Слепые чувства (СИ)
— Было такое. У меня под подушкой спрятан телефон, и я по ночам залипаю в интернете. Ну и наткнулся на этот проект: им занимается какой-то странный парень, и его статьи буквально открыли мне глаза. В школе нам всем промыли мозги: говорили, что трутни — умнейшие люди на планете, что только они знают, куда мы все должны двигаться. А этот умник грамотно и по полочкам расписал, что каждый трутень: это бесчеловечный ублюдок. Наши жизни для них лишь разменные монеты, которые они тратят на свои тайные цели. Никто из рабочих не знает, как устроено правительство города, суд и ещё ряд важных учреждений. Зачем трутням скрывать это? Мои слова лишь подтвердились, когда я увидел как ваш друг отдалился от вас, а вчерашний Импульс вбил последний гвоздь в крышку этого гроба. У них было решение, которое могло спасти сотни тысяч жизней, но вместо этого… Ай, да ну этих трусов… Сил моих больше нет.
— А если народ восстанет против них, то силы появятся? — приподнимаясь на локте и смотря Самсонову в глаза спросил Петя.
— Ха, ну толпа за мной вряд ли пойдет, но если проект «Новый Рой» перейдёт в активную фазу, то я буду в его первых рядах. А вы что, салаги, хотите устроить революцию?
— Ну если народ не пойдёт за тобой, то за нами и подавно, но отсиживаться в тени мы не будем, ведь так?
Вася и Рита кивнули головой.
— Трутни забрали жизни наших друзей… — добавил Петя, — наших первых и самых настоящих друзей.
— Вы правы и думаю мы не одни такие. Уверен, каждый выживший на нашем участке Стены сейчас испытывает тоже самое, а это значит, что городу Чести жизненно необходимо, чтобы лидер Нового Роя вышел из тени…
***— Привет, Егор, добрый вечер Павел Валерьевич. Спасибо что отложили свои дела и приехали ко мне.
— Брось, это меньшее, что мы могли сделать, — сказал Егор, — слушай, а я узнал твой голос на совете, паршивец! Это ведь ты предложил сделать меня Верховным?
— Считай это благодарностью за всё, что ты сделал для меня. Впрочем, следующие заседание совета, с большой долей вероятности, может оказаться для меня последним.
— Что? Сегодня ведь было спец собрание и на нем обсуждали только Импульс и его последствия.
— Да, но как только ты вышел, Шестой номер предложил провести голосование против меня, и руку подняли уже четверо, а это значит, что медлить уже нельзя.
— И какие у тебя есть предположения? — поинтересовался начальник полиции, — есть кандидаты на роль предателя?
— Скорее всего это Шестой номер, но так же предателем вполне может оказаться и Четвёртая. Однако в этом нет никакого смысла — даже если бы я знал номер злодея, то мне всё равно было бы не вычислить того, кто скрывается за маской.
— Скверно…
— Не то слово, — Егор вдруг понизил тон своего голоса и сделался очень серьёзным, — но, кажется, у меня есть план как спасти тебя из этой щекотливой ситуации. Весьма вероятно, что он вам не понравится, однако, поверьте мне — это единственный способ остановить предателя, вычислить всех его сообщников, если они, конечно, есть, но в этом я не сомневаюсь, и раз и навсегда покончить с «Новым Роем». Короче, слушайте…
***Настало время очередного собрания. Волнуясь и понимая, что в ближайшие часы решится буквально всё, Ваня поправил галстук, надел маску и сел в спецборт, который отвез его в особняк.
Перед заседанием все маски как-то странно смотрели на него. Возможно они что-то заподозрили в его странном поведении, а возможно у него просто разыгралась паранойя. Заседание должно было начаться через пятнадцать минут, ровно в три часа, которые и были часом Ч…
Без десяти к главному офису «Гражданина» — огромному небоскребу в самом центре города подъехало с десяток бронированных машин со спецназом. Сотня вооруженных до зубов полицейских один за другим без единого выстрела захватили все четыреста этажей. Точно такая же судьба постигла все важные городские службы — их так же занял спецназ. Начальник полиции, в сопровождении беспрекословно верных ему людей, широким шагом вошел в отдел экстренного оповещения граждан…
Без пяти офицеры всех подразделений сил обороны собрали своих подчинённых в залах собраний. Самсонова и ребят чуть ли не насильно вытащили туда с пола комнаты отдыха. Они уставились на белый экран уставшими и пустыми глазами…
Настало время собрания. Ровно в три часа распорядитель зазвонил в колокольчик и члены совета один за другим вошли в зал. На лбу Вани проступил холодный пот, а его сердце бешено колотилось, но чёрная маска хорошо скрывала все эти эмоции. Слегка пошатываясь он занял своё место. Распорядитель задернул шторы и повторил им кредо Масок.
