Клинок архангела (ЛП)

Валерия.
Хонор захотелось вырвать огромный охотничий нож из ножен на лодыжке и броситься в дверь, чтобы выпотрошить вампиршу, но заставила себя ждать, хотя сердце билось с одним словом — месть.
— Скот из добровольцев?
— Всегда есть добровольцы.
Он открыл дверь и вышел, затем снял пальто, обнажив мягкую чёрную хлопчатобумажную футболку. Она вспомнила о Кармен, о том, как блондинка унижалась перед Дмитрием, пока Хонор не принизила её.
— Ты никогда не вляпывался в неприятности. — Дмитрий не отвечал, пока они не встретились перед машиной.
— Бывают разные неприятности. — В этот момент она увидела в нём что-то неожиданное, тихое, тёмное, такое же грубое и болезненное, как то, что жило в ней.
— Дмитрий, — начала она, как раз в тот момент, когда дверь дома открылась, и на пороге появилась горничная в накрахмаленной чёрно-белой униформе.
— Пора.
Хонор обдал жар, а затем холод от его слова. Она поднялась с ним по трём широким ступеням. Служанка отступила, когда они приблизились.
— Хозяйка в утренней комнате, сэр.
Хонор понятия не имела, что такое утренняя комната, но Дмитрий коротко кивнул.
— Ты нам не понадобишься. Возьми выходной. Башня свяжется с тобой завтра.
Горничная побледнела, но ответила только:
— Здесь ещё повариха
— Скажи, что она не нужна. Скот Валерии?
— В гостевом доме.
— Уведи их. У тебя пять минут.
— Да, сэр. — Покачав головой, горничная выскочила в коридор. Именно тогда Хонор поняла, что мельком увидела клыки.
— Она вампир. — Но Хонор не ощутила страха. Эта женщина, очевидно, намного слабее, несмотря на то, что вампирша.
— Молодая, — ответил Дмитрий, с тихим щелчком закрывая дверь.
— Отрабатывает Контракт. Ей не больше десяти лет.
— Неудивительно, что она настолько человечна.
— Некоторые из слабых так и не теряют суть человечества.
С этими словами Дмитрий повёл её по коридору, застланному ковром тёмно-бордового цвета, а на стенах самые изысканные кремовые обои с тонким тиснением. Почти бессмертие давало людям время накопить состояние, но Хонор знала вампиров, которым сотни лет и те не добивались такого богатства. Так что либо Валерия с самого начала был богатой, либо накопила его благодаря сочетанию силы, воли и безжалостной решимости. Дмитрий вошёл в дверной проём справа.
— Дмитрий, дорогой, — раздался прокуренный голос, от которого тело Хонор наполнилось холодным ужасом. Затем она уловила тёмный мускусный запах Кровавого Рубина. Прижавшись спиной к стене у двери, она попыталась унять дрожь и справиться с тошнотой, грозящей избавить желудок от чая, которым она позавтракала.
— Валерия, — протянул Дмитрий, пока он обнимал щупальцами изысканного шоколада и богатого ликёра чувства Хонор. Его мощь заглушила мускус фирменных духов Валерии, позволив Хонор сделать глубокий вдох. Дмитрий заговорил снова, прежде чем женщина в комнате успела ответить. — Я вытащил тебя из постели?
Низкий, интимный смех.
— Ты всегда можешь так поступать. — Хонор вновь затошнило. Ей никогда не приходило в голову спросить Дмитрия, спал ли он с женщиной-вампиром. За таким предположением последовал жёсткий, злобный укус гнева, пробуждающий желание ударить Дмитрия в мускулистую спину.
Сама сила реакции стала пощёчиной, пробудившей Хонор.
Вытирая ладони о джинсы, она вытащила пистолет. Дмитрий, казалось, почувствовал момент, когда она успокоилась, потому что выпрямился и сказал:
— Со мной гостья.
— О. — В восклицании слышалось любопытство, и Дмитрий отодвинулся, давай Хонор войти.
Валерия полулежала в шезлонге кремового цвета, стоявшем перед окном, одетая в малиновый атласный халат до середины бедра с поясом, настолько свободно завязанным на талии, что искусно обнажил внутреннюю часть идеальной груди. Валерия склонила голову, чтобы ранний утренний свет падал на неё под идеальным углом, подчёркивая и без того потрясающие черты. Длинные золотисто-каштановые волосы рассыпались по плечам, завиваясь на сосках, ставших твёрдыми и готовыми там, где касались атласа. Очень ясное приглашение.
