Мой любимый Киборг (СИ)

Я несколько смутился. У нас на Дииморе такого раболепия перед Правителем не наблюдалось. Его скорее почитали и любили, но никто от страха не преклонялся перед ним.
Увидев, что Идда тоже уткнулась лбом в землю, я тут же огорчился и поспешил ее поднять.
Честно говоря, мне стало немного стыдно. На самом деле, оживить подобным образом дерево у нас мог даже ребенок. Это было так просто для каждого зоннёна, что я ощутил себя обманщиком. Более того, на серьезную помощь я еще не был способен в силу своего юного возраста, поэтому не смог бы сейчас исцелить умирающего или даже телепортироваться на сравнительно большое расстояние.
Так что демонстрация сил была сильно приправлена изрядным притворством.
Но на высокомерных иширских дворян подействовало отменно. Они поверили, что я пришел с небес, и начали умолять помочь им и спасти их родину от погибели.
Я пообещал, что сделаю все возможное, а потом осторожно взял Идду за руку и увел немного в сторону подальше от чужих глаз.
Она смотрела на меня как-то по-новому, и появившееся в глубине зрачков опасение заставило меня нахмуриться и разочароваться.
— Идда, ты… боишься меня? — спросил я, а девушка, как в прострации, кивнула, но потом одумалась и поспешила объяснить:
— Я боюсь, что не достойна… быть рядом с тобой… — пробормотала она, а я огорчился еще больше. Однако потом не выдержал и просто обнял ее, прошептав тихо на ухо:
— Прошу, не надо так! — мой голос звучал печально. — Я хочу быть твоим другом…
Она отодвинулась, и слабая надежда снова засветилась в ее глазах.
— Значит, я все еще могу… полететь с тобой? — прошептала она, а я позволил себе снова ее легонько поцеловать.
На этом нас застукали ее родители, и по тихому вскрику матери я понял, что они в шоке с увиденной картины. Я смутился. Подобные щекотливые ситуации были для меня еще слишком новыми и непонятными, но я быстро взял себя в руки и смог тут же попросить разрешения забрать Идду «в свое королевство» после того, как я «спасу этот мир».
И хотя в уголках глаз этих пожилых людей отразилась печаль, но они тут же дали свое охотное благословение, и я возвращался на корабль уже с большой радостью в душе…
Дядя все же согласился помочь Иширу и начал рассчитывать траекторию удара из всех орудий нашего звездолета. Мы потратили на это больше двенадцати Иширских часов, и, наконец, мощный удар был произведен.
К счастью, астероид быстро раскрошился на мелкие кусочки и вошел в атмосферу Ишира уже безобидным метеоритным дождем.
Я ликовал и предвкушал свое счастливое возвращение вместе с Иддой, но, когда я вернулся в их деревню, я застал… гору трупов и залитые кровью пороги домов.
У меня потемнело в глазах, а ноги задрожали. Я бросился к дому Идды и сразу же напоролся на истерзанные тела ее родителей и старшего брата.
Ее нашел через минуту. Она лежала в кустах, истекая кровью и с трудом дыша.
— Идда!
Я потянулся к ней, чувствуя, как слезы туманят глаза.
— Руэль! — она прошептала мое имя с трудом, но глаза засветились радостью. Однако почти сразу же потухли снова, и по щекам поползли скупые слезинки. — Я не смогу полететь с тобой… мне так жаль…
— Кто это сделал? — мои кулаки крепко сжались. — Почему???
— Кочевники! — пробормотала она. — Искали Посланца с небес. Хотели присвоить тебя себе…
Я ужаснулся. Выходит, все дело во мне??? Это я виноват, что аборигены начали истреблять друг друга???
Но Идда вдруг прикоснулась холодными пальцами к моей руке и с трудом прошептала.
— Руэль! Я люблю тебя и… была… так счастлива с тобой… Прошу, хотя бы на несколько мгновений позволь мне почувствовать себя твоей суженой… — ее мертвенно бледные губы шептали мне с такой надеждой в голосе, что я не смог удержать целую реку своих слез.
— Да, дорогая Идда! Я сделаю все, что ты захочешь! Только не умирай! Потерпи немного, прошу…
Мне нужно срочно отправить Идду на звездолет! Дядя сможет ей помочь! Жаль, что я не взял никакое средство связи, а разговаривать мысленно я еще не умел.