— Ну что, — сказал Шестой номер, — как всегда предлагаю…
— Прежде, чем вы начнете голосовать против меня, позвольте я скажу пару слов, — перебил его Ваня.
— Что ж… Причин не позволить тебе сделать это у нас пока нет.
— Хорошо, — Ваня встал со своего кресла. Все удивлённо ахнули, ведь такое поведение в совете города было чем-то из ряда вон, — среди нас есть тот, кто своими действиями хочет посеять в городе хаос и погубить его. От разоблачения предателя защищает чёрная маска, поэтому единственное, в чём я могу быть уверенным — это не я. Первое правило Кредо Масок — жизнь города важнее жизни отдельного человека, — он сунул руку во внутренний карман пиджака и достал серебристый пистолет с глушителем, — простите.
Вслед за этим раздались ужасные крики, которые прервали шесть глухих и точных выстрелов. Распорядитель в золотой маске и пара лакеев ворвались в зал, но Ваня, уже сбросивший с себя маску, тут же взял их на мушку. Он три раза стукнул пальцем по вороту своей рубашки и с неба медленно спустились две машины со спецназом.
— Похоже у нас гости, — раздвигая шторы и смотря в окно сказал Ваня, — вам нужно их встретить. И не забудьте поднять руки.
Шокированные лакеи кивнули и выбежали из зала.
— Эй, Восьмой, будь добр, помоги мне встать!
Ваня резко обернулся на звук — шестой лежал на полу, подняв голову, и протягивал ему свою руку.
— Ты живой? — удивился Ваня, — я не мог промазать! Пуля попала тебе точно в голову!
— Не хочешь помогать? Ну ладно, я сам встану, — Шестой ловко, без помощи рук вскочил на землю. Раненый провернуть такой трюк точно бы не смог, — это мне уже больше не нужно, — он сбросил с себя маску.
Ваня сделал невольный шаг назад, когда на него посмотрело худое лицо со слегка вытянутым вперёд подбородком. Впалые глаза Шестого глядели на него в ответ с искренним безразличием, а его рука то и дело поправляла волосы, уложенные в обе стороны и закрывающие верхнюю половину его ушей.
— Что? — спросил он Ване, — у меня что-то не так с лицом?
— Да как ты… впрочем, не важно.
Ваня выпустил ему в лицо остаток обоймы, но пули лишь отскочили от него, не причинив вреда.
— Не-а, не получится. Так просто меня не возьмёшь.
— Да кто ты вообще такой?
— Я? — он огляделся по сторонам, будто в комнате был кто-то ещё, — как кто? Простой Землянин!
— Чего?!
— Ха, «Великое технологическое чудо». Помнишь такое? Так вот, это я. В последние годы Старого Мира люди отчаянно работали над сверхчеловеком — бессмертным и неуязвимым. В итоге у них получилось создать меня, правда за моё бессмертие человечеству пришлось заплатить миллиардами жизней… Началась отдача, в ходе которой Земля, со всем, что было на ней начала распадаться на отдельные атомы, а те, в свою очередь, произвольно телепортировались в случайную точку вселенной. Но прежде чем исчезнуть окончательно, Землянам удалось отправить меня на Марс. Много лет я скитался от города к городу…
— А как же Морфы?
— Ох… — он вздохнул так, будто Ваня только что задал ему очень глупый вопрос, — они руководствуются инстинктами, и их инстинкты признали мою силу.
— Что? То есть?
— Да, Морфы подчиняются мне, но болтать про это у нас нет времени. Недавно я забрёл в ваш городок, и, увидев ваше разделение на трутней и рабочих, мне почему-то захотелось устроить небольшую революцию. Я стал трутнем, пробрался в совет, и после одного интересного случая наконец-то решился действовать. Знаешь, живой лабиринт хорошо скрывает от глаз, но не от ушей, а слух у меня, будь уверен, очень хороший. Гуляя по нему две недели назад я случайно подслушал один очень интересный разговор… И буквально за пару часов в моей голове созрел план.