 
До тех пор, пока взгляд её тёмно-синих глаз не переключился с оценки тела Дмитрия на Хонор. Внезапно Валерия пришла в движение, ярость красным румянцем залила кремовую кожу лица… но Хонор мельком увидела долю самого жестокого голода под этой яростью. Валерия вспомнила, как использовала и унижала Хонор. И ей хотелось только одного — сделать это снова.
— Ох… — В этих ошеломительных глазах видна лишь бессмертная красота. — Ты привёл мне перекус. Ты всегда такой милый. — Хонор увидела, как напрягся Дмитрий, и — не раздумывая — протянула руку, чтобы коснуться его спины так, чтобы не увидела Валерия.
Пока нет. Дмитрий — этот прекрасный хищник со смертельным взглядом — прислушался и не напал.
— Милая комната, — пробормотал он шелковистым тоном, который Хонор никогда не хотела бы слышать в темноте. Валерия нахмурила гладкий лоб.
— Что?
— Хотя окна маленькие, — продолжил Дмитрий и немного выгнул спину под рукой Хонор. Вздрогнув, когда осознала, что всё ещё прикасается к нему, Хонор опустила руку. — И, — добавил он, — только один выход.
Хонор всегда знала, что Дмитрий безжалостен, но только когда увидела, как тусклая дымка страха поползла по голубому озеру глаз Валерии, точно поняла, где он находился в пищевой цепи.
Вампирша огляделась, а когда вновь посмотрела на них, её взгляд стал диким.
— Забавно, Дмитрий. Ты же знаешь, как это бывает.
— Хм-м, поделись-ка. — Валерия, казалось, восприняла медленное мурлыканье как поощрение
— Жизнь может стать такой скучной после столетий избытка. А завести себе охотника — озорное приключение. — Идя вперёд и обнажая бёдра сквозь малиновый атлас, она проигнорировала Хонор и медленно и с нескрываемым удовольствием провела рукой по груди Дмитрия.
Хонор сжала пистолет. Пришлось стиснуть зубы, чтобы не всадить пулю прямо ей между голубых, таких широких и соблазнительных глаз. Дмитрий просто поднял руку и накрыл ладонь вампирши.
— Интригующая игра, — сказал он тихо, когда притянул Валерию ближе, чтобы заговорить, касаясь губами уха и прижимаясь грудью. — Я бы не подумал, что ты настолько изобретательна. — Свободной рукой он вцепился в волосы брюнетки. Валерия закрыла глаза, и задрожала от соприкосновения с его мускулистым телом.
— Я бы взяла на себя ответственность, — хриплый шёпот, — но ты бы меня раскусил. — Смех Дмитрия заставил бы Хонор вонзить клинок ему в живот и убежать как можно дальше. Но Валерия улыбнулась и открыла глаза. — Я приняла приглашение. — И бросила жадный взгляд на Хонор. — Её страх был настолько силен к моменту, как я оказалась там, но она не кричала и не умоляла. И так несколько недель. — Дмитрий рывком повернул к себе лицо Валерии, что было не по-джентльменски.
— Ты сохранила приглашение?
— Да, на память. — Она скользнула губами по его челюсти. — Ты привёл её для меня, Дмитрий? Могу ли я оставить её себе?
Хонор снова положила руку на спину Дмитрия, не зная, почему верила, что это поможет, даже не догадываясь, почему считала себя способной прочитать настолько старого и могущественного, что начинало тело ломить от одной мысли об этом, вампира.
— Сначала скажи, с кем ты делила её, — прошептал он, игнорируя факт, что Валерия распахнула халат, обнажив кремовую кожу, обрамлённую малиновым. — Я хочу знать, у кого совпадают вкусы с твоими.
— Но я хочу её себе, — с раздражением выпалила она.
— Валерия.
Женщина почти испытала оргазм от команды в голосе, наполненном лезвиями ножей и полуночных криков.
— Говорят, ты делаешь больно, Дмитрий.
В ответ он схватил её за волосы и с такой силой запрокинул голову, что у неё на глазах выступили слёзы. Она облизнулась, даже не стараясь прикрыть тёмно-розовый сосок.
— Томми. Однажды я видела там Томми, когда опоздала к своему времени.
Хонор вспомнила тот день, вспомнила, как женщина с элегантным голосом спорила с мужчиной, чей голос был более глубоким — Валерия уговаривала мужчину позволить ей остаться.