлив со своей возлюбленной, и ему не нужно спать с кем-то ещё, чтобы развеять скуку.
Дмитрий коротко кивнул.
— Второй ничем не примечателен, и находится под наблюдением, но из того, что я знаю о его привычках, он вполне мог быть причастен. Я послал Иллиума допросить его.
— Иллиум выглядит слишком красивым, чтобы быть опасным. — Мужская красота Дмитрия, напротив, была более тёмной и рисковой.
— Никто не ожидает, что он достанет клинок и отрежет им яйца, — сказал он со смертельным весельем в голосе, пока вёз к мосту Джорджа Вашингтона. — Он делает это с такой грацией. — Хонор не была шокирована, потому что это правда, она давно поняла, что внешность может быть обманчивой.
— Ты специально создавал себе репутацию?
Он рассмеялся, и лёгкие Хонор наполнились обольстительным ароматом, а тело, казалось, стало чувствительным.
— Я был слишком занят, заливая поля сражений кровью и трахая женщин, которых тянуло к насилию, чтобы заниматься репутацией. — Хонор даже не думала забывать об этом, потому что с сегодняшнего утра они принадлежали друг другу, даже если мимолётно.
— Ты такой порочный. — Отточенный и ослепительно острый, этот гнев был холодной, очень холодной штукой.
— Скажи, почему. — Он долго молчал.
— Мои воспоминания — моё покаяние, Хонор. Делиться ими бессмысленно.
— Я не стану украшением или партнёром по постели, довольствуясь этим. — Она не могла, не тогда, когда в глубине её влечения к нему не было ничего разумного и рационального.
— А я, — сказал он, протягивая руку, чтобы сжать её бедро, — никогда не буду…
— … ведомым, — перебила она его во внезапном приступе юмора.
— Я и не догадывался об этом в самом начале. — Дмитрий бросил на неё странный взгляд, когда они остановились на красный свет. — Почему ты выбрала именно это слово?
— Казалось, оно подходит.
Понимая, что он ни за что не покажет уязвимость, пока не доверится ей на уровне, для развития которого потребуется время, она решила вернуться к предыдущей теме обсуждения. — А как насчёт третьего вампира?
 
Отведя от неё взгляд после очередного испытующего взгляда, он остановил Феррари на мосту.
— Вот с ней мы и встретимся — она в Стэмфорде, — сказал он, объясняя, почему они направляются обратно на Манхэттен. — Она просидела в бункере у себя дома, по меньшей мере, пять дней. Питалась кровавыми наркоманами, которые приходили к её двери.
— Я не знаю такого термина. — Хотя она слышала, что «вампир-шлюха» использовалось для описания тех, кто зависим от поцелуя вампира.
— Кровавые наркоманы приходят парами, — объяснил Дмитрий. — Единственный способ возбудиться и заняться сексом, если вампир питается от одного или обоих вампиров. Так что, по сути, это секс втроём — только часть Созданных находит это хоть немного привлекательным. — Хонор кивнула.
— Большинство смертных и близко не подходят к красоте, даруемой вампиризмом.
— Проблема в том, что вампиру отводится роль проводника, а не центра. — Ни одному вампиру это не понравилось бы.
— Женщина, с которой мы собираемся встретиться?..
— Джиана. Неизвестно, увлекается ли она наркоманией, но нет сомнений, что в последнее время она себе это позволяла, — сказал он, направляясь в Бронкс, спустившись с моста. — Загляни в бардачок. — Она открыла бардачок и достала конверт. Внутри лежало несколько больших глянцевых чёрно-белых фотографий.
— Когда их сделали?
— Сегодня рано утром. — На первом снимке была пара вся из себя ухоженная, прямо с обложки лучшей американской семьи — не хватало только собаки. Рука об руку они поднимались по ступенькам милого дома, глицинии свисали с балконов, а мир был окутан чернотой. На следующем кадре они вдвоём выходили из дома. Оба раскраснелись, их губы распухли, волосы растрепались — рубашка мужчины была неправильно застёгнута, а на женщине не хватало тонкого шарфа в цветочек.
— Это жена делает для своего мужа и наоборот?
— У них своя субкультура, — сказал ей Дмитрий.
— И женятся на таких же. — Убирая фотографии, она пыталась обдумать это, пока Дмитрий вёз их из Бронкса в Вестчестер и дальше в Коннектикут. Когда они ехали из Гринвича в Стэмфорд, она вспомнила кое-что о другой странной субкультуре, что хотела упомянуть.
— Я получила электронное письмо от детектива Сантьяго, — сказала она, осознав, что ей не страшно, несмотря на то, что всего час назад её задержали и жестоко допросили за пределами города — район настолько отличался, словно находился на другой планете.
— Они уже арестовали кого-то за убийство.
— Парень жертвы и ещё один член клуба, — сказал Дмитрий
— Я решила следить за ситуацией. — Хонор знала, что на эту субкультуру вскоре обратят внимания вампиры.
— Старомодный секс и ревность, по словам Сантьяго. — Все трое были вовлечены в сексуальные отношения друг с другом.
— И хорошая доза глупости. — С этим безжалостным заявлением он проехал через открытые ворота, ведущие на длинную извилистую подъездную дорожку, обсаженную зрелыми платанами. Феррари был почти у двери, когда та открылась и вышла ещё одна пара. Хонор поморщилась.
Заметив это, Дмитрий рассмеялся.
— С возрастом аппетиты не уменьшаются, Хонор. Тебе ли не знать.
— Вампирам легче смириться, — пробормотала она, наблюдая, как пожилая пара садится в свою старенькую машину. — Я всегда вспоминаю о людях, у которых затянулось юность.
Выйдя из машины после того, как пара уехала, Хонор вдохнула свежий весенний воздух.
— Здесь красиво. — Вокруг росло много деревьев, а на подъездной дорожке красовался изящный фонтан. Ухоженные лужайки и сады простирались по обе стороны и вдаль, клумбы с яркими цветами покачивались на ветру.
— У Микаэлы тоже, — заметил Дмитрий, обходя машину, чтобы присоединиться к ней у фонтана, — очень прекрасный дом. — Хонор видела архангела только в СМИ, но нельзя отрицать, что Микаэла была одновременно красивой и порочной.