— Идда, дорогая! Я спасу тебя! — зашептал я и попытался поднять ее на руки, но она остановила меня.
 
— Прошу, проведи со мной обряд… Если ты смешаешь мою кровь со своей, мы, по обычаям моего народа, станем мужем и женой… Сделай это для меня в последний раз…
Я смотрел в ее умоляющие глаза и чувствовал, что сердце раздирается от боли. Я быстро располосовал ладонь осколком стекла и приложил к одной из ее ран на руке. Идда дернулась, но тут же заулыбалась.
— Спасибо, Руэль! Теперь я самая счастливая!
Я тотчас же подхватил ее на руки и поспешил прочь из деревни, ненавидя себя за неспособность к телепортации и вообще за вмешательство в жизнь этих людей. Если бы я не был таким беспечным и не являл себя так открыто, мы могли бы без всяких особенных представлений уничтожить астероид и вернуться домой, и Идда с семьей были бы живы… Но я все испортил!
Однако как только я выскочил в поле, передо мной появился дядя Мирамиил.
— Дядя! — обрадовался я. — Дядя! Спаси ее! Прошу тебя!
Мирамиил прикоснулся к ее шее и скорбно произнес.
— Прости, Руэль, но ОНА МЕРТВА!
Что??? Идда умерла???
Упал на колени и прижал ее бездыханное тело к себе. Я никогда не думал, что бывает такая боль! Идды больше нет! Я опоздал. И я виновен во всем этом!!!
Дядя присел рядом.
— Руэль! Мы должны возвращаться! Мы и так непозволительно много искорежили судеб в этом мире…
Я понимал, что дядя прав, но у меня перед глазами вдруг вспыхнула картина еще многих массовых убийств. Идда рассказывала мне как-то, что племена кочевников были очень жестоки и истребляли целые королевства, не щадя ни женщин, ни детей.
— Мы должны остановить этих убийц в память об Идде! — твердо прошептал я, и дядя сразу же мне уступил.
Я вернул тело любимой в их дом и пообещал прийти и захоронить ее с семьей уже вечером.
Вооружившись психотронным оружием, мы всей командой взлетели над землей на шаттле и быстро нашли огромное войско дикарей, нацелившихся на ближайший город.
Мы высадились на холме впереди них и, выйдя на обозрение, ударили по кочевникам из оружия, которое серьезно взламывало головы. Воины начали падать с лошадей, хватаясь за лица и с безумием в глазах катаясь по земле. Кто-то не выдерживал мук и затихал, а кто-то начинал сходить с ума. В итоге, меньше, чем через час, все войско с ужасом устремилось прочь, так и не достигнув следующей своей цели.
Почти сразу же мы возвратились в деревню, но мертвых деревенских жителей уже не было. Дом Идды тоже пустовал. Я поймал пару человек, снующих между домами, и они, упав на землю в поклоне, сообщили, что всех захоронили приезжие из города дворянские наместники.
Я был так огорчен, что не смог исполнить своего обещания, и просто убежал прочь.
Дядя нашел меня в поле за деревней и телепортировал на звездолет, а уже через полчаса мы стремительно покидали орбиту Ишира.
На Дииморе моя жизнь превратилась в какую-то муку. Я сгорал от чувства вины и боли, и никак не мог забыть Идду. И тогда моя мать, которая уже больше не могла выносить страданий своего сына, прибегла к крайней мере. Однажды она приказала связать меня и, положив руки на мои виски, начала собирать вокруг себя энергию.
— Нет! Мама, прекрати! — с ужасом закричал я. — Я запрещаю тебе стирать мне память!!!
— Прости, сынок! Но я твоя мать и должна позаботиться о тебе! Ты должен снова стать хорошим Правителем своего народа, как было прежде! Поэтому, смирись…
И мир вокруг меня провалился во мрак…
А когда я очнулся, никого по имени Идда я уже не помнил…
Я резко вынырнул из забытья и в ужасе расширил глаза. Исида — это Идда! Это она!!! Точно она!!! Она жива!!! Но как???
Я прислушался к ее дыханию и сердцебиению. С облегчением понял, что выровнялось и то, и другое, но сил встать на ноги у меня не было.
Боль вперемешку с облегчением и шоком скручивалась в груди и заставляла мое тело подрагивать.